Гладиатор Гора - Джон Норман

Через несколько мгновений она, содрогаясь, встала на колени и опустила голову к моим ногам.

— Ты обошелся со мной как с рабыней.

— Ты — рабыня, — ответил я, — за исключением нескольких формальностей, которые скоро будут выполнены.

— Нет, — заплакала леди Флоренс, — нет!

— Начиная с этого времени и до того момента, как мы прибудем в лагерь Теналиона, — сказал я, — ты будешь вести себя как настоящая клейменая рабыня. Это поможет тебе привыкнуть к своему будущему положению. На самом деле это сможет спасти твою жизнь.

— Пожалей меня, Джейсон, — попросила леди Флоренс.

Я приподнял ее голову за волосы и присел рядом с ней.

— О! — воскликнула она.

Я дважды ударил ее.

— Разве рабыня смеет обращаться к своему господину по имени?

— Нет! — со слезами на глазах ответила моя бывшая хозяйка.

— Что нет?

— Нет, господин, — проговорила она.

Я отпустил ее волосы и встал.

— Боюсь, я никогда не буду в состоянии совершить переход от свободной женщины к рабыне.

Я рассмеялся над ее словами, и она сердито посмотрела на меня.

— На самом деле нет никакого перехода, который надо совершать, — заверил я ее.

— Почему? — удивилась леди Флоренс.

— Потому что ты — женщина. Поднимайся, — приказал я.

Полная ярости, со связанными руками, она встала на ноги.

— Повернись!

Она выполнила приказ.

— Ты считаешь, что необходим поводок? — спросила она. — Значит, меня поведут на рынок на ремне, как животное на привязи?

— Я использую поводок, когда стемнеет, — ответил я.

Использование поводков среди хозяев бывает разным. В некоторых случаях он нечто большее, чем простая привязь. Поводки часто используются для гордых, непокорных и непослушных девушек, чтобы прилюдно унизить их. После применения поводка бывшая упрямица часто сама просит хозяина разрешить ей следовать за ним по пятам, занимая четко положенное ей место.

Поводки обычно используются в городах. В этом случае непривязанная рабыня может доставлять неудобства. Также их употребляют в холмистых или покрытых лесом местностях, где рабыня, не будучи привязанной, может попытаться убежать. Не лишним оказывается использование поводка в местах, где девушку могут похитить. Следует заметить, что поводок, кроме своего удобства в отношении контроля за рабыней, является и хорошим учебным пособием, особенно если его использовать в качестве удавки. Многие инструкторы применяют его одновременно с плетью.

Рабынь нередко учат использовать поводок для усиления своей соблазнительности. Они могут забавляться с поводком, обвивая свое тело, беря его в рот, перебирая пальцами и так далее. Чтобы провести тест возможностей рабыни, работорговцы часто сажают девушку на поводок и наблюдают, как она, несмотря на видимое сопротивление и непокорность, подсознательно использует его для увеличения своей привлекательности. Это показывает, что в глубине души она не против того, чтобы оказаться на поводке у своего хозяина.

И в самом деле, довольно часто поводок приводит к пробуждению женской сексуальности. По-видимому, задачей таких вещей, кроме ограничения свободы движения, является стремление дать понять женщине, что она — животное, рабыня. Такие приспособления, как наручники, клеймо или ошейник, подсказывают ей, каковы истинные законы природы. Поводок, исключая даже важность его применения в обучении, оказывает огромное воздействие на женщину. Это очень простой путь убедить невольницу в том, что она — рабыня. Кроме того, поводок всегда может напомнить ей об этом. Некоторые девушки не могут поверить, что они рабыни, пока их не посадят на поводок. Но после того, как это сделано, у нее уже не остается сомнений. Некоторые девушки умоляют посадить их на цепь, иногда приползая к своим хозяевам, держа в маленьких прекрасных зубках поводки. Хозяева используют поводок по различным поводам. Горианская пословица гласит, что рабыня на поводке — это горячая рабыня.

— Итак, ты воспользуешься поводком, когда стемнеет, — сказала леди Флоренс.

— Да, — ответил я.

— Очевидно, ты не позволишь мне убежать, — заключила она.

— Именно.

— Позволь поторговаться с тобой за мою свободу?

— Двигайся дальше.

— Да, господин, — сказала она.