Оседлавший Бурю - Дэвид Геммел

— А что потом? — спросил Кэлин. — С востока продовольствие уже не поступает. На западе наши войска едва держатся. Думаете, отступив, можно победить?

— Нет, — покачал головой Бек. — Так мы просто оттянем поражение.

— Как быть с тяжелоранеными?

— Я увезу всех, кого смогу, но нам не хватает повозок. Многих придется оставить.

— На верную смерть.

— Да, такова обратная сторона медали. Головы на шестах оказали нужный эффект, но одновременно спровоцировали врага на ответные зверства. Не говоря о том, что против нас Искупители, которые никогда не славились состраданием. — Бек вздохнул. — Мне не нравится поручать вам это, Кэлин. Слишком мало шансов выбраться живыми.

— Возможно и так, генерал, — мягко ответил Кэлин, — но у меня девятьсот бойцов. Я поставлю на них даже против пяти тысяч варлийцев.

— Я тоже. К сожалению, врагов — пятнадцать тысяч. Вам хватит пуль и пороха?

— Да. У нас маловато еды.

— Оставлю все, что смогу. Продержитесь двадцать четыре часа, Кэлин, а потом уходите врассыпную. Советую, пока не поздно, отправиться по домам.

— Берегите себя, генерал, — сказал Кэлин, пожав Беку руку.

— Вы тоже, Кэлин. Командовать ригантами было редким удовольствием.

Кэлин подошел к выходу, собрался с духом, перебежал открытый участок и рухнул за низенькой стенкой. От удара плечо заболело, из незатянувшегося шрама засочилась кровь. Не обращая внимания на боль, он ринулся дальше, к заброшенным домам у площади.

Там его ждали пятьдесят человек во главе с Райстером.

— Новости есть? — спросил кто-то.

— Армия отходит в Эльдакр.

— Давно пора, — сказал Райстер.

— Мы остаемся еще на двадцать четыре часа и прикроем их.

— И каждый час покажется нам сутками.

Коррин Талис переполз открытый участок и присоединился к товарищам:

— Они, похоже, отозвали снайперов.

— Я заметил, — ответил Кэлин. — Но не будем расслабляться. Нам надо рассредоточиться. Завтра придется изображать большую армию.

— Если слишком разойтись, нам не удастся вести массированный огонь, — заметил Райстер.

— Когда они пойдут в наступление, отступим к церкви. Там будет последняя линия обороны.

— Может, Оседлавший Бурю опять прискачет на помощь? — поинтересовался Коррин.

— Не в этот раз. Идите, расскажите всем, что происходит. Пусть, кто захочет, уходят. У всех дома есть семьи. Дайте им выбор.

— Хорошо, — кивнул Коррин. — Никто не уйдет, Кэлин.

— Знаю, — ответил Кэлин и вдруг рассмеялся. — Если бы раньше мне сказали, что я стану рисковать жизнью, чтобы дать солдатам-варлийцам спокойно отступить, я бы расхохотался!

Коррин ушел сообщать остальным новости. Райстер остался с Кэлином.

— Как плечо?

— Болит.

— Тебе еще повезло. Мне сначала показалось, что он тебя прямо в сердце.

— Почти. — Кэлин ухмыльнулся. — Повезло, что тот парнишка из Эльдакра оказался рядом.

— Да, повезло. Будем надеяться, что удача не отвернется от нас. Я скучаю по озеру Птицы Печали. Мне там нравится.

— Да, там очень красиво.

Кэлин лег на спину — земля была мягкой, как пуховая перина, — вспоминая солдата, спасшего ему жизнь.

Вражеские мушкетеры почти прорвали оборону, когда в бой вступили риганты и, не без помощи солдат Эльдакра, заставили их отступить. Один из отступавших бросился на Кэлина, вонзил штык в его плечо. Кэлин упал. Мушкетер склонился над ним, занес окровавленный штык над его грудью, но появившийся ниоткуда эльдакрский солдат прыгнул на врага и сшиб того с ног.

Раздался выстрел. Эльдакрец повернулся и рухнул на землю. Вражеский мушкетер поднялся снова. Кэлин выхватил из-за пояса Эмберли и выстрелил тому в голову. Затем подполз к упавшему. Крови было мало, но его лицо уже посерело. К ним подошел Райстер и похлопал умиравшего по плечу.

— Спасибо за твою храбрость.

— У меня жена и дети, — прошептал солдат. — Я выживу?

— Нет, друг, — ответил Райстер. — Ты смертельно ранен.

— Значит, скоро я сгорю. Исток сожжет меня.

— Нет, не сожжет, — возразил Кэлин. — Ты храбрец, и отдал жизнь за родину.

— Я совершил… ужасный грех.

— Мы все грешны, — ответил Райстер. — Сегодня ты отдал жизнь за человека, которого даже не знал. Это зачтется.

— Я его знаю. Он — Кэлин Ринг. Однажды я встретил его в Черной Горе.

— Я часто там бывал. Ты был там в казармах?

— Да, но встретил тебя в другом месте. Ты шел с женой, я — со своей семьей. Я помахал вам. Помнишь? У ручья?

— Да, — ответил Кэлин, хотя ничего не помнил. — Скажи мне свое имя, буду жив — найду твою семью и расскажу им, что ты совершил подвиг.

Тот прошептал свое имя и вцепился Кэлину в левую руку. Ее свело от боли, но ригант не подал виду.

— Исток сожжет меня за то, что я сделал, — прошептал он со слезами на глазах. — Скажи ей, что я был пьян. Скажи, что мне очень жаль. Скажи…

Он дернулся в судороге и умер.

Кэлин высвободил руку. Засыпая, он все еще размышлял о том, что же хотел сказать умиравший солдат.

На заре его разбудил Райстер. Кэлин поднялся.

— Отступления не было? Я ничего не слышал.

— Не было. Бек, видимо, передумал. Может, враг уже окружил нас? — Он бросил взгляд в сторону церкви. — Вот чокнутый! — воскликнул он, указывая на офицера, шедшего по открытому участку. Подойдя, тот помахал Кэлину.

— Пригнитесь! — крикнул Кэлин.

Офицер улыбнулся, подошел к лежавшим ригантам и присел на корточки.

— Враги отступили, — сообщил он. — Разведчики доносят, что они движутся на юго-запад. Ни снайперов, ни пехоты, ни пушек не осталось.

— Где Бек?

— Генерал в церкви. Он послал меня найти вас. Как вы думаете, это чудо?

Кэлин не ответил, со всех ног бросившись к церкви. Бек вышел ему навстречу.

— Это какой-то способ нас отрезать? — спросил Кэлин.

— Нет, — ответил Бек. — Они оставили хорошую позицию. А теперь, повернув на юго-запад, снова освободили торговые пути. Знаете, в этом нет никакого смысла.

— Что будем делать?

— Останемся здесь, пока не получим приказ из Эльдакра, Исток улыбнулся нам, Кэлин Ринг, не знаю почему, да и наплевать. Может, Мойдарт религиозен?

— Если так, то я противник его религии.

Спустя день после внезапного отступление вражеских армий Мойдарт призвал генералов в Эльдакр на совет. Разведка доложила, что враг сосредоточился в сорока милях от города и производит перегруппировку. Варлийцев оказалось приблизительно сорок пять тысяч, значительно меньше, чем Мойдарт предполагал