Наступление Тьмы - Глен Кук

– Отлично, Хаакен, – не уставал повторять Рагнарсон. – Ты следовал единственно разумному курсу.

– Ты уверен? Впрочем, ведь ты сам разрабатывал этот план.

– Недостаток тактики мелких укусов в том, что она не позволит покончить с Бадаламеном до открытия прохода Савернейк.

– Но иного не дано, – вмешался Рагнар. – Он высечет нас, как бедных сироток, если мы попрем на него, подняв голову.

Несмотря на большие потери, понесенные Бадаламеном в последнее время, одна истина оставалась непреложной – победить Шинсан в открытой решающей битве невозможно.

Благовоспитанный, человеколюбивый и изысканный Визигодред предложил решение проблемы.

Это было отвратительно. Рагнарсона чуть не вырвало…

– Помните то время, когда герцог Грейфеллз завез чуму из Хэлин-Деймиеля? – спросил Визигодред. – На кораблях, заполненных крысами.

Рагнарсон помнил. Он, Гарун и Насмешник тогда расстроили эти планы, чем и заслужили вечную благодарность и прощение всех прошлых грехов от военного министерства Итаскии.

Нашлись добровольцы, согласные вернуться в миазмы и разложение Южного города, чтобы наловить нужное количество грызунов. Рейдачар разбросал добычу по лагерю врага.

Ничего не решающие стычки продолжались. Браги усилил давление, стараясь заставить как можно больше легионов держаться в лагере и таким образом способствовать распространению эпидемии, если она начнется.

Общий мор могло остановить только магическое вмешательство.

Но сможет ли Вартлоккур защитить его войска и войска союзников? Чума равнодушна к таким пустякам, как национальная принадлежность. Итаския, забитая беженцами и солдатами, может оказаться плодородной почвой для заразы.

Чародей не мог уверенно ответить на прямой вопрос Браги.

Шли дни. И вдруг Бадаламен неожиданно начал проявлять активность. В топях Дрискол он едва не заманил в смертельную ловушку лорда Харттобена. В тот же день, но чуть позже Хейкс Блиттшо наткнулся на засаду, которую не заметил с воздуха Марко. Пока Харттобен и Блиттшо зализывали свои раны, войско Бадаламена пришло в движение.

Глубокой ночью, получив послание Визигодреда, Рагнарсон галопом пронесся по Великому Мосту. Маг руководил расчисткой Южного города.

Когда Браги прибыл, Визигодред показал на запад в сторону объятого пламенем горизонта.

В споре со Звездным Всадником победил Бадаламен.

– Что происходит? – спросил Рагнарсон.

– Они отходят. Ближе к вечеру он призвал драконов, и те жгут все подряд.

– Как Марко и Рейдачар?

– Пока живы.

Драконы нашли способ борьбы с этой парочкой. Марко ничего не мог сделать с их тактикой группового боя, и ему приходилось оставаться на земле. Нерожденный взлетал, но, испытывая постоянное давление со стороны крылатых гигантов, сделать ничего не мог.

Рассвело. Горизонт продолжал пылать. Горели леса и поля. Пламя пожирало лагерь шинсанцев. Драконы продолжали поджигать все, что могло гореть.

Неподалеку от опустевшего лагеря остановился одинокий всадник в маске. Позади его горой громоздились кости от сгоревших трупов. В руках всадник держал копье, на котором развевался вымпел герольда.

– Похоже, что чума поработала неплохо, – заметил Рагнарсон, – А кто это?

– Ко Фенг, – ответил Вартлоккур. На них холодно смотрели глаза из драгоценных камней. Спокойно. Находясь под знаком герольда, он враждебных действий не предпримет.

– Послание? – предположил Рагнарсон.

– Вне всякого сомнения.

Фенг не сказал ни слова. Он опустил копье с флажком настолько, что наконечник почти уперся в грудь Браги, Рагнарсон взял наколотое на острие послание. Фенг развернул коня и напряженно, как бы ожидая удара, двинулся через узкий коридор, оставленный в пламени.

– Что это, отец, – поинтересовался Рагнар.

– Личное послание Бадаламена.

Отрешенно глядя вдаль, Рагнарсон спрятал бумагу под одежду.

Предлагалась еще одна встреча. Последняя. Эта встреча положит конец войне. Бадаламен обещал, что встреча пройдет спокойно, по-джентельменски. Встретятся короли на шахматной доске, писал он. «Пешки, которыми двигает чужая рука», – думал Рагнарсон. Приближается эндшпиль.

– Мы встретимся, когда погаснет это пламя… – пробормотал Браги, глядя на юг. Затем он развернулся и поскакал в сторону города.

Даже отступающий Бадаламен не переставал удивлять его – трюком с пожарами он сумел выиграть неделю. А согласись Рагнарсон на предложенную встречу, Прирожденный Воин получил бы еще больше времени для маневра.

Предстоит тяжелая неделя, думал Браги, направляясь к городу. Неделя забот, неделя трудных и в то же время сладких прощаний.

Его отношения с Ингер начинали приобретать весьма серьезный характер.