(Не)счастье для морского принца - Иринья Коняева

«Маирус», — представился он мысленно.

От удивления и восторга я едва не позабыла ответить тем же.

«Бриджит, можно просто Бри», — подумала, всё ещё недоверчиво хлопая глазами. В голове гулко и пусто. Я не могла поверить, что сам бог войны снизойдёт до общения с обычной девчонкой!

«Обычная!» — хмыкнул Маирус, но общение продолжать не стал, полностью переключившись на Килга, который сегодня выглядел весьма непривычно, но был вполне узнаваем.

— Он на тебя посмотрел, — неожиданно ревниво проговорил Ульс, обнимая меня за талию и заставляя перевести взгляд с бога на него. — Что-то сказал?

Невозмутимо пожала плечами и приняла равнодушный вид.

— Да.

— Бр-р-ри, — рыкнул он. — Что он тебе сказал?

— Что я необыкновенная, — ответила, стрельнув в любимого глазами.

— Тоже мне новость, — фыркнул Ульс, на мгновение прижимая к себе ещё сильнее и целуя в висок. — Ято это давно понял. Но внимание бога — это всегда плохо, особенно если этот бог — мужчина. Ты у меня слишком красивая и с уникальным характером, он явно это отметил.

«Он прав, красавица, но тебе нечего опасаться. Я добрый», — раздалось в голове.

Почувствовала, как в памяти всплывают разные мысли — непоследовательно, быстро, не по моей воле. Сообразила, что это проделки бога, и расслабилась, не препятствуя. С богами не спорят. И не думают, что взлом памяти — подтверждение отнюдь не обещанной доброты.

«Умничка, — похвалил Маирус. — Так это ты тот ребёнок, что отмечен Айоль. Не буду спорить с матерью, отпускаю тебя с миром, красавица. Или хочешь уйти со мной? Посмотришь разные миры, примеришь наряды, драгоценности…»

Голос звучал так маняще притягательно, что я на мгновение словно потеряла контроль над собой. Но сделала, как учила Серена. Впервые в жизни послушала её наставления и применила их вовремя, а не вспомнила через год, когда в тысячный раз сожалела бы о сделанном. Закусила губы изнутри и зажмурилась до белых пятен перед глазами, пока не затошнило, полностью переключилась на неприятные ощущения. И липкая паутина чужой магии ослабела, позволяя хоть немного протрезветь.

«Я уже люблю и любима. Желаю и вам найти своё счастье», — подумала максимально вежливо, хотя за этими словами крылось ещё немало разных высказываний, часть из них — совсем наглая и дерзкая. Надеюсь, он не успел их уловить.

«Успел. Успел, моя хорошая. Как не успеть?» — ехидно вопросил бог, я же вцепилась в Ульса мёртвой хваткой и с ужасом посмотрела в окно. Однако там лишь мирно плескалось море, да изредка подавали голос чайки.

«Простите меня великодушно! Молю!»

Ответом была тишина. Угрожающая. Жестокая. Нечеловечески безжалостная.

Уткнулась лбом в грудь своего любимого демона и раз за разом пыталась уговорить бога простить моё ужасное поведение, однако Маирус не отзывался, хотя находился рядом — по-прежнему было безумно холодно, настолько, что даже в жарких объятиях я стучала зубами. Впрочем, возможно, от страха.

— Ульс, кажется, я обидела бога, — прошептала, отчаявшись дозваться бога войны.

— Маирус — не кисейная барышня. Он настоящий мужчина и воин, он не обижается, а действует. Если сейчас он молчит — значит, даёт тебе время осознать своё поведение и раскаяться.

— Не очень похоже на бога войны.

— Напротив. Война — это искусство. Это философия. Религия, если тебе угодно. Маирус — один из самых умных богов, он никогда не поддаётся эмоциям, кроме тех, что связаны с боем. И он слишком джентльмен, чтобы обижать молоденьких леди, — с улыбкой закончил Ульс. — Но расслабляться в его присутствии не стоит. Женщин он обожает. В его гареме не одна тысяча красавиц, при этом он постоянно пополняется, так что предупреди подруг.

— А за меня ты не переживаешь? — спросила недовольно.

Где ревность? Что за дела вообще? Меня тут чуть бог не выкрал и не спрятал в палатах белокаменных, а кое-кто стоит здесь и в ус не дует!

— Бри, — протянул он так, словно разговаривал с дитём. — Ты можешь быть сколь угодно легкомысленной в неважных лично для тебя вещах, но во всём, что касается непосредственно твоей очаровательной особы, непреклонна и сурова. Ты свой выбор сделала, и этот выбор — я.

— Но бог красив как… бог! Не каждая девушка сможет удержаться от такого кавалера! Точнее, не захочет.

— А ты — не каждая. Ты — моя Бри.

— Но Маирус мог забрать меня без разговоров. Ему, наверное, моё согласие и не нужно, — настаивала я, потому что святая убеждённость Ульса в моей твёрдости и сдержанности удивляла. Нет, разумеется, я не собиралась бросать его ради бога войны, хоть тот и красавец, каких поискать. Он великолепен! Мечта! Мужчина с обложки! Другое дело, что моя мечта уже начала сбываться, и места для второго возлюбленного там решительно нет.

— Ни в коем случае. Только добровольное согласие. А наш бог войны — ещё и бог чести. Он никогда не опустится до того, чтобы уводить женщину своего верного слуги.

Посмотрела на него с подозрением. Очень уж странно выглядит такое знание божественных характеров.

— И откуда ты всё это знаешь? — спросила, поджав губы.

— А как ты думаешь, где живут боги? — с очаровательной улыбкой спросил Ульс.

От этой его уверенности мне стало немного легче, и я выдохнула, расслабила плечи, хоть и не успокоилась совсем.

— Здесь?

— Нет конечно. Они путешествуют по мирам, но живут в храмах, построенных в их честь; выбирают самые удобные, какие-то любят больше, какие-то меньше. В мире демонов у Маируса не просто храмы, у него огромные территории: острова, горы, леса. Он любит охотиться и рыбачить, потому демоны отдали ему почти половину мира для его развлечений.

— Ничего себе!

Ульс рассмеялся и на мгновение прижал меня к себе крепче, вдохнул аромат моих волос, погладил по спине, словно всё ещё не мог поверить, что вот она я вся. Здесь. С ним. В безопасности его объятий.

— Миры и так принадлежат ему, любовь моя. Все миры. Но только демоны добровольно отдали большую часть земель своему богу, обустроили всё для его удобства и комфорта, ежедневно возносят ему молитвы и идут в бой по первому его требованию. Разумеется, чаще всего он живёт там, где его больше всего любят и ценят.

— О, как это по-мужски, — фыркнула я, затем осознала, что бог наверняка слушает нас. Исправилась: — С другой стороны, именно вера питает богов, так что это самое разумное решение.

«Язык как помело», — хмыкнул Маирус.

Я тут же рассыпалась в извинениях, на этот раз бесконечно искренних.

«Я приму решение и сообщу. Позднее», — пообещал он и ушёл.

Сразу стало тепло и солнечно, радостно. Всё-таки присутствие бога — то ещё испытание. Даже глоток воздуха давался с трудом.