Запретная магия - Энгус Уэллс

Сафоман эк'Хеннем взял Мхерит'йи, как и предсказывал Аномиус, и поклялся покорить все восточное побережье. Ликтор из Харасуля отправился во главе купеческих судов на службу тирану; на Файн шла армия, но пока от нее не было никаких вестей. Секка и Альдарин строили морской флот на верфях Эрина, поклявшись освободить морские пути от корсаров, и тиран благословил этот союз — кандийцы очень смеялись по этому поводу, поскольку, по их мнению, точно такое же благословение он дал и пиратам, которые тратили награбленное золото в Кандахаре, обогащая его казну. Лиссеанский моряк не согласился с ними, выразив неудовольствие двуликими правителями и кандийцами вообще. Его вынесли из таверны с перебитым носом и с отвратительной ножевой раной в боку и очень быстро забыли о нем. О Гессифе говорили мало, если не считать нескольких замечаний, что туда лучше идти в начале года, хотя купцы и побаивались, что ликтор перехватит их суда; все же они предпочитали подождать до середины лета, когда меняется ветер.

Последнее не очень им понравилось: чтобы добраться до Тезин-Дара раньше Азумандиуса, им надо отправиться в путь как можно быстрее; к тому же, если Аномиус все-таки выжил, он наверняка гонится за ними — он или колдуны тирана. Помимо этого Каландрилл почти физически ощущал присутствие чайпаку, желающих за убийство Мехеммеда его и Брахта смерти. Они поели, выпили флягу вина и отправились обсуждать планы на будущее туда, где их не могли слышать посторонние уши.

В отличие от колющей жары гахина на севере здесь было приятно тепло; но воздух был тяжелым от запахов джунглей, которые не развеивал даже слабый бриз, дувший с моря. Они сбросили кожаные куртки, вытирая пот с груди и лба. Город, казалось, и не собирался спать; с улиц доносился шум, постоялые дворы были ярко освещены. Каландрилл стоял у окна и смотрел на джунгли по ту сторону реки Ти, светившиеся странным фосфоресцирующим светом; под неполной луной поблескивало море.

— Поутру надо поискать судно, — пробормотал он.

— Если это возможно, — заметил Брахт, растягиваясь на кровати. — После того, что мы слышали, сомневаюсь, чтобы какое-нибудь купеческое судно решилось отправиться на север.

— Но военным-то кораблям нечего здесь стоять, — возразил Каландрилл. — У них есть весла.

— Да, но, скорее всего, они принадлежат пиратам, которым не терпится перерезать нам глотки за наши же деньги.

— Конечно, следует быть осторожным, — согласился Каландрилл. — Но у нас есть мечи, чтобы защищаться.

Брахт угрюмо усмехнулся.

— Надо бы поискать то снадобье, что давал мне эк'Джемм, ведь, если мне опять станет так же плохо, как тогда, то от меня будет мало проку.

Каландрилл кивнул и отвернулся от окна.

— Какой еще у нас есть выбор? — спросил он, как бы размышляя вслух; Брахт пожал плечами. — Ждать попутного ветра? В этом случае колдун нас обгонит. К тому же если мы тут задержимся, то нам опять грозят чайпаку.

— Именно, — согласился Брахт. — Остается только военный корабль.

Они почти мгновенно заснули, и простыни их быстро намокли от пота; ночь была полна криков веселящихся людей и странных звуков джунглей; когда Брахт и Каландрилл проснулись на восходе солнца, то не почувствовали себя отдохнувшими — бриз лишь на короткое время освежил воздух, и вскоре обжигающая жара вновь набросилась на город. Они спустились в гостиную, позавтракали хлебом и фруктами и отправились в гавань.

Два торговых судна вышли из гавани под полными парусами, направляясь на юго-восток в сопровождении трех военных судов, на каждом из которых полоскался флаг тирана.

— Призваны на службу тирана. Люди говорят, что на севере идет гражданская война.

Они повернулись и нос к носу столкнулись с седым человеком на деревяшке вместо левой ноги, улыбающимся им со швартовой тумбы. Из бороды его торчала трубка, от которой исходил тонкий запах наркотического табака, распространенного в Кандахаре. Он вежливо улыбнулся, вытащил изо рта трубку и выбил остатки табака.

— По всему видно, что Сафоман эк'Хеннем идет на Мхазомуль, и потому тиран решил укрепить там свой гарнизон. Плохие новости для купцов — их суда конфисковываются для поставок провианта и перевозок, а вознаграждение за их потери — мизерное.

— А что они теряют? — спросил Каландрилл. — Груз их не трогают.

— Груз-то не трогают, — согласился старик, — но все дело в том, что капитаны, отваживающиеся рано обойти мыс Вишат'йи, предпочитают отсиживаться здесь до смены ветра и возвращаются со шкурами дракона. А вот эти пошли порожняком по крайней мере до Гхомбаларя, а то, что они получат от тирана за такую услугу, далеко не компенсирует ходку порожняком.

— А когда меняется ветер? — поинтересовался Каландрилл.

Старик втянул носом воздух, словно пробовал бриз на вкус.

— Не раньше чем через месяц. А может, и позже.

— И до тех пор ни одно судно не отправится на север?

— По крайней мере до начала болотных ветров, — заявил старик, набивая свежий табак в трубку.

Каландрилл всмотрелся в тонкие очертания военных кораблей, раскачивавшихся на волнах.

— Но ведь эти могут плыть при любом ветре, а? — спросил он.

Старик высек искру, прикурил и, прежде чем ответить, сделал несколько энергичных затяжек.

— Вы из Лиссе? — И, когда Каландрилл кивнул, продолжил: — Большинство этих морских волков избегают флагов тирана — они здесь потому, что сопровождают торговые суда. А остальные — корсары, они только и ждут «купца» который отважится выйти в море. В Гессифе им делать нечего. Да ни один нормальный человек и не рискнет отправиться в это богом забытое место. Видите? — Он похлопал себя по деревянной ноге. — Со мной эту штуку проделал дракон. Я пошел с Йоханненом эк'Деманом на «Гордости ветров». Он обещал нам полный корабль шкур и долю в деле. Я за свою долю заплатил ногой! Проклятый Бурашем дракон набросился на наш баркас и семерых сбросил в воду. Четверо сразу же утонули, а проклятущее животное заглотнуло мою ногу, прежде чем Йоханнен смог меня отбить. — Он покачал головой, глубоко затягиваясь и успокаиваясь под действием наркотика. — Нет, если у человека все дома, он не пойдет в Гессиф без твердых гарантий дохода.

— Предположим, — сказал Каландрилл, — что мы можем предложить такое вознаграждение.

— Вы что, хотите нанять судно, чтобы отправиться в этот ад? Зачем?

Каландрилл, усмехнувшись, пожал плечами, не давая никаких объяснений. Старик сплюнул, не сводя с него глаз, словно оценивая, нормальный ли он человек, и, посчитав его ненормальным, сказал с торжественным выражением на избитом непогодой лице:

— Вы никого не найдете, а стоит вам показать деньги, которые с вас запросит пират, как очень скоро вам в спину воткнут нож, а денежки попросту заберут. Вам нужно в Гессиф? Дождитесь, пока сменится ветер, и отправляйтесь с судном-«купцом», если к тому времени здесь останется хоть одно.