Девятый император - Андрей Астахов

– Доброе утро! – сказал Хейдин, сел на кровать и поцеловал ее. – Без тебя красота этого утра была неполной.

– Я видела во сне Чудов Бор, – сказала Липка. – И Додоля, и старосту Куропляса, и батюшку Варсонофия. И как будто ты опять живешь у меня в избе. И Зарята всего лишь маленький мальчик. И мне почему-то стало очень грустно. Ты давно проснулся?

– Недавно, – солгал Хейдин. – Я выходил в лавку и заказал завтрак сюда, к нам в комнату.

– Хорошо-то как! – Липка обхватила Хейдина за шею, притянула к себе. – Самой стряпать не надо, можно и помиловаться.

– Я тебе одежду принес, новую. Мне кажется, она тебе понравится.

– Ты меня совсем задарил. Но одежда мне сейчас ни к чему. Лучше поцелуй меня…

Они провели в постели еще час, лаская друг друга и наслаждаясь любовью, солнечным светом и теплом. Она сама, как солнышко, подумал с нежностью Хейдин, прижимая к себе Липку. Золотистая, пахнущая медом и летним лугом, с сияющими серыми глазами – Хейдин назвал бы их двумя маленькими серыми облачками на пронизанном солнцем летнем небе. Лежать бы так всегда, сжимая это теплое родное существо в объятиях, позабыв, что есть в мире не только солнечное утро, любовь и завтрак с сыром, свежеиспеченными булочками и фруктовым соком…

– А тебе что снилось сегодня? – спросила Липка, не открывая глаз.

– Ты, – опять соврал Хейдин. – Ты мне каждую ночь снишься. Если я тебя не увижу во сне, то считаю, что мне приснился кошмар.

– Врешь ты все. Ты опять к лошадям ходил?

– С чего ты взяла?

– От тебя пахнет кожей и дегтем.

– Так, глянул только. Хозяин о них заботится, чего мне волноваться? Ты лучше платье новое посмотри.

– Твоя правда, хватит нежиться, – Липка перекатилась на постели и встала, потянулась с охом, тряхнула головой, рассыпав тяжелые волосы по плечам и спине. – Не смотри, а то как-то неловко! Я одеваться буду…

Это было четвертый наряд за неделю. Юбка для верховой езды и лиф были лиловые, а блуза светло – голубой. Этот наряд очень шел к золотистой коже, светлым волосам и серым глазам Липки, и Хейдин с удовольствием подумал, что правильно выбрал свой подарок.

– Очень красиво, – сказала Липка, оглядев себя в зеркало. – Мне нравится.

– А мне тем более, – одобрил Хейдин. – Теперь ты знатная ортландка, и эти горожане не будут на тебя так нагло пялиться. Там, на стуле кошель и пояс с кинжалом. Надень, к охотничьему костюму они будут в самый раз.

– Я тебе нравлюсь такой? – спросила Липка.

– Даже в грязных лохмотьях ты будешь для меня самой красивой и самой лучшей, – Хейдин покрыл поцелуями ее лицо. – Потому что я люблю тебя.

В дверь постучали – сначала тихо и робко, потом громче. Хейдин, не выпуская Липку из своих объятий, открыл дверь. Дочка хозяина, хорошенькая и аккуратная, сразу зарделась, опустив глаза, внесла в комнату завтрак на подносе и поспешно выскользнула прочь.

– Нельзя так, – с укором сказала Липка. – Совсем смутил девушку. Что она подумает?

– Что мы счастливые супруги. Давай завтракать.

– Я все время думаю о наших друзьях, – вдруг сказала Липка, принимая из рук Хейдина бокал с соком. – Где они? Мы в твоем мире уже неделю, а от них нет ни слуху ни духу.

– Мы как раз едем к ним сегодня, – сказал Хейдин.

– Правда? – Липка просияла от радости. – Я увижу Заряту?

