Грехи империи - Брайан Макклеллан

− Да, − протянула Влора.

Она могла забрать всё, если бы захотела. Несмотря на размолвку во время войны, она всё равно была приёмной дочерью фельдмаршала Тамаса, а Таниэль официально считался мёртвым. По закону всё имущество Тамаса после его смерти переходило к ней.

− Ты когда-нибудь проверяла эти счета? − поинтересовался Таниэль.

− Нет, насколько я помню.

− Тамас был сказочно богат. Большую часть жизни он был любимцем короля и даже не покупал себе выпивку, если в этом не было необходимости. На зарубежные капиталы он мог купить султанат в Гурле.

− Жаль, что я этого не знала до того, как стала командиром наёмников, − пробормотала Влора.

Она мысленно прокрутила логистику и сосредоточилась на проблеме: как держать людей в форме в условиях своего рода постоянного отпуска и избежать вопросов Линдет. Пусть северная Фатраста кажется совершенно другой страной, она тоже подчиняется леди-канцлеру. Но одна мысль остановила её.

− Я не могу, − наконец сказала она.

У Таниэля хватило дерзости принять уязвлённый вид.

− Почему не можешь?

− Я не стану ввязываться в ещё одну революцию.

− Это не будет насильственный переворот.

− Ну и что. Революция − это революция, и это не в моих интересах. Я уже видела результаты благих намерений и не собираюсь впутывать в это себя и своих солдат.

Таниэль нахмурился и некоторое время задумчиво смотрел на свои руки в перчатках.

− Ты уверена?

− Уверена.

Они сидели молча, пристально глядя друг на друга. Что он скрывает? О чем он ей не говорит? Что он знает о дайнизах, пало и Линдет? Каковы его планы? Таниэль не был амбициозным человеком, и Влора никогда не видела, чтобы он всецело предавался какому-то делу, помимо защиты Адро. На что он пойдёт ради достижения своих целей? Что важнее: каковы цели Ка-Поэль и мотивы всего этого?

У неё на языке вертелись десятки вопросов, а в душе бурлило в десятки раз больше страхов. Таниэль же был непроницаем, но, поскольку Влора когда-то его близко знала, то хотя бы его намерения предвидеть могла. По-настоящему пугающей в их паре была Ка-Поэль − как из-за её силы, так и непредсказуемости.

Зачем они приехали сюда и сражаются за людей, неспособных победить в битве, которой не хотят? Влора предположила, что ответ содержится в самом вопросе: он и Ка-Поэль единственная надежда пало. Но нет ли чего-то ещё?

Она вдруг поняла, что они уже несколько минут стоят на месте. В горле пересохло, инстинкты твердили опасаться засады.

− Мне хотелось бы вернуться в форт.

Печально кивнув, Таниэль постучал в потолок кэба, и приказал:

− В форт Лоэла.

− Придётся немного подождать, сэр, − ответил кучер. − Дорога забита.

Влора высунула голову в окно, оглядывая дорогу и длинную вереницу кэбов, экипажей и фургонов. Возницы перекрикивались друг с другом, некоторые вставали на сидениях, высматривая причину затора. Между колёс шныряли беспризорники, пользуясь возможностью стащить что-нибудь из фургонов и нырнуть в ближайшие переулки.

− Что происходит? − спросила Влора.

− Не знаю, мэм, − ответил кучер.

Влора пожевала нижнюю губу, успокаивая себя тем, что это совпадение. Это не имеет никакого отношения к ней с Таниэлем. Это никакая не ловушка. Просто у неё нервы натянуты.

− Где мы?

− Западный край, мэм. Прямо над бухтой.

До форта Лоэла топать больше двух миль, да ещё на полуденной жаре.

− Посмотрю, что там происходит, − сказал Таниэль, выходя из кэба.

Влора вылезла за ним, заплатила кучеру и побежала догонять.

− Я возвращаюсь к своим людям, − заявила она. − Олему понадобится помощь, чтобы организовать обратное путешествие в Девятиземье. Пока не начнёшь командовать сам, даже представить не можешь логистику перемещения целой бригады.

− Тамас любил такое, − с тоской ответил Таниэль.

Они пробирались через толпу. Таниэль постукивал тростью и хмуро поглядывал на крыши. Свежий бриз с моря чуть не сдул с Влоры шляпу. Вдруг Таниэль остановился и повернулся к ней.

− Я тебе не враг, − сказал он.

− И я тебе тоже.

Они опять уставились друг на друга. Может, они и не враги, подумала Влора, но вряд ли их можно назвать друзьями.

− Я рад. Олем знает, что я жив?

− Да.

− Передай ему привет. Если хочешь, посоветуйся с ним. Обдумай моё предложение.

Влора прикусила язык. Она знала, что Олем согласится с любым её решением. Но хотя он ненавидит морские путешествия и не слишком предвкушает дорогу домой, ему не терпится снова увидеть Девятиземье.

− Я с ним поговорю.

− Спасибо. − Таниэль улыбнулся своим мыслям. − Знаешь, иногда мне хочется, чтобы я остался в живых. Будто бы я просто ушёл в отставку и уехал повидать мир. Чтобы мог оставаться собой, вернуться и навестить знакомых, и мы с Ка-Поэль могли бы поужинать с тобой и Олемом в клубе на причале в Адро. Я хотел бы жить нормальной жизнью.

− Не думаю, что ты или я смогли бы вынести нормальную жизнь, − возразила Влора.

− Нет. Наверное, нет. Я...

Он осёкся.

Разговаривая, они продолжали идти, хоть и медленно, и впереди показался западный край Лэндфоллского плато. На улице собралась толпа, все показывали куда-то вниз на доки и взволнованно галдели.

Нет, поняла Влора. Не на доки. Дальше, за пределы бухты. Она протиснулась в первые ряды и вытянула шею. Там был корабль, примерно в полумиле от берега. Громадный, с тремя палубами, с пушками с обоих бортов и баковой надстройкой высотой с многоквартирный дом. Серые паруса были спущены, и даже издалека Влора различила на палубе снующие фигуры.

− Почему они остановились так далеко? − спросила она.

− Взгляни на флаг, − ровно произнёс Таниэль, подходя к ней.

− А что с ним?

Влора подняла взгляд. Через мгновение ветер подхватил флаг над самой высокой мачтой и развернул его, открыв чёрное поле, а в центре − скопление красных звёзд в виде дуги.

− О! − прошептала она.

Это был не адроанский, не кезанский, не бруданский флаг − ни одной из стран Девятиземья. Это не была эмблема какой-нибудь провинции Гурлы, он не принадлежал ни одной колониальной державе в мире.

Это был флаг Дайнизской империи.

− Прими порох, − сказал Таниэль с ноткой нетерпения.

− Зачем?

− Просто прими.

Влора достала из кармана пороховой заряд, отломила кончик ногтем большого пальца и немного вдохнула каждой ноздрёй. Потёрла