Школяр - Дмитрий Таланов

«Ибо взнуздан уже конь бледный, и вложил ногу в стремя всадник его…»

Из лекции отца Бруно

В середине марта на большом пальце Анны появилось грубо выкованное кольцо из темной меди. Потом оно исчезло, и вместо него появилось другое, сделанное, судя по виду, уже из серебряного аспра.

Анна развлекалась ковкой, пока не смастерила, наконец, нечто, не царапающее ежеминутно кожу, и на этом успокоилась.

И вдруг кольцо перекочевало на безымянный палец Ирения. Заметивший это Ян споткнулся на пороге в лекционную, где читались мораль и право.

— Ну, если таково её решение, — пробормотал он. — Хотя я не понимаю, когда они успели это провернуть! Филь, ты видел, чтобы они покидали Алексу? Ты их вообще видел где-нибудь вместе?

— Нет, — ответил тот, не менее удивленный скоростью развития событий. — Только в кузне, но там, как ты знаешь, с прошлого года нет стен.

— Тогда это неофициально, — с облегчением выдохнул Ян. — А то я уже не знал, как к нему обращаться! Шурин, что ли?

— Ментор, — проворчала появившаяся поблизости Мета. — Он говорил, что назначен Ментором, с чем я соглашусь, слушая, как он второй месяц рассказывает нам прописные истины. «Активная воля — это внутренняя свобода, власть — внешняя свобода, невроз — внешняя несвобода, фобия — внутренняя несвобода», — процитировала она, пробираясь по рядам. — Небо решило нас наказать и послало нам Вайларка!

Как в предыдущие два года, Мета при приближении летних экзаменов ударилась в такую учебу, что растеряла свежесть лица и даже немного ссутулилась. Филь, которого сентенции Ирения не раздражали, а скорее удивляли краткостью и точностью, ухмыльнулся: его друзья не провели много лет в обществе кузнеца, занимаясь общим делом, оттого не знали, что в ипостаси облеченного властью Ирений более всего был склонен давать простые инструкции. Зато они были безошибочные и всегда вели к хорошему результату. В процессе же работы спорить с ним было бессмысленно. Если Мета желала обсуждений, ей следовало ловить Ирения после лекций, но сделать это было трудно, пока Анна занималась с ним ковкой.

Ян тоже не упустил возможность с ехидством процитировать нового преподавателя:

— «Слабость порождает страх, страх порождает бунт и агрессию, агрессия порождает хаос и войну, война порождает смерть!». Он как колышки вбивает, воистину кузнец. Что до Анны, мне интересно, когда именно она наиграется, и что после этого случится. Я предвкушаю славную словесную битву её с нашим Ментором, но она всё никак не разразится.

— Меньше думай о лекциях, по которым нам не надо сдавать экзамены, — сказал ему Филь, — и больше о естествознании!

Он нервничал при мысли, что им предстоит весной сдавать Лонергану общий экзамен по всем темам сразу, а еще надо было успеть сделать десять больших петард. В качестве экзаменационной задачи профессор решил использовать барометр — это всё, о чем он предупредил.

Опасаясь сесть в лужу на экзамене, Филь в свободное время штудировал, что можно делать барометром за исключением того, чтобы стукнуть им по голове противного профессора. Поэтому что именно происходит в Алексе у кого на любовном фронте, ему было наплевать — его преследовало ощущение, что сразу несколько важных запущенных им стрел должны сойтись вместе к грядущему лету. Окончание строительства Хальмстема, и закладка газового котла, котлован под который уже начали рыть на Булимонском пустыре, и окончание учебы, после которой Филь понятия не имел, чем заняться. Он хотел встретить этот момент во всеоружии и не желал отвлекаться на пустые вещи.

Следующая неделя прошла без происшествий, однако в её конце Филь обратил внимание, что в супе, который варила Анна с Ирением, прибавилось ингридиентов: вокруг Ментора Алексы поднялись на крыло и стали сужать круги еще две девицы. Одна из них, тощая дылда Глория Дроди, с кафедры профессора Иллуги, была особенно настойчива. Она даже осмелилась явиться на пару занятий по морали и праву в выходном платье, каждый раз другом, объясняя это тем, что неудачно упала в весеннюю лужу в ученической одежде. Анна, которая вроде остыла по отношению к Ирению, не стерпела этого, и впервые за три года Филь воочию увидел, на что она способна и о чем давно предупреждал его Ян.

В первое появление тщательно причесанной Глории в платье, будто сошедшей с картинки о деревенской пасторали, Анна, дождавшись паузы в «забивании колышек», сказала отчетливо на всю аудиторию, делая вид, что обращается к Мете:

— Мне нравится такая Дроди, но ей не хватает щек, кос и груди. Как же ей хорошо, когда она причесывается и волосы убирает с лица! Сразу перестает быть дояркой без платочка.

Филю пришлось приложить усилие, чтобы не гоготнуть в голос. Остальные присутствующие оказались куда щедрее на веселье. Глория метнула в Анну озлобленный взгляд. Ирений полностью проигнорировал происшедшее.