– Нет. Зарята пока далеко. Но ты его обязательно увидишь. Теперь мы почти все время будем вместе.

– Хейдин, ты мне не объяснил, почему тогда, выходя из Круга, мы все потерялись?

– Мы не потерялись. Мы с тобой оказались в одном месте, Ратислав и Руменика в другом. Это всего лишь причуды Перехода. – Хейдин положил ладонь на ее руку. – Главное, что мы с тобой вместе.

– Куда я от тебя денусь? А ты знаешь, где Руменика и Ратислав?

– Конечно, – Хейдин с улыбкой показал девушке свой меч. – Посмотри-ка на рукоять. Видишь, что вставлено в оголовок?

– Зеленый камушек.

– Это каролит, – в третий раз за утро солгал Хейдин. – Он рассказал мне, что Ратислав и Руменика рядом с нами. В замке Корделис. Это на границе Ортланда и Гормианы, всего в двадцати пяти лигах отсюда. Сегодня же вечером мы сможем обнять наших друзей.

– А Зарята где?

– Он на севере. Где-то среди заснеженных гор. Видимо, после твоей страны он никак не отвыкнет от снега!

– Я все думаю о Ратиславе, – произнесла Липка. – Не держит ли он на меня зла? Ведь он любил меня.

– Я люблю тебя сильнее, – улыбнулся Хейдин. – А Ратислав… Мне кажется, что Руменика и он были бы хорошей парой.

– Был смерд, а станет императором! – восхитилась Липка. – Чудо чудное!

Хейдин улыбнулся, а сам подумал о другом. Пройдет очень много времени, прежде чем Ратислав станет императором – и станет ли вообще? Сейчас у него другие заботы. Лукавый Зарята сделал им подарок, разъединив их на выходе из Круга и подарив им эту безмятежную неделю. Счастливые семь дней на пару влюбленных и для пары, которая близка к тому, чтобы стать влюбленными. Хейдин подумал о драконе с благодарностью. Если так, Зарята одарил их по-царски. Прежде чем начнется все то, ради чего они вернулись в свой мир, пройдя обратно за Круг, неделя покоя, любви и счастья необходима всем им. Они многое пережили в том мире, откуда пришли, и еще больше им суждено пережить в мире, за который со дня на день начнется невиданная до сих пор жестокая битва, в которой пятеро вступят в бой со всеми силами ада.

Они заслужили немного счастья. Если даже Хейдину суждено прожить еще пятьдесят лет, эта неделя была лучшей в его жизни. Если то же самое смогут сказать Руменика и Ратислав, он будет за них рад. А Липка – у нее все на лице написано, и спрашивать ничего не надо.

Он солгал, потому что не хотел рассказывать Липке о своем сегодняшнем сне – даже не сне, потому что разговор с Зарятой был сродни тому видению, которое посетило его в Чудовом Бору в ночь перед нападением разбойников. Дракон предупредил его. Темный мир уже знает, что они вернулись, и преследование началось. Тьма ползет из Гесперополиса, окутывая империю, подбирается сюда, и теперь нужно спешить, чтобы успеть соединиться с друзьями, которые ждут их. Из замка Корделис они начнут свой поход, но прежде нужно собраться вместе. Потому что пока они вместе, победить их нельзя.

– О чем ты думаешь, милый?

– О будущем.

– И что ты там видишь?

– Угадай!

– Давай попробуем, – Липка отложила намазанную маслом булочку, закрыла глаза, обратила руки ладонями к Хейдину. – Колдуй, баба, колдуй, дед! Я вижу! Ей-богу, вижу будущее! Я вижу большой дом, и сад, и пруд, в котором плавают красные сонные рыбы. И в этом доме много детей. Восемь, нет – десять. У них твои глаза, и в каждом кое-что есть от меня. Они смеются и кричат… – Липка открыла сияющие глаза. – Вот какое будущее я увидела. Я угадала?