Турнир - Тайга Ри

— Акс! — отвоевать одеяло у меня не получалось.

— Подъем, мы и так проспали. Знаешь, во сколько трубят побудку в Корпусе? — брат был веселым, умытым, причесанным, и излучал отвратительное довольство жизнью.

— Мы не в Корпусе!

— Считай, что с этого момента — уже. Хотела учиться — теперь получишь по полной, — он шлепнул меня по попе, — жду внизу через десять мгновений. Еще десять на завтрак и в зимний сад. Опоздаешь — пеняй на себя, я не разрешу Нэнс таскать тебе подносы с кухни, — постановил он. — Целитель ждет за дверью, днем нас ждет длинная прогулка верхом, пусть проверит плечо, как следует.

— Аксель!

— Уже девять мгновений, Вайю…, — моя подушка ударилась в уже закрытую дверь, и, зарычав, я отправилась умываться.

Нэнс появилась в комнате несколько мгновений спустя, необычно тихая, приготовив мне домашнее ханьфу и дорожный охотничий зимний комплект.

— Нэнс? Что происходит? Все аллари просто растворились… вчера на конюшне я даже не нашла Старика, — допрашивала я, пока она заплетала мне косы. — И разве Ликас не должен был вернуться? — Чтобы Наставник не нашел меня сразу и не высказал очередное фи? На Ликаса не похоже совершенно.

Пухлые руки алларийки дрогнули, и она молча начала плести ещё быстрее.

— Нэнс?

— Мисси…, — начала она с возмущением, но потом сбавила тон, — … это где же видано, эти черные все ходють и ходють, все рыщут и рыщут, голова уже болит от них, — пожаловалась она.

— Дознаватели?

— Они даже отхожие места проверили, — добавила она шепотом. — Лично, на два раза.

— Может Маги им на ужин подала что-то не то, — рассмеялась я, — вот они и мучаются… желудком.

— Головой они мучаются, — отрезала она. — Глазами так и зыркают, так и зыркают, и в голову постоянно лезут. Мастер наказал всем держаться подальше.

— Лезут значит, — я прикрыла глаза, думая. Акс — идиот. — И как у них получается… лезть?

— Никак, мисси, — всплеснула она руками. — Но голова после кажного раза болит, ой болит, — пожаловалась она. — Особенно этот тощий и сопливый, он даже на кухню сунул нос. Маги бросила все и сказала, что ежели кажный гость будет свой нос сувать — она готовить отказывается…

— Они скоро уедут, — добавила я со смехом. — Не переживай… слушайте Мастера. Раз сказано — держитесь подальше, в поместье много других слуг. Могу и тебя отпустить в табор. Хочешь?

— Нет, уж, — она воинственно выпятила грудь, — пусть сначала эти уедут… И братец ваш чем думает? Такую чернь тащит в дом? Где это видано….

— Нэнс, — обсуждать Акселя и его решения в таком тоне — запрещено. — Где Ликас?

— Мастер просил передать, что ждет вас в лабораториях. До завтрака, — уточнила аларийка.

— А этот большой черный… Бутч, уже там? — я показала пальцем на дверь.

— Нет, только Целитель, — мотнула головой Нэнс, — и тоже не нашенский.

Я постучала пальцем по губам.

— Тогда быстро — заканчивай, и ханьфу, я в лабораторию. Целители пригласи — пусть ждет здесь, а не болтается в коридоре. И быстро, Нэнс, быстро!

* * *

По боковой лестнице для слуг я мчалась вприпрыжку, матерясь в пол голоса — домашние тапки так и норовили слететь, совершенно не предназначенные для быстрых перемещений.

Первый этаж, нижний уровень, и подземными коридорами до крыла с лабораторией.

Ликас маялся от безделья — он приладил импровизированную мишень на косяк кладовой в задней части лаборатории, и не торопясь, примеряясь, дырявил дерево трехгранными тяжелыми дротиками.

— Мисси, — алариец приветствовал меня насмешливой пародией на глубокий поклон, и вернулся к своему занятию — у него в руках оставалось ровно два дротика.

— Наставник, — я присела за ближайший стол, дождалась, пока новые две дырки появятся в центре мишени, и продолжила. — У меня мало времени.

— Хватит, чтобы позавтракать, — он кивнул на лабораторный стол. Там, укрытый полотенцем, стоял чайничек и тарелка с моим обычным завтраком — сыр, рисовые шарики и медовые лепешки. — Нэнс и Маги решили, что мисси как всегда не успеет, — он хмыкнул, — в зимнем саду уже все готово, а сир Аксель никогда не отличался терпением, — Ликас поочередно вытаскивал дротики из мишени. — Мисси, если вы хотите поесть, стоит начать… жевать. И слушать.

Я, в очередной раз вознеся хвалу аларийской предусмотрительности, принялась уминать за обе щеки.

— Будешь? — Я протянула Ликасу пол лепешки, но он отрицательно мотнул головой в ответ.

— Слуги едят рано, мисси, — летит первый дротик и новая дырка появляется в центре мишени.

— Можно подумать, аллари действительно считают себя слугами, — проговорила с набитым ртом я.

— Мы — нет, вы — нет, ваш брат — да, — следующий дротик ложится точно рядом с первым.

— Отличная кучность, Наставник, — похвалила я. — Дознаватели покинут поместье вечером, вместе с братом.

— Нельзя пускать их в дом, мисси, — третий дротик точно в центр мишени, — нельзя.

— Ликас, — я поморщилась, — дерево уже стало лодкой. Это решение Наследника, и, насколько я помню, против Хэсау ты так не протестовал… Эта тема портит мне аппетит…

— Одиннадцать, мисси, — четвертый дротик он отправил быстро, почти со свистом. — Из Столицы в Керн порталом прибыло девятнадцать человек, из них одиннадцать менталистов. В поместье сейчас шесть, где ещё пять?

Я подавилась — рисовый шарик застрял в горле, значит, прибыло две пятерки под руководством Таджо, не одна. Значит Акс врал или… или он сам не в курсе? Турнир, немилость, допросы — все ширма, просто ширма, дело в чем-то совсем другом. Печати?

Чистки в легионе? Как все не вовремя, Великий.

— Стоит запить, — Ликас протягивал мне пиалу с чаем, — новости. Просто шесть — это напряженно, но приемлимо, если в поместье остановиться одиннадцать менталистов…, — он швырнул в мишень сразу три дротика разом.

— Нет, — я поежилась от такой перспективы. — Я возьму Слово с Акса. И, Ликас, — я быстро доедала все, что оставалось на тарелке, — я хочу потом внятных объяснений, почему Мастером рекомендовано аллари избегать «черных».

Ликас фыркнул в ответ.

— Они не проблема, раздражающий фактор, но не проблема, — он опять вытащил все дротики из мишени. — Нужно было согласиться. Это — настоящая проблема.

— Ты про Хейли? — я тщательно вытирала руки влажными полотенцами. — Настоящая проблема, Ликас, это витиеватость аллари, или кровь или согласиться… Кто так говорит?

Никаких объяснений, ничего…

— Помнящий сделал исключение, — рявкнул он. — Посмотрел вероятности, по моей просьбе, — добавил он тише. — И что?

— Согласие — неприемлемо, — я нахмурилась.