Крылья феникса - Светлана Жданова

— Нет.

— Забавно, через месяц будет ровно шесть лет, как ты убил ее, — кивнула я на портрет.

— И мне не жаль. Ты стала только сильнее.

— То что не убивает, делает нас сильнее. Но только… она могла бы полюбить тебя. Я — уже нет. — Прикрыв глаза, я помолчала, слушая стук сердца и дыхание. Свои и его. — Где они сейчас?

— На пол пути к тебе.

Я кивнула.

Что-то звякнула о камень пола, и я раскрыла глаза, с удивлением смотря на свой короткий меч.

— Что ты с ним сделала? Его металл непослушен мне.

— Он мне должен.

— Сумасшедшая, — резюмировал Хананель, направляясь к двери.

— Так не отрицаю.

— И это настораживает.

— Нормальная давно бы пеплом по миру летала, а я ничего — еще порчу всем нервы. — Глубоко вздохнула. — Прощай, мой лучший враг!

— Нет, Лилит, до свидания.

Дверь за ним закрылась, а я удивленно рассматривала ее старые, шлифованные доски. Хананель впервые назвал меня по имени.

Сейчас мне было жалко этого мужчину, отвергнутого всеми и достаточно сильного что бы продолжать бороться за то чего нет и никогда уже не будет.

Вот теперь пора, решила я вставая.

Еще раз оглянулась, собрала ширму, за которой в моей старой лаборатории пряталась кровать и сдернула с нее пыльное покрывало, обнажая хрустящее от чистоты и заклинаний белье. Все должно быть безупречно. Сняв с ног ботинки, я легла посреди постели, глубоко вздохнула, приготовилась. Затем вспомнила про забытый меч и, вскочив, подняла тот с пола. Снова легла, подумала и переложила меч с живота на одеяло рядом с собой, все же на рыцаря я мало похожа.

Глубокий вздох, а на выдохе отдается душа. Феникс вышел крылатой птицей, затем встал посреди комнаты девой. Красноволосая аватара нежно провела рукой по голове лежащей на белых простынях девушки.

— Прости меня. Я очень хочу что бы ты жила. Но… прости!

Расправив крылья, она уже птицей вылетела в закрытое асурами окно.

Сверху было лучше видно два войска, хотя свободному полету и мешали порхающие аки бабочки демоны. Ага, здоровые такие, черные, клыкастые, щерящиеся тьелхами мотыльки.

Я остановилась далеко в конце нашей армии и запустила в небо непримечательного вида зарницу. Поджидать долго не пришлось, Бальтазар верхом на Калгне приехали быстро.

— Привет! — беззаботно улыбнулся демон.

А единорог меж тем просквозил меня подозрительным взглядом.

— Это я, Калгн, — улыбнулась откидывая сверкающую красную прядь. — Ну, может быть не только я. Но это дело не меняет.

— Что-то я в этом не уверен, — еще раз смерил меня взглядом мой «четвероногий друг».

— А в нюх?

— Теперь узнал, — загарцевал Калгн. — Привет, ведьма!

А я стащила с него прикрепленные сумы и начала переодеваться. Льняная рубашка, узкие бриджи, расшитый перьями феникса жилет, доходивший до середины бедер, высокие сапоги. Асур помог приладить латные поручи и оплечья. На груди сверкнул безупречными гранями эльфийский артефакт Глауре.

— Все-таки достали, — улыбнулась я, полными горстями черпая из него силы. — Хорошо. А то мне вчера так плохо было, только под вечер проснулась.

— Поэтому и не приходила? — вроде бы обрадовался он. — Мы волновались. Данте места себе не находил. А ночью вообще… Лилит, что произошло, вы снова поссорились?

— Нет. С чего ты взял? — посмотрела я, прилаживая к поясу ножны с метательными кинжалами. Ведь знаю, и все равно спрашиваю.

— Он ночью такое устроил! — округлил глаза-вишни Бали. — Подозреваю, что у многих возникло желание поскорей сдаться в плен Хананелю, лишь бы не попасться под горячую руку Наследнику. Малышка, что ты натворила?!

— То что должна была, — малодушно отвернулась я. Плакать аватара не умеет, так же как и прятать чувства или играть чужие роли.

Я залезла на спину единорога и провела пальцами по густой блестящей гриве. Калгн подался на ласку, как кошка потераясь об руку.

Люди, асуры и эльфы расступались пред скачущим во весь апорт единорогом, едва замечали в его седле кравноволосую сияющую девушку. Прямо над нашими шалыми головами парил огненный демон, всем и вся давая понять, мешать мне — себе дороже. Мы со всего маха вылетели перед идущим войском и проскакав еще с десяток метров, боком загарцевали к ведущим строй. Молодой единорог все же ни мог удержаться от еще одной возможности покрасоваться и встал на одно колено. Показушник!

— Лилит? — удивился Олеандриэль рассматривая непривычную аватару.

— Боюсь что сегодня не столько Лилит, сколько все остальные. — Я ослепительно улыбнулась. — Есть вещи о которых я знаю куда больше девушки-мага.

Не удержавшись, я все же куда пристальней оглянулась, не обнаруживая во главе колонны Данте и Заквиэля.

— Проверяют все ли в порядке, — подсказал Аскар. Смотри-ка, и этот туда же, проницательный мой. Только голос больно напряженный, врет?

— Как обстановка?

— Не серьезная стычка на границе, — начал докладывать Бальтазар. — Часа два назад нас пытались остановить по-серьезному. Но думается нам — это только проверки. Основная битва впереди.

— Да. И больше всего мне интересно как близко нас к себе подпустит Хананель.

— Ну, это тебе лучше знать.

Я вздрогнула, в груди что-то екнуло, хотя какое у аватары сердце?

— Он хранит свои тайны, — постаралась как можно спокойней ответить я. Старанья пошли зря.

— Конечно! — Демон спланировал сверху на воздушных крыльях. К нему тут же бросился черный единорог, на которого Данте и уселся, забавно поджав под себя длинный хвост. Вместо привычной кисточки, на нем красовался тяжелый роговой наконечник.

Встряхнув свою память, я выудила нужные знания. Демоны срезают кончики хвостов, выходя на войну. Это верный признак, что шутить они не намерены и будут драться в полную силу. Так что спасайся кто может.

А мне кисточка нравилась. Я вообще волновалась за длину волос этого вредного асура.

— Карту Вольска никто не догадался захватить?

Олеандриэль вздохнул и махнув рукой выдал мне вполне сносную карту полупрозрачной пленкой повисшую перед нами.

— Мы находимся здесь, — указал он на цветную точку, мерцающую на полотне карты.

Осмотрев все еще раз, я ухмыльнулась.

— Вышел Нагос из тумана, вынул ножик из кармана, буду резать, буду бить, все равно тебе водить. Пусть сам побегает за нами. А мы встанем вот здесь, — указала я. — Все-таки это мое королевство и я не позволю кому-то диктовать мне условия. Здесь находиться небольшая деревенька Орлия, и свободное место для любого маневра. Надо будет выслать отряд предупредить жителей. Да и Хананеля тоже.