Отмеченный богами - Лоуренс Уотт-Эванс

Вадевия на секунду замер, ожидая, что Маллед остановится и возобновит беседу, но поняв, что кузнец этого делать не собирается, закричал:

- Подожди!

Насмешливая полуулыбка исчезла с его лица.

- Нет! - Кузнец даже не оглянулся.

- Подожди, Маллед! - взмолился Вадевия. - Я не могу бежать вниз по этому склону.

- Тогда возвращайтесь в Храм, - по-прежнему не оборачиваясь, посоветовал Маллед.

Дарсмит поднял глаза на приятеля.

- Может быть, стоит его выслушать, все-таки он жрец.

- Он ничего не знает! - прорычал Маллед.

Дарсмит опасливо взглянул на Вадевию, который медленно, но верно сокращал расстояние между ними. Малледу пришлось приноравливаться к более коротким шагам товарища, что позволило жрецу превзойти в скорости покидающую Зейдабар парочку.

- С чего это ты на него так ополчился? - укорил его Дарсмит. - Ведь он просто хочет нам помочь.

- Помочь? - презрительно хмыкнул Маллед. - Он здесь лишь для того, чтобы шпионить и издеваться! И это ты называешь помощью?

- Но магам приказал за тобой шпионить Имперский Совет, - возразил Дарсмит.

- Но никто не приказывал ему выяснять, что сказали маги. - Маллед ткнул большим пальцем через плечо в сторону жреца.

- Да, но он обеспокоен, - заметил Дарсмит. - Ведь он знает, кто ты. Разве не так? Совершенно естественно, что он проявляет интерес.

- И при этом насмехается надо мной. Такой интерес мне ни к чему!

- Издевается? - Дарсмит был искренне изумлен.

- “Значит, ты и Баранмель? Быстро же вы сумели подружиться”, - прогундосил Маллед, пародируя легкий прононс Вадевии.

- Но это же такая мелочь! - запротестовал Дарсмит.

Маллед замер и повернулся лицом к спутнику.

- Послушай, Дарсмит, - рассердился он, - ты ничего не понимаешь. Баэл отметил меня при рождении. Всю жизнь, с минуты появления на свет с отпечатком когтя на роже, я только и слышал от окружающих, что у меня с богами особые отношения. Мои сестры ненавидели меня за это. Отец постоянно твердил, что это не имеет никакого значения, - я думаю, он немного ревновал меня и потому говорил, что все это сущая чепуха. Приятели всегда немного побаивались меня - возможно, из-за моего роста, но ведь кроме этого я был избранником богов! Теща постоянно наказывала жене не сердить меня, если та не хочет, чтобы её прокляли боги, и Анва иногда нервничала из-за этого. Единственные обитатели Грозероджа, которых совершенно не трогает моя богоизбранность, - мои дети. Да и то лишь потому, что им об этом никогда не рассказывали. Всю жизнь прикосновение богов висело на мне тяжким грузом, было клеймом, из-за которого я не мог нормально общаться с людьми!

- Хм-мм, - протянул Дарсмит, отодвигаясь подальше от ярости приятеля.

- И что хорошего это мне дало? - возмущался Маллед. - Неужели я осыпан милостями богов? Нет. Иногда мне казалось, будто они одаривают меня своими щедротами. Это бывало в те моменты, когда жизнь представлялась особенно хорошей. Например, когда Анва согласилась выйти за меня замуж. Или на нашей свадьбе, куда, впрочем, “мой друг Баранмель” не соизволил явиться. Я ощущал улыбки богов, когда появлялись дети. Но это были обычные проявления милости, которыми может быть одарен каждый. Навязанное же мне богами предназначение никогда не приносило мне какой-либо пользы. Да, конечно, я обладаю большой силой и выносливостью. Но что из этого? Как часто сверхсила оказывается полезной в обычной жизни? Разве она повысила мое профессиональное мастерство? Разве привлекла ко мне новых клиентов? Или заставила мою жену крепче меня любить?

Тут Дарсмит не смог удержаться.

- Ну, если ты действительно такой выносливый, то она…

- Заткнись! - холодно оборвал его Маллед.

Дарсмит мгновенно затих.

Маллед, оглянувшись, заметил, что Вадевия поравнялся с ними и вслушивается в разговор.

- Пойдем, - сказал он Дарсмиту. - Путь предстоит не близкий. Доскажу по дороге.

Дарсмит согласился, и они продолжали спуск по пандусу. Когда миновали ворота, перед ними в обе стороны распахнулся мир, большую часть которого занимал Внешний Город.

Вадевия шествовал следом, демонстративно игнорируя обоих беглецов.

- От того, что я Богоизбранный Заступник, не вижу никакой пользы. Но зато у меня есть обязанность отправиться на войну, сражаться и, возможно, умереть за Империю. Предполагается, что в случае необходимости я стану великим лидером! Но каким образом? Что мне известно о военном деле? Я не солдат. Я - простой деревенский кузнец, а не какой-нибудь аристократ! Мне в жизни не приходилось никого за собой вести.

- Но ты же отлично проявил себя во Дворце, - заметил Дарсмит.

- Там я не проявил ничего, кроме здравого смысла, - решительно возразил Маллед.

- А может, от тебя больше ничего и не требуется? - высказал предположение Дарсмит. - Сдается мне, кроме как у тебя, здравого смысла ни у кого не имеется.

- Это верно, - согласился Маллед. - И это очень печально.

Они продолжали путь в дружелюбном молчании. А когда спустились по пандусу до уровня городских крыш, Маллед промолвил:

- Одним словом, этот, как все считают, дар богов для меня сплошная головная боль - и никакого удовольствия. Разговор с Баранмелем только подтвердил это. Он сообщил, что Баэл желает моей гибели и хочет, чтобы Зейдабар был стерт с лица земли, а Империя Домдар уничтожена. То ещё благоволение богов!

- Что? - Дарсмит споткнулся и упал бы, не подхвати его вовремя приятель. - Баэл что?!

- То, что я сказал, - ответил Маллед.

Дарсмит открыл рот, не в силах произнести ни слова.

- Но… но… - наконец выдавил он, - но боги создали Империю. Они остановили свой выбор на нас.

- И большинство из них нас все ещё поддерживают. Но Баэл - бог войны, а Домдар последние двести лет пребывал в мире. Он нас ненавидит и поддерживает олнамского колдуна с его мятежниками.

- Но тогда… но ты… - Дарсмит окинул диким взором пространство окрест, зацепился взглядом за широкий проспект, ведущий в сторону Агабдала, затем уставился в то место, где, по его расчетам, должен находиться военный лагерь.

- Но он ведь бог войны. Разве это не означает, что всегда побеждают те, кого он поддерживает?

- Не знаю. Однако не думаю, что поддержки Баэла достаточно, дабы преодолеть все препятствия. Я, например, по-прежнему остаюсь Богоизбранным Заступником, призванным защищать Империю. И никакой Баэл не способен отнять у меня этот титул. Я намерен использовать все свои возможности, которых пока не знаю, для того, чтобы встать на пути у Назакри. И кроме того, большинство богов все ещё на нашей стороне. Но Баэл, хоть и не может отнять “дар”, который скрепил своим когтем, способен принести много зла, - с горестным вздохом заключил Маллед.