Боевые роботы Пустоши - Сергей Зайцев

Остановись, сказал я себе. Не очерняй память человека, которого ты по-прежнему любишь. Несмотря ни на что. За свою ошибку он уже заплатил жизнью.

– Тебе это удалось с блеском. – Я снова вздохнул, глядя на экран с лицом Дьюсид. – Внедриться. Наверное, после этой операции ты пойдешь на повышение…

– Если выживу. – Губы Дьюсид дрогнули в усмешке. – Но мы сейчас не о том говорим. Вернемся к обороне вашего РВЦ.

– Хорошо. Ты сказала Ухану, что у Змеелова на корабле, возможно, есть еще один робот. На чем основаны подозрения?

– Чутье. Что-то он там держит про запас. При мне этот отсек ни разу не вскрывался, и ни один из людей Змеелова не обмолвился про него и словом. Будто его совсем не существует.

– А сама ты не пыталась выяснить?

– Не успела. Только начала подбираться к взлому паролей информационной базы корабля, как мы прибыли сюда.

Так я и думал. Дьюсид не только пилот, но и великолепный хакер. Неудивительно. Агент космостражи Коалиции Независимости просто обязан обладать разнообразными способностями и навыками.

– Если там робот… Почему он не использовал его на Чемпионате?

– Ухан задавал мне тот же вопрос. Не знаю. Вероятно, этот робот несколько не соответствует узаконенным стандартам. К примеру, роботы массой выше ста тонн запрещены к производству. А может, там не робот, а какая-нибудь иная боевая техника.

– А возможно, ты просто ошибаешься, – подхватил я, – и ничего там нет.

– Не исключено. Но на всякий случай следует учитывать и такую возможность.

– Резонно. Давно хотел спросить…

– Теперь моя очередь спрашивать, – неожиданно перебила Марана. – Дьюсид, если я пройду Специализацию… Это действительно поможет?

Я напрягся. Она присвоила мой вопрос. Это мой выбор – Специализация, а не ее. Моя жертва. Я не дам ей этого сделать. Вместо голоса разума в Маране сейчас говорит голос мести, но потом что-либо изменить уже будет поздно.

Вопрос Мараны заставил слегка нахмуриться даже Дьюсид.

– Поможет, но… не торопись. Специализация по боевым роботам очень мощная штука, она сильно меняет жизнь.

– Я знаю. Ухан мне… объяснил.

– Ты лишь думаешь, что знаешь, девочка. Ты не испытала этого на себе.

– Дьюсид, речь идет о нашем выживании в предстоящем бою, – напомнил я, решив пока поддержать тему. – Я тоже не вижу другого выхода увеличить наши шансы на победу. Сама ведь ты Специализацию проходила, верно?

– Да. Очень давно. Я уже не помню, какой была до нее.

– Наверное, ты о проходящих днях думаешь, как о снарядах, летящих в цель, – мрачно усмехнулась БэЗэ.

– Не стоит утрировать, девочка. – Дьюсид устало улыбнулась. – Хотя отчасти ты права, иногда… – Она прервала себя на полуслове: – Что-то я чересчур разговорилась. Раз решили – то поторопитесь. Необходимо определенное время для адаптации после процедуры. Только стоят ли ваши люди таких жертв… На мой взгляд, ты и твои друзья – единственные нормальные на вашем Полтергейсте. Вы хоть что-то пытаетесь сделать. Точнее сказать – сделать правильно.

– О чем ты говоришь? – непонимающе переспросил я.

– О том, что на вашей планет живут уроды. – Дьюсид медленно подняла руку из раствора-регенератора и выразительно постучала указательным пальцем по виску. Сорвавшись с пальца, по щеке побежали желтоватые капли. – Со сдвигом в психике. Я лично видела, как штурмовики Ктрасса стреляли по горожанам, а они стояли и с каким-то нездоровым интересом таращились на тех, кто их убивал. Вместо того чтобы бежать со всех ног прочь, спасаться, пока есть возможность. Ты сможешь мне объяснить, почему они так себя вели? Или у вас среди населения большой процент дегенератов?

Я стиснул зубы. Ты ошибаешься, хотел сказать я в ответ. Я типичный представитель своего общества. Я, Соната, Map… Но я промолчал. Слова Дьюсид ранили больнее, чем ожидал. Да, я мог бы объяснить. Потому что вчера Дед объяснил мне самому, заставил понять, где и среди кого я живу… Погоди, вчера? Черт возьми, сколько событий за каких-то несколько паршивых дней. Как уплотнилось время… Тот разговор с Дедом заставил меня задуматься всерьез. Игры. Повальное увлечение играми. С детства и до самой старости. И никаких серьезных обязанностей перед обществом, их породившим. Никакой необходимости «зарабатывать на жизнь». Для большинства жителей Ляо даже понятия такого не существует. В результате – реалии повседневной жизни настолько перемешаны с тканью виртуальности, что никто не воспринимает смерть всерьез. Если тебя «убили», то можно «перегрузиться». Я, конечно, рассуждаю утрированно, но…

Неожиданно мне только сейчас пришла в голову причина, по которой населению Туманной Долины запрещалось иметь личное оружие. Она оказалась гораздо прозаичнее, чем можно было вообразить. И страшнее. Оружие запрещалось иметь просто потому, чтобы… чтобы люди не перестреляли друг друга, перепутав виртуальную действительность с жизнью. Бог ты мой, как же я раньше этого не понимал?

Да, я смог бы объяснить Дьюсид, что к чему. Но тогда пришлось бы копнуть куда глубже и объяснить, почему сложилось такое положение вещей. Благодаря чему. Чертог. Благосостояние. Через край. Без труда. В результате – инертные, инфантильные люди. Целые поколения. И из таких людей состоит почти все наше общество. Из людей, абсолютно не воспринимающих угрозу для своей жизни как реальность. Не осознающих последствий своего привычного, закостенелого поведения в новых условиях. В условиях войны. Дед, как же ты был прав. Прости, что я осознал это до конца только сейчас. Такое общество, как наше, не имеет морального права на существование. Поэтому его следует изменить. Любым способом. Нам нужна хорошенькая встряска – до самого основания. Чтобы каждого ткнуть лицом в грязь и кровь. Заставить смотреть на тела своих близких, умерших не от старости, а от пуль и снарядов. От лучей лазеров. И заставить хоронить их лично, а не поручать эту работу похоронным киберам – чтобы не дай бог не травмировать нежную и неустойчивую психику бездарных трутней. Вот и получается, что, как ни кощунственно это звучит, но нападение рейдеров на нашу общину – благо. И Дьюсид тоже по-своему права. Когда горит дом, обычно некогда думать об имуществе, необходимо спасать людей. А если в одной комнате нужно спасти одного человека, а в другой – несколько, то следует начинать с нее. Так и здесь. Нет смысла заботиться о каждом отдельном человеке, надо спасать всех. Нужно спасать целое.

Может быть, я рассуждаю слишком жестко. Может быть, я где-то перегибаю палку. Плевать. По крайней мере, я сейчас откровенен с самим собой – как никогда. Потому что Дьюсид только что ткнула лицом в грязь меня самого. И мне нелегко это признать, но… тайна, которую мы так тщательно охраняем, губительна для нас. А значит, пора с ней распрощаться…

– Кстати, Соната передала мне, что вернулся один из ваших техников, – прервала мои горькие размышления Дьюсид. – Он годится для пилотирования или как? У нас по-прежнему недобор пилотов.