Грозные моря - Дэйв Дункан

Азак сделал жест, и стражники торопливо приблизились и растянулись сплошной шеренгой перед креслами. Азак указал на Рэпа.

– Лучники! Если этот человек скажет хоть слово без моего разрешения, стреляйте и убейте его.

Увидев шесть стрел, нацеленных на него почти в упор, Рэп оставил всякие попытки что-либо сказать. Он сунул большие пальцы рук за пояс и иронично посмотрел на Инос. Он выглядел теперь гораздо счастливее, чем несколько мгновений назад. Да и было с чего. Раша мертва, Элкарас, насколько было известно Инос, не вернулся. А значит, Рэп, независимо от того, кто он – маг или только адепт, сейчас является сильнейшим волшебником в Араккаране. Инос трудно было свыкнуться с этой мыслью. Рэп?

– У меня есть несколько вопросов к тебе, арестант! – пролаял Азак.

– Азак! – Инос отстранилась от Кэйд и побежала по помосту, волоча за собой тяжелую мантию.

Азак, сверкая глазами, повернулся к ней. Он уткнул руки в бока.

– Ты смеешь просить за этого преступника?

– Да, смею! – выкрикнула Инос. – Он не преступник. Он избавил тебя от колдуньи, разве не так?

– Нет. Она сама избавила меня от себя.

– Все равно тебе нужен кто-то вместо нее, кто сможет давать тебе советы по вопросам магии. Я ручаюсь за лояльность мастера Рэпа. Он честен, и ему можно доверять.

– Лояльность к кому? Нет, хватит с меня этого мерзкого колдовства! В моем королевстве не будет никакой магии! Он умрет!

Рэп убил стражников, ворвался во дворец, нарушил церемонию свадьбы, украл Злодея, заставил Азака выглядеть дураком. Любое из этих преступлений было в Араккаране достаточным поводом для вынесения смертного приговора.

– Азак! – Она упала на колени. Его лицо потемнело от ярости.

– Какое отношение вы имеете к этому человеку, султанша?

– Никакого! Просто друг детства, верно служивший моему отцу. Могу ли я попросить вас об этой небольшой любезности в качестве свадебного подарка…

– Молчать! Не навлекай на себя мой гнев, жена, в самом начале своей супружеской жизни! В Зарке для женщины считается непристойным даже знать по имени какого-либо мужчину, кроме своего мужа, не говоря уже о том, чтобы просить за другого мужчину вопреки желанию мужа. Герцогиня Кэй-долан, проводите свою племянницу в королевскую опочивальню.

У Инос перехватило дыхание. Она… она не могла даже найти подходящие мысли, не то что слова. Человек, который был ей нужен, – это Азак из пустыни, Охотник на Львов, но она не представляла, как сможет переносить его в роли местного тирана.

– Ваше величество? – Кар проскользнул вперед; его скромная улыбка была едва различима в мерцающем свете факелов.

Азак что-то проворчал.

– Ваше величество, если этот человек действительно послан чародеем Литрианом, то казнить его, по-видимому, неразумно. Его прибытие избавило вас от колдуньи, которая, с одной стороны, была обузой для вас, а с другой, судя по всему, была обречена стать прислужницей Олибино. Его всемогущество чародей Юга мог предвидеть все эти события.

Азак снова проворчал что-то невразумительное.

– По крайней мере, проведите совещание по этому поводу, государь. Не спешите с решением.

– Держать мага под арестом?

– Да, это невозможно. Но если он маг, то вы и казнить его не сможете. А если попытаетесь, можете пасть жертвой его гнева. – Кар мягко усмехнулся. – Он утверждает, что он всего лишь адепт. Адепта, возможно, удастся задержать. И не исключено, что эти честные ребята, присутствующие здесь, горят желанием рискнуть и попытаться выполнить это столь опасное и трудное задание в знак своей решимости любой ценой бороться за то, чтобы вновь обрести вашу благосклонность. Ведь сегодня днем они показали себя не с лучшей стороны.

Вот это речь, подумала Инос с благодарностью.

Азак, по-видимому, согласился с доводами Кара.

– Превосходно. Капитан, позаботьтесь о том, чтобы пленник содержался под неусыпным надзором. Ему не следует разрешать разговаривать, иначе он околдует вас. Вы должны заковать его в самые толстые цепи…

Рэп метнулся как молния. Он развернулся на пятках, сделал два шага и прыгнул. Лучники безнадежно опоздали; только один из них спустил тетиву. Стрела пересекла полукруг, образованный стражниками, и вонзилась в воина, державшего факел. Не издав ни звука, он рухнул на спину.

В первое мгновение, казалось, не многие из стражников поняли, куда исчез их пленник. Потом они услышали стук башмаков о мраморный пол – это Рэп приземлился у них за спинами. Он уже мчался прочь, и его фигуру едва можно было различить в темноте. Юноша стремительно бежал к выходу, словно гепард, – призрачный силуэт во мраке.

Но у двери тоже были стражники, и он остановился перед сплошной стеной обнаженных мечей. Инос услышала, как Рэп начал что-то говорить, и мечи стали опускаться. Но в этот момент подоспели остальные воины и окружили Рэпа целой толпой. Но даже и теперь в течение некоторого времени все это выглядело как честная схватка. Одни стражники вопили, другие взлетали на воздух и падали. Но силы были слишком неравными. Битва закончилась. Но толчки и удары продолжались.

Инос зажала руками уши и закричала Азаку:

– Останови их!

Но Азак только пожал плечами. Стражники, по-видимому, услышали голос султанши, потому что они прекратили избиение. Они поволокли Рэпа назад – лицом вниз, с заткнутой в рот шапкой, чтобы не мог говорить; впрочем, он, судя по всему, и так был без сознания. Его голова бессильно болталась из стороны в сторону, и на пол капала кровь, казавшаяся черной в свете факелов.

– Удовлетворительная работа, – громыхнул Азак. – Капитан, можете применить те меры, какие сочтете необходимыми.

У Инос сжалось сердце. Она не знала, как управляться с этим Азаком-султаном. Все, кроме униженного раболепствования, приводило его в бешенство. Если бы только она могла хоть на минуту вернуть прежнего Азака, Азака из пустыни, который умел смеяться и шутить… она бы смогла убедить его, оставшись с ним наедине. Значит, если ей удастся сохранить Рэпу жизнь хотя бы на несколько дней, возможно, она сумеет что-то сделать.

– Мой господин! Они убьют его!

– Не до конца!

Инос все еще стояла на коленях. Она протянула к Азаку сложенные в мольбе руки и воскликнула:

– Умоляю! Не надо больше крови! Обещайте мне хотя бы это!

Азак гневно нахмурился.

– Хорошо! Капитан, обойдитесь без кровопролития! Но вы все даже представить себе не можете ничего ужаснее, чем то, что произойдет с вами, если он убежит. Ничего ужаснее! Я понятно выразился?

Капитан отсалютовал. Лицо его было мрачно и полно ненависти. Возможно, он думал о своих сыновьях, которыми он клялся в верности Азаку, и о том, что Азак может с ними сделать. Все стражники, наверное, думали сейчас об этом.