Повелитель книг - Мэл Одом

— Это невозможно, — радостно воскликнул Джаг.

Халекк был первым помощником капитана «Одноглазой Пегги», корабля, который столько лет назад силой завлек на службу Великого магистра Фонарщика. Двеллер познакомился с его командой, когда путешествовал с Великим магистром.

Гном погладил себя по бороде.

— Ну, все-таки прошло много лет.

— Я не забыл, — повторил двеллер. — Но никак не ожидал тебя здесь встретить.

Халекк ухмыльнулся.

— Ну, не так уж случайно мы здесь оказались.

— Вы следовали за Великим магистром, — наконец догадался Джаг.

— Верно, — кивнул гном.

— Но как? — Не успев задать вопрос, двеллер уже сам понял ответ на него. — Через глаз чудовища?

Халекк снова кивнул.

История корабля «Одноглазая Пегги» начиналась с ее капитанши Пегги, получившей прозвище Одноглазая. Одноглазая Пегги как-то наткнулась на чудовище в Кровавом море, и оно отгрызло ей ногу. Пегги отомстила; она нагнала его и вырвала один глаз, хотя убить и не сумела.

Глаз чудовища хранился в кувшине под кроватью в каюте капитана корабля. Каждый моряк, который становился членом пиратской команды, должен был поклясться в верности на этом кувшине.

Джаг так и не вступил в команду пиратов, хотя и путешествовал с ними, когда сопровождал Великого магистра, но глаз он видел. Он был все еще живой, и через него капитан мог найти любого члена команды, если тот пропадал с корабля. Единственная проблема была в том, что чудовище тоже могло видеть «Одноглазую Пегги» через свой пропавший глаз и иногда нападало на корабль.

— Нам надо спешить! — воскликнул Джаг. — В их руках Великий магистр. Они могут его убить.

Халекк обеспокоенно поглядел на него.

— Нет, нам совсем другое полагается делать.

— Что ты сказал? — Двеллер засомневался, что правильно понял гнома.

— У старины Вика целый план задуман, — сказал Халекк. — Он поддался тем ребятам, что его схватили, специально, чтобы все разнюхать. Он кое-что знает про Книгу Времени, но не все. Поэтому и позволил себя поймать.

— Он позволил себя поймать? — переспросил Джаг. А потом понял, что Великий магистр поделился с гномом тайной книги. — Великий магистр рассказал тебе про Книгу Времени?

Неужели Великий магистр рассказал об этом всем, кроме него?

— Ну да, — ухмыльнулся Халекк. — Старина Вик ловкач еще тот. Я его научил всему, что он знает. — Он пожал плечами и добавил: — Мне рассказал и еще Кобнеру.

Джаг почувствовал, что колени у него подгибаются.

— Ты не волнуйся насчет Вика, — посоветовал ему гном. — У него есть зелье, которое Краф сварганил, и оно позволит ему выбраться с корабля, когда он сочтет нужным. Глаз чудовища скажет нам, когда это случится, и мы его подберем.

— Сколько у него было порций этого зелья? — спросил двеллер.

— Одна, — ответил новый голос.

Узнав его, Джаг стремительно повернулся и увидел на кормовой надстройке Крафа. Ветер раздувал полы плаща волшебника.

— Вы же погибли, — хрипло произнес двеллер. — Я видел, как вам в грудь попала стрела и вы упали на скалы...

Краф покачал головой и усмехнулся.

— Ты видел то, что я хотел всем показать. Волшебников довольно трудно убить, если мы этого сами не хотим.

Джаг заставил себя сосредоточиться.

— Так сколько порций зелья было у Великого магистра? — снова задал он свой вопрос.

— Одна, — сказал Краф. — Его, знаешь ли, очень сложно приготовить. Требуется масса времени. Ради кого другого я вообще бы не стал возиться.

Двеллера накрыла волна отчаяния.

— Надо было сделать больше!

Краф нахмурился.

— И с одной-то была страшная морока. Пришлось делить зелье на две составляющих, которые по отдельности не являлись магическими, а вместе были — ты хоть можешь себе представить, как это сложно? Почти невозможно, скажу я тебе. И я... — Тут он наконец понял. — Вик дал тебе свое зелье, верно? Так ты и смог сбежать.

— Да. — Чувствовал двеллер себя просто ужасно.

— Тогда он застрял на этом корабле с гоблинами, — заметил Халекк. Голос его уже не был таким беззаботным. — Нам надо...

— Подумай хорошенько, — перебил его волшебник. — Нам следует все тщательно обдумать. Если мы попытаемся силой вернуть Вика, они могут его убить. — Он погладил свою седую бороду. — Нет, для этого нам потребуется хитрый обманный маневр.

Гном кивнул.

— Это, похоже, больше по твоей части.

— Я даже не знаю, обижаться на это или нет, — вздохнул Краф.

Гномы, стоящие рядом с Халекком, невольно попятились в сторону. В гневе волшебник часто не обращал внимания на попадавшихся под руку случайных зрителей.

— Ну, — сказал Халекк поспешно, и его левый глаз задергался, — это ж комплимент был, да. Искренний и... и комплиментарный комплимент, вот.

Джаг посмотрел на Крафа.

— Дело даже хуже. Альдхран знает, что Книга Времени в Имарише.

— В городе каналов? Я не знал, что она именно там.

— Великий магистр сказал мне, чтобы я отправлялся туда как можно скорее, — сказал двеллер. — Как раз перед тем, как велел мне уходить. — Он помедлил. — Альдхран и его люди тоже наверняка постараются как можно скорее туда попасть.

— Ну что ж, подмастерье, — заявил волшебник, — тогда, похоже, на этот раз тебе придется бежать вместо своего учителя. По крайней мере пока что. — Он повернулся к носу корабля, и Джаг не сомневался, что он думает о Великом магистре.

По палубе «Одноглазой Пегги» гулял ветер, и хотя Джаг кутался в одеяло, одежда на нем была мокрой. Двеллер дрожал и чувствовал, как в душе разрастаются страх и сомнения.

— Я не могу этого сделать, — сказал он, снова посмотрев на Крафа.

Волшебник обратил на него стальной взгляд.

— Нет, я попробую, конечно, — поспешил объяснить Джаг, — но мне далеко до Великого магистра. Я не знаю всего, что знает он. — Он сглотнул. — Я боюсь, Краф.

Я боюсь, что допущу ошибку или не буду знать что-то, что должен знать, и в результате он погибнет.

Старый волшебник обнял его за плечи. — А теперь послушай меня, подмастерье, — сказал он хрипло. — Вик мой друг, а друзей у меня не так уж много. Он втянул меня в это дело, и я в него поверил. Теперь он решил освободить тебя, а сам остался в неволе, хотя от того, что произойдет в ближайшее время, зависит судьба всего мира.

Джаг сморгнул слезы.

— Я не поверю, что мой друг допустил ошибку, — резко произнес Краф, — и впустую выкинул свою жизнь.

Я предпочитаю верить, что он знал, что делает, и действовал в интересах нас всех. Ты меня понимаешь?