Троя. Грозовой щит - Дэвид Геммел

Маленький золотоволосый Обас заплакал. Огонь и крики на поле сражения испугали его, но Перикл утешил его. Он был сильным мальчиком и похож на своего отца — темноволосый и темноглазый, с серьезным выражением лица. Обас был больше похож на свою мать, милую Асирию, которая умерла во время родов прошлым летом.

— Я хочу домой, — заныл Обас. — Я хочу к папе!

— Папа сражается с плохими людьми, — объяснил ему Перикл. — Мы пойдем домой, когда он победит их.

Даже отсюда, из лесу, Мирина могла разглядеть в отдалении пламя, охватившее город. Глубоко в душе она знала, что Рес не победит врага. Няня хорошо понимала, что молодой царь не станет спасаться бегством, пока его народ в опасности. Рес был слишком храбрым для этого. Это означало, что ее милый мальчик погибнет. У нее потекли слезы, но она смахнула их и постаралась придумать, что ей делать дальше. Куда им идти?

Сердце у нее сжалось от страха. У них нет еды, денег, с такими опухшими коленями далеко не уйти. Враги будут обыскивать город в поисках детей царя, полные решимости уничтожить царский род.

Уничтожить царский род.

При мысли о Ресе у нее снова заболело сердце. Ветер раскачивал деревья, и Мирина посмотрела вверх на яркую луну, вспоминая тот день, когда ее впервые привели в царские покои. Это было так давно… Ей сказали, что маленький Рес — непослушный ребенок и с ним нужна строгость. Царь Эионей велел ей бить его палкой, если он не будет ее слушаться. Мирина никогда этого не делала. С первой минуты, как она увидела его, она полюбила мальчика. Некрасивая, коренастая Мирина никогда не пользовалась успехом как женщина и приговорила себя к одинокой жизни на службе у царя. С маленьким Ресом она узнала все радостные и горестные минуты материнства. Женщина наблюдала, как он превращался из худощавого мальчика в прекрасного юношу, а затем — в сильного мужчину. Даже став царем, когда на его плечи легли государственные обязанности, он улыбался, увидев ее, и обнимал. Когда родился его первый сын, Перикл, Рес привел Мирину во дворец, чтобы она ухаживала за ним. И это была вторая огромная радость в ее жизни, потому что Перикл был похож на своего отца. Если бы не приближающаяся старость, няня подумала бы, что этих лет не было, она молода и снова стала матерью.

Даже война и сражения не омрачили ее счастье. Во дворце царили мир и безопасность, как это было всегда.

До сегодняшнего дня.

Услышав какой-то шум позади себя, она обернулась, и ее сердце пронзил страх. Но это был не враг, а молодой Перикл. Сын царя присел на корточки рядом с ней. Она тотчас наполнила треснувшую чашу водой и протянула ему.

— Что нам делать, господин? — спросила она его. Сказав это, Мирина устыдилась собственных слов. Да, он обладал острым разумом, как у хищного ястреба, но он был всего лишь мальчиком. Старая няня увидела, что его лицо исказилось, а темные глаза расширились от страха.

— О, прости, дорогой! — воскликнула Мирина. — Я просто думаю вслух. Все будет хорошо. Я знаю!

— Мой отец мертв, — сказал Перикл. — Хорошо уже не будет, Мирина. Теперь они придут за нами, за Обасом и за мной.

Мирина не знала, что на это ответить, и его слова наполнили ее ужасом. Темнота вокруг них теперь казалась полной угрозы, а шум ветра в ветвях — жутким и страшным.

— Мы спрячемся в лесу, — предложила она. — Это большой лес. Нас… нас не найдут.

Периклос обдумал ее слова.

— Они предложат золото любому, кто сможет нас поймать. В лес придут охотники. Мы не можем оставаться здесь. У нас нет еды.

Голос ребенка нарушил тишину ночи.

— Перикл! Перикл! — закричал маленький Обас, выбегая из старой хижины. Старший мальчик подбежал к нему и встал на колени рядом.

— Ты не должен так шуметь, — сурово предупредил он брата. — Плохие люди найдут нас, если ты будешь кричать.

— Я хочу к папе! Я хочу домой!

— Плохие люди в нашем доме, Обас. Мы не можем вернуться домой.

— Где папа?

— Я не знаю.

Мирина с трудом встала и подошла к мальчикам. В это время она услышала сзади какой-то шум. Перикл быстро встал и огляделся.

— Это папа! Это папа! — закричал Обас.

Из зарослей вышли три человека. Они были высокого роста, с заплетенными светлыми волосами, с раскраской на лицах. Мирина бросилась к детям, взяла на руки Обаса и прижала его к себе. Перикл стоял на месте, глядя на людей из племени идоноев и на длинные мечи в их руках. Их одежда была в крови.

— Оставьте нас! — закричала Мирина. — Уйдите!

Еще семь войнов с суровыми лицами и жестокими глазами показали из темноты.

Мирина попятилась к хижине. Предводитель идоноев внимательно посмотрел на Перикла.

— Ты похож на своего отца, — сказал он. — Твоя голова будет красоваться на копье рядом с ним.

Обас начал плакать, и няня погладила его по спине.

— Хватит, хватит, малыш! — воскликнула она. — Хватит, хватит.

Воин подошел к Периклу и поднял свой меч. Мальчик стоял неподвижно, дерзко глядя на него.

— Делай свое подлое дело, трус! — бросил он. И тут в тишине раздался еще один голос:

— Не удивительно, что эти негодяи раскрасили себе лица. Самые уродливые ублюдки, которых я когда-либо видел.

Мирина повернулась и увидела сильного мужчину в сверкающих доспехах, который вышел из леса позади хижины. У него в руках был короткий меч.

Воины-идонои повернулись к нему и подняли оружие.

Незнакомец остановился в пятнадцати шагах от предводителя идоноев.

— Ну? — потребовал он ответа. — Почему вы стоите здесь? Во имя Ареса, вы такие же слабаки, как и уроды?

С яростным криком идонои бросились на воина, но в этот момент показались его люди.

К удивлению Мирины, незнакомец внезапно упал на одно колено. Воздух рассек град стрел, которые вонзились в нападающих. Четверо упали, двое других, шатаясь, попятились назад. Воин в сверкающих доспехах встал на ноги и бросился на остальных идоноев. Бой был коротким и кровавым. Незнакомец налетел на воинов, размахивая мечом. Предводитель упал на землю, из горла у него полилась кровь. Двое других погибли от стрел. Последний идоной повернулся и побежал.

Из-за деревьев выскочили два всадника с луками в руках и бросились вдогонку за убегающим идоноем.

Мирина почувствовала слабость и головокружение. Она попыталась опустить на землю Обаса, но мальчик стал цепляться за нее. Поэтому она с ребенком на руках села на землю, вскрикнув, когда ее левое колено пронзила боль.

Воин в сверкающих доспехах прошел мимо нее, туда, где один из раненых идоноев пытался отползти к деревьям и вонзил свой короткий меч ему между лопаток.

Показались трое других воинов, также вооруженных. Мирина наблюдала за тем, как один из них подошел к человеку, который спас их.