Сталь и пепел. На острие меча - Вадим Львов

Локтионов в своем деле тайной, подлой войны был действительно мастером.

— Господин Блинов, управление специальных операций готово. Нужен лишь приказ.

— Приказ будет, Локтионов. Думаю, в ближайшие часы, после доклада президенту. Но сейчас особое внимание удели координации с ГРУ. С Корженевичем. И вот еще. Ты не жлобись, информацией с «дальними соседями» делись регулярно.

Весельчак удивленно вскинул брови:

— Ты, Локтионов, гонор здесь свой не показывай. У тебя по Европе наработки, у соседей по Мексике, и не только. Намек понял? Так иди работай.

В тысячах километрах от Москвы, на другой стороне Атлантического океана, пожилой метрдотель престижного ресторана Ciervo Blanco снял трубку старомодного телефона.

В Асунсьоне стояла глубокая ночь, но в Ciervo Blanco еще были посетители, в основном иностранцы, неторопливо поглощавшие вина и отличные стейки из говядины в компании местных красоток. Парагвай — бедная страна, здесь всегда рады людям, готовым платить деньги.

Метрдотель вышел из-за своей полированной стойки и направился в зал. В самом углу, в окружении трех очаровательным двадцатилетних метисок, сидели двое геологов, подданных Ее Величества. Они гудели в Ciervo Blanco уже четвертую ночь, ожидая, по их словам, очень важного звонка из бразильского Ресифи. Сеньоры Блэйк и Фитцпатрик, сорящие фунтами в кабаке, представляли транснациональную горнодобывающую компанию, раскинувшую щупальца от Лондона до Кейптауна и Мельбурна. Им должны были сказать, отправятся они в экспедицию ближе к боливийской границе в поисках залежей бокситов или полетят обратно. Метрдотель, как и большинство людей его профессии, снабжал информацией полицию, заодно не брезгуя «сливать» данные о богатых посетителях местным лихим людям. Блэйк и Фитцпатрик сразу заинтересовали старика, но ловить там было откровенно нечего. Почти сорок лет простояв у стойки в ресторане, он успел досконально изучить людей. Двое крепких, уверенных в себе мужчин, работающие на корпорацию со зловещей, особенно в третьем мире, репутацией, — этого вполне достаточно, чтобы с ними не связываться. Пусть спокойно пропивают щедрые командировочные.

Метрдотель подошел к шумной компании и, учтиво поклонившись, сказал:

— Извините, сеньоры. Только что был звонок, который вы так ждали. Из Ресифи от сеньора Хоукинса.

Две головы синхронно повернулись в его сторону. Расслабленные позы, довольные улыбки. Обычные с виду люди, если бы не глаза. Внимательные, настороженные. Такие бывают у охотников, выслеживающих добычу.

Не прошло и секунды, как в руке геолога постарше, Блэйка, появилась десятифунтовая купюра, перекочевавшая во влажную ладонь метрдотеля.

— И что сказал мистер Хоукинс?

— Сказал, что ваш план не одобрен на совете корпорации и вас отзывают.

Блэйк недовольно скривил губы и плеснул себе в бокал изрядную порцию виски.

Более молодой Фитцпатрик, рыжий и вихрастый, махнул метрдотелю ладонью, давая понять, что разговор окончен.

«Небось о десяти фунтах жалеете, придурки?» — злорадно подумал тот, выходя из зала. Еще через час к нему подошла одна из смазливых девчонок, сидевших с англичанами, и попросила вызвать им машину. Как обычно — не такси, а лимузин.

Наутро помятых после ночной пьянки англичан унес в небо самолет бразильских авиалиний. Никто не обратил внимания на то, что люди, гулявшие в Ciervo Blanco, и люди, севшие в самолет с их паспортами, немного отличались. Самую малость. Заметить это могли несколько человек на весь Парагвай. Три девицы, спавшие с геологами-иностранцами, администратор в Gran Hotel Armele, где иностранцы проживали, и метрдотель, отличавшийся великолепной зрительной памятью.

Только вот незадача — никто из этих пятерых не дожил до конца недели и не мог, случись что, помочь в поисках иностранцев. Проститутки сгорели в своей убогой квартирке из-за короткого замыкания, задохнувшись во сне угарным газом. Администраторшу отеля сбила машина без номеров, когда женщина шла с рынка после ночной смены. На метрдотеля следующим вечером прямо возле дома напали хулиганы, дважды пырнув старика ножом в область печени и проломив ему висок ударом дубинки. Потом ему, уже мертвому, вывернули карманы, забрав несколько имевшихся там купюр, включая злосчастную десятку фунтов стерлингов.

А бывшие сеньоры Блэйк и Фитцпатрик, ныне сотрудники христианской благотворительной организации Адамс и Варгас, сейчас дремали в пассажирской каюте маленького грузового пароходика, который двигался по реке Парагвай строго на запад, в направлении пустынной провинции Бокерон, что на боливийской границе.

Помимо них на пароходе расположилась миссия молодых христиан, человек двадцать пять, горящих помочь малочисленным и разбросанным по пустыне полукочевым индейским племенам — помочь обрести слово Божие. Команда парохода, получив солидное вознаграждение, не задавала глупых вопросов о том, что хранится в тех массивных деревянных ящиках, которыми молодые христиане заставили всю палубу и забили трюм. Возле ящиков круглосуточно дежурил кто-то из молодых поклонников Иисуса, с неизменно доброжелательной улыбкой.

Матросы и капитан судна все отлично понимали. Не иначе Библии везут страждущим, да учебники, да консервы. Что еще могут везти индейцам молодые христиане? Поэтому сразу заплатили долларами, и вперед. От смирения… Ну да.