Разрушители - Ирина Сыромятникова

Обстановка становилась нервной.

«Ничего! — твердо сказал я себе. — Этот ненормальный просто не знает, с кем связался! Мы с папой — команда каких поискать. Маг и Разрушитель зараз — страшная сила. А будет необходимость, мы еще и демонов для поддержки позовем! Их ни магия, ни зараза не берут. Как то бишь его? ЯМ-64 «бета»? А все следы я потом Тьмой зачищу, никто не прикопается».

При мысли о демонах давящий страх пропал. Тот, кто выдержал бой с Ракшем, не убоится какого бы то ни было чародея. В отличие от всех этих жутких монстров Сандерс смертен и уязвим. Да и жить ему по-любому оставалось недолго.

С такими человекоубийственными настроениями я снова двинулся в путь. Инстинкт самосохранения требовал от меня держаться тише и слушаться, но жизненный опыт (пусть небольшой) подсказывал, что тактику пора менять. Не убегать, шарахаясь от каждой тени, а нападать, положившись на удачу и скорость реакции. В конце концов, повелителю Дарсании охрана не помогла. Теперь встреча с отцом приобрела новый смысл, и я ждал ее с нетерпением. Почему-то я был уверен, что у папы есть что предложить на этот случай.

Затем последовали три дня лихорадочной скачки в непонятном направлении, потому что место встречи со связным знал только мастер Ребенген. Серые остались с нами, теперь они были единственной моей охраной, прониклись чувством ответственности и бдели изо всех сил. Конечно, навыков телохранителей у них не было, но от прямой атаки они защитить могли.

На четвертый день мастер Ребенген назначил сбор за час до рассвета.

— Наша цель в нескольких часах езды, — пояснил маг. — В течение дня мы должны встретиться с курьером, а потом разойтись на максимально возможное расстояние.

На бледнеющем утреннем небе выделялось дымное марево от труб множества каминов, где-то впереди был город.

— Не рискованно нам будет туда ехать?

— Пилтонг — большой город, случайно встретиться в нем практически невозможно. Я заберу депешу и амулеты у связного в условленном месте, и мы сразу же уедем, не задерживаясь на ночь.

— Амулеты-то зачем? Мы же условились не ворожить.

— На всякий случай, — пожал плечами маг. — Хочу свежие. Амулеты надо обновлять, особенно — Ключ Связи, я им так часто пользовался, что заклинание начало осыпаться. В общем, освежу запасы — и в путь!

Город действительно был не маленьким, больше Лпаны, меньше Саркантана и гораздо хаотичнее, чем Зинах. Старая добрая арконийская провинция, отнюдь не витрина процветания, но место вполне уважаемое и обжитое. Тень Магистра пришел в умиление от царившей на узеньких улочках толкотни, от громоздящихся вплотную друг к другу домов, обилия уличных торговцев и выставленных прямо на мостовую прилавков. Здесь определенно были воры, и воров было много. Я отметил себе, что Серым надо посоветовать держаться за кошелек. Хотя к трезвым солдатам жулики, скорее всего, не сунутся.

Пилтонг отнесся к нам равнодушно и без удивления. Мастер Ребенген привычно провел нас через лабиринт улочек к гостинице, при которой была небольшая конюшня, заказал обед и велел не расслабляться.

— Встреча займет не больше часа. Потом перекусим и тут же в путь.

Я кивнул и постарался ничем не выдать своего разочарования. За столько дней впервые остановиться в приличном заведении — и ни помыться, ни отоспаться. Ну так хоть поедим как люди! Из кухни аппетитно тянуло жареным луком и выпечкой.

Служанка успела принести свежий хлеб, выставить на стол кувшин яблочного сидра и кое-какие закуски, когда маг едва ли не вприпрыжку вернулся назад.

— Уезжаем прямо сейчас, обедать не будем.

От обиды у меня даже желудок свело.

— Почему?!

— Ни почему!!! — Маг сделал над собой усилие и добавил чуть спокойнее: — Мне не нравится ситуация. Мэтр Аккери — опытный сотрудник, у него на проблемы чутье. На границе дарсанийские таможенники настояли на подтверждении его пропусков, то есть они пользовались пентаграммой Связи, а вся затея была выстроена на том, чтобы не прибегать к ворожбе. В принципе мало ли кто куда едет, но не будем забывать — у Сандерса могут быть сообщники. В одиночку он ни за что бы так долго не продержался.

Ревнители Хаоса, однозначно. Моей семье вообще везет на сумасшедших.

Харек свистнул своим, Серые разочарованно отлепились от стола и начали разбирать сваленные на полу вещи. Хозяин гостиницы, немного удивленный нашим поведением, крикнул конюху вести лошадей.

Я вышел во двор, пытаясь понять, что меня так раздражает на этот раз.

Все мое тело отчаянно чесалось, словно его пробовала на вкус сотня маленьких муравьев. С некоторых пор именно так я воспринимал близость магии. Я огляделся. Едва заметное в полуденном свете, над городом плыло странное цветное марево. Я дернул мастера Ребенгена за рукав:

— Наставник, что это?

Чародей мельком глянул в указанном направлении, затем резко повернулся и вгляделся. Это оказало на него странное действие: он смертельно побледнел, глаза его остекленели.

— Бежим! — выдохнул он, и тут же взгляд его заметался. — Не успеем…

Я взял уважаемого чародея за грудки, поднял над землей и как следует встряхнул.

— Объясняй!

— Боевая разработка ордена, — прохрипел мой учитель. — Поджигает все горючие материалы в радиусе двух километров. Единомоментно.

Я уронил чародея на землю.

Этот город был деревянный.

Стенами здесь служили обмазанные глиной тростниковые циновки. Даже там, где наружные стены сложили из камня, внутри были деревянные половицы, стропила, кучи тряпья и мебели. Обычный пожар превратил бы это место в смертельную ловушку, а если огонь будет со всех сторон…

Улочки слишком узки, чтобы спасти от огня, площади захламлены прилавками торговцев и лишь немногим отличаются от хорошей печки. Город превратится в огромный крематорий, гигантский погребальный костер для всех его жителей.

— Осталась пара секунд, — напряженно сообщил Гверрел. Заклинатель не паниковал, но во взгляде его застыла какая-то болезненная растерянность.

Времени на размышления не оставалось. Если в этом городе был кто-то, чья жизнь зависела от магии, я ничем не мог ему помочь. Я закрыл глаза и на мгновение позволил себе увидеть то, что произойдет, тем, другим зрением. Короткая вспышка, чадное пламя, рвущееся из-под крыш, истошные крики заживо горящих, заглушаемые ревом огня, клубы дыма и искр над рушащимися строениями. Жирный черный пепел, медленно оседающий на окрестные поля. И дня через два, когда остынут угли, — огромная братская могила, где не найдут ни праха, ни костей. Проклятое место.

А потом я глубоко вздохнул и ударил это, оттолкнул раскрывшее жаркие объятия будущее прочь от себя, во мрак, в небытие. Жуткие картины взроились ворохом несвязных обрывков, закружились в черном вихре, а потом погасли. Погасло все. Едва заметная темная волна окатила город. Я не знал, как далеко простираются те два километра, поэтому тянулся изо всех сил. Сопротивления не было. Этому заклятию было далеко до самотворящегося, оно рассыпалось от одного прикосновения, послушно и безропотно. И где-то далеко, по другую сторону Тьмы, мне почудилось Нечто. Оно тянулось мне навстречу, обретая звук и цвет, купалось в темных волнах, играло черными хлопьями Несбывшегося. И это Нечто очень напоминало… город.