Смертельный танец - Лорел Гамильтон

Я поступлю так, как пожелаю, Райна, ибо я – альфа. Когда Ричарда не станет, я буду вожаком стаи. Не забывай об этом.

Так мы не договаривались.

Мы договаривались, что ты убьешь Истребительницу еще до нашего приезда в город. Ты этого не сделала.

Маркус нанимал лучших. Кто знал, что ее будет так трудно убить?

Я знала, с тех самых пор, как ее увидела. Ты всегда недооцениваешь других женщин. Райна, это одна из твоих слабостей. – Кассандра подалась к Райне. – Ты пыталась убить Ричарда раньше, чем Доминик использует его для заклинания.

Он собирался убить Маркуса.

Кассандра покачала головой:

Ты впала в панику. Райна, вместе со своим Маркусом. И теперь Маркус мертв, а ты стаю держать не сможешь. Слишком многие ненавидят тебя. И многие любят Ричарда или восхищаются им, по крайней мере.

Я хотела было спросить, где Ричард и Жан-Клод, но боялась, что знаю это. Церемония, жертвоприношение, но, чтобы оно удалось, им нужна Кассандра. Я не хотела ее торопить.

Ты и была алиби Доминика, – сказала я. – Не то чтобы я была против, но почему я до сих пор жива?

Кассандра наклонилась ко мне:

Габриэль с Райной хотят снять тебя в фильме. Если ты дашь мне слово, что не будешь мстить никому из нас за смерть твоих мужчин, я буду драться за твою свободу.

Я открыла рот, чтобы дать обещание.

Она помотала пальцем у меня перед носом.

Без вранья, Анита. Между нами оно не пройдет.

Слишком для этого поздно, – сказала я.

Кассандра кивнула:

Верно, и это меня печалит. В других обстоятельствах мы могли бы стать друзьями.

Ага.

От этого было еще больнее. Ничто так не втирает соль в раны, как предательство. Ричард мог бы сейчас согласиться со мной.

Где Ричард и Жан-Клод?

Она посмотрела на меня пристально.

Даже сейчас ты думаешь, что можешь их спасти?

Я хотела пожать плечами, но не могла.

Думать не запрещается.

Ты была приманкой и заложницей для этих двоих.

Габриэль залез на меня, прижимаясь всем телом. Он был тяжел. Если получаешь наслаждение, то не замечаешь, насколько тяжел мужчина. Он сполз вниз, свесив ноги с кровати, и сложил руки у меня на груди, положив на них подбородок, а смотрел он на меня так, будто у него впереди весь день, вся ночь, все время мира.

Я очень удивилась, узнав, что ты сегодня разорвала с Ричардом, Анита, – сказала Райна. – Мы ему послали локон твоих волос с запиской, что в следующий раз пришлем руку. Он приехал один, никому не сказав, как мы потребовали. Он действительно дурак.

На Ричарда это было похоже, но все равно меня удивило.

Но Жан-Клода-то вы не заманили на локон моих волос.

Райна встала так, чтобы я лучше ее видела, и улыбнулась мне сверху.

Совершенно верно, мы даже и не пытались. Жан-Клод понял бы, что мы все равно тебя убьем, и пришел бы со всеми своими вампирами и верными ему волками. Была бы кровавая баня.

Как же вы его заполучили?

Кассандра его предала. Правда, Кассандра?

Кассандра смотрела ничего не выражающими глазами.

Если бы Ричард с тобой не порвал, вы, быть может, могли бы вылечить Сабина. Просьба о помощи – это был исходный предлог, чтобы проникнуть на вашу территорию, но вы оказались сильнее, чем Доминик сначала думал. Ты удивила нас тем, что у тебя нет вампирских меток. Ты должна была тоже быть жертвой, но без хотя бы одной метки вампира это бесполезно.

Ура мне.

Ты видела, как я залечила порез Дамиана и зомби. Я могу вылечить Сабина. Ты это знаешь, Кассандра. Ты сама видела.

Она покачала головой:

Болезнь пробралась Сабину внутрь. Поражен его мозг. Если бы ты вылечила его сегодня, тут еще было бы о чем спорить. Но он должен быть в здравом уме, чтобы заклинание подействовало. Еще один день – и будет поздно.

Если вы убьете Ричарда и Жан-Клода, у меня не будет сил вылечить Сабина. Если Доминик собирался принести в жертву нас всех, значит, для заклинания нужны мы все трое.

Что-то мелькнуло у нее в лице. Я была права.

Доминик не уверен, что заклинание подействует без слуги-человека в круге. Я права?

Кассандра покачала головой.

Это надо сделать сегодня.

Если вы убьете их обоих, а Сабина это не вылечит, ты лишишь его последнего шанса. Наш триумвират его может вылечить, и ты это знаешь.

Ничего я такого не знаю. Ты сейчас готова мне луну с неба пообещать.

Это так, но все равно мы можем его вылечить. Если ты убьешь Ричарда и Жан-Клода, этого шанса не будет. Дай нам хотя бы попытаться. Если не получится, можешь принести их в жертву завтра. Я дам Жан-Клоду поставить на меня первую метку. И либо мы вылечим Сабина, либо идеально подойдем для заклинания Доминика.

Я всю волю вложила в то, чтобы она меня слушала. Чтобы она верила.

А Сабин завтра ночью сможет прочесть свою часть заклинания? – спросила Райна, придвинувшись к Кассандре вплотную. – Когда у него сгниют мозги, останется только запереть его в ящике с крестами и засунуть ящик подальше.

У Кассандры сжались кулаки, а в глазах мелькнул первобытный страх. Райна обратилась ко мне тоном непринужденной беседы:

Понимаешь ли, Сабин не умрет. Он превратится в лужицу грязи, но не умрет. Правда, Кассандра?

Да! – почти крикнула Кассандра. – Да, он не умрет. Он просто обезумеет. Сохранит все силы триумвирата, но станет сумасшедшим. Его придется запереть и надеяться, что заклинания Доминика смогут удержать его силу. Если нет, совет заставит нас сжечь его заживо, и только тогда придет смерть.

Но тогда, – заметила Райна, – вы с Домиником тоже умрете. Метки вампира утащат вас в ад вслед за ним.

Да! – рявкнула Кассандра. Она глядела на меня со смешанным выражением злости и беспомощности.

А я должна тебе сочувствовать? – спросила я.

Нет, Анита, ты должна умереть.

Я попыталась придумать что-нибудь полезное. Это было нелегко под тяжестью лежащего на мне Габриэля, но если я этого не сделаю, погибнем мы все.

Кассандра вздрогнула, будто кто-то до нее дотронулся. Покалывающая сила прошла от нее по моему телу, покрывая его мурашками. Габриэль поводил пальцами мне по рукам, удерживая эту гусиную кожу.

Мне пора, – сказала Кассандра. – До утра ты еще успеешь пожалеть, что тебя не принесли в жертву. – Она поглядела на Габриэля, на Райну. – Перерезанное гордо – это намного быстрее.

Я с ней была согласна, но не знала, что сказать. Мы обсуждали различные способы прекращения моей жизни, и ни один из них мне не казался особенно удачным.