Наследник Осени - Тодд Фэнсток

Она едва успела переступить порог, как в углу кто-то откашлялся.

– Косарь! – воскликнула сестра Осени и уже устремилась к нему с распростертыми объятиями, но сдержала порыв.

Он стоял в тени, весь грязный, в пропылившейся одежде, с разорванной во всю длину штаниной. Над правой бровью темнел тонкий, уже затянувшийся рубец.

Она подошла к Косарю степенно, как и подобает сестре Осени, и взяла его руки в свои. Они знали друг друга многие годы, но в их отношениях всегда оставалась черта, которую Беландра ни разу не позволила себе пересечь.

– Рада снова видеть тебя, друг мой. Ты из тех, о ком можно не беспокоиться, но я все же тревожусь. Где Брофи?

На мгновение взгляд его ушел в сторону, и у нее похолодело в груди.

– Нет, – прошептала Беландра. Колени ее подломились, и она наверняка бы упала, если бы керифянин не успел ее подхватить.

– Фандир бросил его в Гнилые клети.

– Но он жив? – Она с отчаянием заглянула в бездонные темные глаза.

– Был жив, когда я оставил его. Но сколько протянет там, сказать трудно. Самое большое – месяц. Может быть, лишь несколько дней.

– Брофи силен и вынослив, – пробормотала она, стараясь убедить не столько Косаря, сколько себя.

– При нашей последней встрече я видел его сломленным.

– О, Брофи… – Беландру начало трясти. – Как? Как это случилось?

– Ты могла бы гордиться им, госпожа, – негромко ответил мастер черных дел. – Он победил в Девяти ступенях. Он был львом среди шакалов. Они пытались его убить, жульничали, но он обошел всех. Он всех одолел. Кроме…

– Кроме кого?

– Оссамир. Брофи влюбился в королеву. Я знал, что она попытается использовать его, но не думал, что он окажется столь восприимчив к ее чарам.

– Бедный мальчик… – прошептала Беландра.

– Знаю. Я предупреждал его. Но распутывать сердечные узлы мне не по силам.

Сестра Осени опустила голову, кивнула и негромко спросила:

– Как она предала его?

– Как может предать только женщина. Внушила надежды, а потом растоптала их на глазах у всех. – Он замолчал и бросил на нее быстрый взгляд, словно не зная, стоит ли продолжать.

– Не молчи. Что еще? Расскажи мне.

Керифянин осторожно откашлялся.

– Я не знаю, вернется ли он когда-нибудь. Я пытался его спасти. Мы могли бы уйти, но он просто упал посредине улицы и не пожелал встать.

Беландра отвернулась. Некоторое время она стояла, закрыв лицо руками, но, когда повернулась, глаза ее были сухи, а голос даже окреп. Она не собиралась так легко отказываться от сына своего единственного брата.

– И все же надо попытаться. Надо придумать, как вытащить его оттуда.

– Его придется выносить…

– Значит, будем выносить.

Он молча кивнул, потом пожал плечами.

– Фандир мог бы обменять его на город.

Беландра не знала, что хуже: то, что Косарь предложил ей такое, или же то, что она, прежде чем ответить, на мгновение задумалась.

– Ты же знаешь, на это я пойти не могу.

– Тогда единственный вариант – побег. Насколько мне известно, до сих пор бежать из Гнилых клетей удалось только одному человеку.

Несколько долгих секунд они смотрели друг на друга. Сестра Осени опустила голову.

– Креллису, – прошептала она и закрыла глаза.

– Креллису, – эхом отозвался керифянин.

Беландра, Шара и Косарь ожидали Креллиса на мосту Донована. Феделин и его «разящие молнии» толпились за ними. На середине моста, футах в пятидесяти от троицы, стоял Горлим. Тыл ему прикрывали около сотни солдат.

Платье Беландры, красное с оранжевым, цвета опадающих листьев, напоминало о ее принадлежности к Дому Осени. Золотисто-каштановые пряди трепетали на ветру языками догорающего пламени. Рядом с ней застыла Шара в длинном синем платье, с черными, сияющими на солнце волосами, то взлетающими, подобно крыльям, то падающими завесой на лицо. Талию ее перехватывала серебряная цепь Зелани со свисающим прекрасным сапфиром, притягивающим взгляды солдат к соблазнительному изгибу бедра.

Камень на груди запульсировал, и Беландра нервно переступила с ноги на ногу. Креллис был где-то близко.

– Не забывайте, – прошептала она своим спутникам, – мы не хотим кровопролития. Нам нужно договориться.

– Говорите за себя, – бросила Шара, сверля горящими глазами мастера Цитадели.

Зелани Горлима, Сирол, покинула хозяина, когда Шара убила Виктериса. Тот факт, что ее подруга служила заместителю брата Осени, Шара воспринимала как личное оскорбление.

– Я все-таки предлагаю его убить, – подал голос Косарь. – Его солдаты в таком же положении, что и мы. Если Креллиса не будет, они перейдут на нашу сторону.

– Или взбунтуются, откроют ворота и уйдут к физендрийцам или фараданцам, – возразила Беландра. – Нет. Внутренний конфликт лишь ослабит нас. Боевой дух и без того невысок. Мы не можем предугадать, к каким последствиям приведет еще один раскол в руководстве.

– А если он не согласится на ваши требования? – спросил Косарь.

– Тогда убьем его, – после короткой паузы ответила Беландра. – Рискнем.

Керифянин едва заметно улыбнулся и больше вопросов не задавал.

Пройдя через строй солдат, Креллис остановился рядом с Горлимом.

Косарь положил руку на рукоять меча. Беландра могла попросить его почти о чем угодно, но не заставить быть вежливым с давним врагом. Если керифянина что-то и удерживало, то только данная ей клятва.

Иногда, в худших из посещавших ее кошмаров, сестра Осени видела неизбежную схватку непримиримых противников, но исход противостояния всегда оставался скрытым от нее. Кто выйдет победителем, если эти двое скрестят когда-либо мечи? Она не знала.

Креллис сказал что-то Горлиму и, пройдя вперед, остановился в нескольких шагах от троицы.

– Беландра, Шара. – Он кивнул обеим женщинам и поджал презрительно губы, скользнув взглядом по Косарю.

– Креллис. – Беландра ответила сдержанным поклоном.

– Ты хотела меня видеть.

– Да. Хочу предложить союз на время обороты Огндариена против общего врага.

Он нахмурился.

– На каких условиях?

– Мы отдаем армию под твое полное командование. Мы отдаем тебе казну. Пятнадцать Зелани окажут любую потребную помощь твоим офицерам. Таким образом мы встретим противника единым фронтом.

– Что ты просишь взамен?

– Восстановление Совета. Сестры займутся распределением продовольствия и будут решать прочие хозяйственные вопросы.