Белое солнце дознавателей - Тайга Ри

* * *

В поместье Кораев мы прибыли за полночь или около – южный крест уже горел в темном небе стрелой, указывающей в сторону столицы. Оазис, который клан Кораев наследовал и передавал из поколения в поколение, был одним из самым больших в Хали – баде. Если бы на Севере земли распределяли согласно численности рода, наши границы клановых земель уменьшились бы в десять раз. Или в двадцать?

В отличие от дома Тиров, где к этому времени все расходились спать и редких слуг можно было встретить лишь в коридорах, поместье Кораев полыхало золотыми и красными огнями артефактов, тени охранников скользили по периметру белоснежных стен, слуги бодро сновали по двору туда-сюда.

– Был ли легок путь, леди? – Управляющий клана, а это был именно он, судя по знаку на рукаве и ленте старшего, повязанной вокруг плеча, улыбался мне тепло и ласково. Как змея, у которой оставался холодный и оценивающий взгляд. Люди, занимающие такой пост в иерархии клана – любого клана, и способные удержаться на должности в течении многих зим, просто не могут быть простыми. Сожрут.

– Путь был легким, ветер прохладным, пески спокойными, с благословения Великого, – произнесла я традиционное приветствие, немного изменив концовку.

– С благословения Немеса, госпожа.

– Было бы странно ожидать, что Великий покинет дочь свою, – парировала я тихо. – Великий хранит детей своих и на севере, и в пустыне.

– Род Кораев, в моем лице, приветствует дочь рода Блау, – он склонился ниже, и опустил глаза. – Да будут наполнены дни и декады смехом и радостью, и да обретете вы второй дом по воле Немеса.

– Если будет угодно Великому.

– Цветы пустыни уже ждут с нетерпением, госпожа, – он сделал жест в сторону правого крыла, отдельно огороженного витой и ажурной черной решеткой, с этой стороны которой стояли двое охранников.

Внешний вход в гарем – если пройти по дорожке, потом миновать маленький парк, который разбили под куполом, пруд, с садом камней, пересечь лужайку, можно попасть на первый ярус женской половины, куда не ступала нога ни одного мужчины, кроме евнухов и господина.

– Следуйте за мной, госпожа.

Шли мы неторопливо, я – приноравливаясь к шагу вассала, а он выдерживал темп – южные леди на публике не ходят быстро. Когда мы достигли ворот – пропели колокольчики, и нежный птичий щебет наполнил воздух, трели были так радостны, что мне пришлось опустить ресницы, чтобы скрыть выражение глаз.

Клетка. Птичья клетка с ажурными решетками, белоснежными башенками и замками – артефактами на окнах. Дивный сад, разбитый среди пустыни, где рождаются, расцветают и увядают цветы пустыни – один за другим, один за другим.

Выходя на свет только по воле господина.

Кованые решетки распахнулись с негромким щелчком – наверняка все в гареме уже ждут с нетерпением – новых, особенно северных птиц, с которыми можно пощебетать, так редко ловят в силки в этих краях.

Вереница слуг с подарками, приготовленными дома – дядей и Луцием, несколько десятков больших свертков – перетекла ручейком в другое крыло – их проверят артефактами на яды и проклятия, и потом принесут мне.

Меня встретили несколько служанок, закутанных с ног до головы в легкие верхние платья. Ворота закрылись за моей спиной с отчетливым щелчком – и я вздрогнула, хоть и не хотела. – Управляющий, слуги, охранники, привычный мир – все осталось где – то там. За решеткой, укрепленной артефактами.

Иерархия. Строгая и четкая, жестче, чем в Легионе – это правила гарема. А как ещё удержать в узде несколько десятков женщин, которые соперничают друг с другом за внимание? Только правила и… ресурсы. Разделяя властвуй. Украшения, эликсиры, мази для красоты, лучшие ткани, комнаты с видом на сад, самые волшебные музыкальные инструменты, чтобы услаждать слух – все это получали обласканные и те, кто был нужен. А ласка и любовь господина – одна из самых непостоянных вещей под этим небом.

Забытые, ущербные, бесполезные – занимали самые простые комнаты и обходились малым. Выживали, пытаясь стать полезными тем, кому улыбнулись судьба и боги.

Власть зиждется на праве сильного. В гареме правили те, кто владели двумя вещами – информацией и… ресурсами. А над теми, кто «владел», стоял только один человек – госпожа, сила которой была неоспоримой, и только право Господина было выше.

Только один человек решал всё. Только она. Рейна.

…мелкая…

…белая…

…как… снег…

Последнее слово я не разобрала, наблюдая как быстро тонкие смуглые пальцы меняют ритм – гаремный язык был сложнее базового жестового. Военные удивились бы, узнав, как сильно они уступают в интеллекте гаремным птичкам.

Служанки – а я определила их статус именно так, судя по простым верхним кади из однотонной простой голубой ткани, закрывающей головы – только хитрые темные глаза блестели откровенным интересом, который они не смогли скрыть.

Служанки были молчаливы, почтительны и услужливы, предугадывая каждое мое движение, пока вели меня по коридорам, но при этом умудрялись общаться.

…низкая…

…тощая…

…доска…

Последний жест был выражен с откровенной насмешкой, и я несколько раз взглядом скользнула по лицу – родинка прямо у брови, и чуть неправильный профиль – чтобы запомнить дерзкую девочку.

Коридоры утопали в коврах и кричащей роскоши – все артефакты света включили на максимум, видимо чтобы золото, камни, и дорогая мебель мореного дерева сразу бросалась в глаза. Марша оценила бы великолепие дурного вкуса.

На полукруглых окнах, украшенных сложной лепниной с южными мотивами, висели мирийские шторы – ткань я видела в лавках, и помнила, сколько империалов стоит один отрез. Под потолком вились светляки, отбрасывая причудливые тени, но все это меркло перед тем, что на каждом окне были решетки – белоснежные, причудливые, и крепкие – прошлый раз мне так и не удалось выломать ни одну – поэтому на этот раз я была готова.

…дорого…

…серьги…

…красиво…

Служанки угомонились, молча обсудив меня полностью только на анфиладе – крытая галерея соединяла одно крыло с другим на женской половине, и было построено так, как будто парила над садом, где на большой круглой площадке тренировались девушки.

Мы чуть замедлили шаг – когда я бросила взгляд в окно – видимо им дали четкие указание, каким путем вести гостью, и что именно она должна увидеть в свой первый визит, чтобы сложилось нужное впечатление. Точно, как в прошлый раз.

Девушки внизу были облачены в легкие белоснежные туники – платья. Босые ножки синхронно поднимались и опускались, в едином ритме, выполняя простые па – почти движения нашего северного кругового танца. Браслеты на щиколотках взлетали и опадали, звеня, так, что рождалась настоящая мелодия.

Вверх, вниз, сменить ноги, поворот, двойной звон. Ритм был простым, четким, и рождал странное чувство внутри – желание откликнуться и присоединиться к танцу. Раньше такого не было.