Кольцо нибелунгов - Торстен Деви

— Если ты пожалеешь о своем решении, то в любой момент сможешь вернуться, — сказала Эльза. — Я не стану тебя останавливать.

Гернот посмотрел на нее.

— Если бы ты мне не предложила уехать из Бургундии, я бы сам вскоре пришел к этой мысли. Король Гернот Бургундский? Я тебя умоляю.

Она рассмеялась.

— Ты был бы великолепным королем.

— Как Гизельгер, Гунтер, Кримгильда? Мне кажется, что трон будит зло в душах хороших людей.

— Трон… или золото, — пробормотала Эльза.

— Ни то, ни другое не имеет для меня ценности, — сказал Гернот. — Отказавшись от трона и богатства, я получаю возможность быть счастливым, находясь рядом с тобой. — Он с нежностью посмотрел на нее и добавил: — И это не цена, которую платишь, а дар, который получаешь.

Они молча ехали около часа, чувствуя полное единение. Свет едва пробивался сквозь облака. Время от времени Эльза давала ребенку молока из кожаного бурдюка, который висел у нее под мышкой.

В какой-то момент пение птиц прекратилось, и от деревьев пополз запах мха. В то же время они услышали странные звуки, настолько тихие, что можно было подумать, что на самом деле их нет. Воздух, казалось, застыл, а каждая ветка и каждый камень задрожали.

Гернот потер виски.

— Ты чувствуешь?

— Гернооот… Эльзааа…

Эльза остановилась. У нее разболелась голова, а душа как будто рвалась наружу, но она заботилась лишь о ребенке, который спал у нее на груди. В отличие от Гернота и Эльзы, маленького Зигфрида нисколько не смущало присутствие невидимых духов.

— Отродье… ворааа…

Они продолжали ехать, пока дрожание воздуха не усилилось, а боль не превратилась в стену, сквозь которую невозможно было пробиться.

— Бургундская кровь… и золото нибелунгов…

Гернот все время испуганно оглядывался; ему казалось, что он видит странные колеблющиеся тени и чьи-то лица, мелькающие над покрытыми мхом валунами.

— Игра начинаетссся… сссновааа…

Вскоре молодая пара уже не могла скакать, так как чудовищный звон практически разрывал их тела.

— Вероятно, мы должны сделать это здесь, иначе нам не пройти дальше.

Принц вытащил из куртки кольцо, о котором нибелунги узнали еще тогда, когда он утром пересек Рейн.

— Кольцо! Кольцо… кольцо… кольцо… Наше! Мое! Наше!

Принц на мгновение задумался о том, стоит ли ему отказываться от кольца, если оно и впрямь обладает чудесными свойствами, которые ему приписывались. Но когда он взглянул на Эльзу, та решительно кивнула. Помедлив, Гернот размахнулся и бросил золотое кольцо вперед.

— Кольцо… кольцо… кольцо… кольцо… кольцо… кольцо…

Шепот нибелунгов перешел на визг, и сотни невидимых рук потянулись к кольцу. Оно, казалось, зависло в воздухе, словно решая, куда ему падать.

В этот миг один-единственный луч солнца пробился сквозь облака и, отразившись от кольца, ударил Эльзе и Герноту в глаза. Когда они снова смогли видеть, кольцо нибелунгов исчезло, как и боль, которую вызывали бестелесные духи.

Если бы молодые люди понимали язык леса, они могли бы услышать напоследок многоголосье, исходившее от нибелунгов:

— Кровью оплатили долг… но все же оплатили…

Гернот взглянул на Эльзу и на мальчика, который по-прежнему спал сладким сном.

— Что ж, дело сделано. Надеюсь, теперь мы можем распоряжаться своей судьбой.

Она посмотрела на него счастливыми глазами.

— Забудем о жестоком предопределении судьбы, отныне мы не игрушки в руках богов. Давай выберем наш путь вместе. Куда нам направить лошадей?

Гернот задумался.

— Когда-то я говорил, что Исландия мне не понравилась. Однако именно в этой стране ты могла бы быть счастлива. К тому же она расположена очень далеко отсюда. Наместника, который теперь наверняка станет королем, зовут Эолинд. Он хороший человек.

Эльза кивнула.

— Так, значит, в Исландию. На север.

— Да, на север. Путешествие растянется на много недель, — подтвердил Гернот. — Но у нас есть все время мира.

— А что же будет с королевствами? С Бургундией, Ксантеном, Данией?

Принц, который мог бы управлять всеми этими странами, пожал плечами.

— Королевства падут. Останутся страны. Найдутся новые короли, которые будут ими управлять. Так было всегда.

— И снова будет война…

— А затем мир. Мы не сумеем остановить этот вечный круговорот.

Вдалеке загромыхал гром.

Они скакали в дождь.