Равновесие - ЙаКотейко

поддавалась лечению. Пока ее получилось остановить, она расширилась не меньше чем на ладонь от пореза и скрыть эти следы уже не удалось. Ашту прятался от мира и не попадался на глаза даже Анвару. Да и ее Всадник, пусть и получил сына, выглядел не лучшим образом. Только проблемы лишившейся большей части населения Империи помогали ему отвлечься от грызущих мыслей. Привычный мир рухнул, и что ждет впереди можно было только гадать.

Она не замечала, как бегут по щекам горькие, прощальные слезы.

— Уже уезжаешь?

Стоило отъехать от шумного скопления темных, с высокого дерева, развесившего над дорогой свои тяжелые ветви, раздался знакомый, но меньше всего ожидаемый голос. Вслед за голосом на толстой, почти горизонтальной ветке появился и его обладатель. Несущий хаос по привычке улыбался, поглядывая на застывшего внизу брата склонив голову набок, но в глазах его читались разом и злость, и подозрительность, и явное сомнение.

— Как видишь, — усмехнулся Берга, задрав голову вверх. — Как помощник я никакой, ничего не понимаю в ваших порядках. Брат со мной говорить не хотел, так что да, уезжаю. Нужно еще успеть к девушке, пока ее никто не увел.

— Ты мог бы стать Всадником, — задумчиво протянул Несущий хаос.

— Мог бы, Тьма предлагал, — пожал плечом Берга. — Только не мое это. Нет у меня того, что в тебе или в твоем друге присутствует.

Ашту покачал согласно головой и перевел взгляд куда-то вдаль, словно потеряв интерес к собеседнику.

— Не спустишься? — осторожно поинтересовался Берга, стараясь так же не смотреть на Всадника.

— А стоит?

— Я бы хотел поговорить, — сглотнув признался Берга.

На презрительное хмыканье брата он досадливо пояснил:

— Понимаешь ли, из семьи у меня, похоже, только брат остался. Думал, хоть он нормальный человек.

Несущий хаос опалил его злым, холодным взглядом, но тут же отвернулся вновь.

— Брат твой умер, Берга.

— Жаль, у нас с ним было много общего, — невесело хмыкнув, протянул Берга.

— О да, особенно тайны, — хохотнул Всадник, разглядывая небо сквозь мельтешащую листву.

— Не спустишься? — со вздохом переспросил Берга.

Ашту промолчал, покусывая нижнюю губу. Подергал себя за косички, но когда Берга уже собрался попрощаться и тронуться в путь, оттолкнулся от ветки рукой и соскользнул вниз, напугав лошадь.

— Мне вино хорошее подарили, за воскрешение, — изучив приплясывающую лошадь, махнул Ашту головой и, развернувшись, скрылся за деревом.

Берга прикрыл глаза, облегченно выдохнув. Спешился и, привязав лошадь у края дороги, пошел за то же дерево.

Эпилог

— Вы звали меня, повелитель? — Ашту привычно опустился перед возвышением на оба колена и замер. Только сегодня мысли его были не здесь, не наблюдали за поведением и реакцией Темного, а блуждали в прошлом, в попытке рассмотреть тот самый поворот, на котором он свернул не туда. Поворот, после которого судьба выбрала себе в подарок близких ему существ.

— Звал, — тихо согласился Темный, выравниваясь в кресле, и провал капюшона вновь замер, словно пытаясь пронзить насквозь потускневшего за последние недели Всадника. — И стоило оно того? — тихим шелестом пронесся по залу вопрос. Тьма в углах колыхнулась недовольно, ей не понравилось обвинение сквозившее в этих словах.

— Стоило, — замешкавшись на мгновение, пока вопрос смог достичь измученного разума, поднял взгляд на своего повелителя Ашту.

— Даже так, — с плохо скрытым одобрением протянул Темный. Оглядел фигуру Всадника, излучавшую уверенность каждой клеточкой своего существа и со вздохом продолжил, — хорошо. Что с Айваной?

— Женщин мы вернули, — возвращая взгляд полу, заговорил Несущий хаос.

— Проблемы?

— Нет. Стоило шаху почувствовать нашу, — Несущий хохотнул, — признательность, и он оттаял, вернул всех. Кроме трех сбежавших, за них я взял извинения. Только Сауле об этом не говорите, а то еще заставит вернуть.

Темный хохотнул.

— Светлые?

Ашту задумался, прикусив губу.

— У светлых гораздо хуже, чем у нас. Боги прошли незащищенные территории… потери еще не подсчитали, но даже по известной информации дело дрянь. Деревни у стены тумана вымерли полностью. Светоград, да и остальные города, потеряли не меньше трети жителей. Вайринар… смогут ли восстановиться эльфы, большой вопрос. Их потери ужасают даже меня.

— И ты не жалеешь, — констатировал Темный задумчиво.

Ашту тяжело вздохнул, вглядевшись в пол пустым взглядом.

— Нет, — наконец признался он. — Теперь у всех нас есть шанс. Шанс жить в мире.

— Они найдут, за что воевать.

— Я знаю.

— Ты понимаешь, что равновесие несколько пошатнулось. Теперь есть очень большой шанс, что кто-то из вас… вымрет.

— Или мы сольемся во что-то общее и единое. Без разделения на светлых, темных и иных.

— Что ж, это ваш выбор.

— Я надеюсь, повелитель, следующая ваша с сыном ссора не сотрет нас с лица земли? — спрашивал Несущий весело, но взгляд его впивался в провал капюшона холодной иглой.

— Там время идет по другому, Ашту. Следующую нашу ссору, если она случится, может не застать даже ваш мир, — вздохнул Тьма, отворачиваясь.

— Интересно, — глухо шепнул Всадник и попросил, — я бы хотел получить ответы на несколько вопросов, если позволите.

— Я слушаю. — Вернул внимание своему Всаднику Темный.

— Зачем? Почему вы пошли против намеков, выбрали Кахира? Ведь столько проблем можно было избежать?

Темный тяжело и как-то печально вздохнул. Поднялся с кресла и, медленно спустившись, подошел к стене. Тьма, словно ласковая кошка потянулась следом, прижалась к ногам, огладила полы балахона и зло обожгла вскинувшего голову Всадника.

Разобрав недовольство, Несущий хаос покорно сжался, опуская голову ниже.

Довольный смешок отпугнул обнаглевшую, разозленную тьму.

— Встань, — велел Тьма, — с тобой я хочу говорить на равных.

Ашту послушно поднялся, расправляя плечи, и осторожно подошел к императору.

— Не скрою, я опасался, — изучив подошедшего Всадника провалом капюшона, тихо признался Темный. — Твоя игра сулила мне многое, но в то же время я полностью оказывался в твоей власти. Я не был уверен, что ты не захочешь избавить мир от нас немного другим способом. К тому же, Свет не дал мне времени. Слишком нетерпеливым он оказался. Мертвый, да и любой другой темный, попросту не успел бы сродниться со мной. Стоило бы мне переместить свою суть, он бы погиб.

— Ну и демон с ним, — непреклонно мотнул головой Ашту, — вы думаете я бы горевал о нем?

— Нет, ты не понял. Погибло бы тело, и я бы умер вместе с ним.

— Тьма, — Ашту запнулся, смущенно потупившись, — прошу прощения, Повелитель. Кхм, вы правы, я допустил слишком много ошибок, и главная из них то, что я слишком уверил в свои силы. Вместо того чтобы довериться вам, решился вести игру в одиночку. Но вы, почему вы ушли из Замка? Все ведь могло закончиться