Дикая и опасная - Кира Стрельникова

— Она, — Тим прищурился. — Как интере-э-эсно, ножны есть, а где то, что в них?

Мы переглянулись и, отложив на время перепись коллекции Григорьева, тщательно обшарили квартиру на предмет ножичка. Учитывая спартанскую обстановку — стол, стул, двустворчатый шкаф-куне, и нераскладывающийся диван, обыск много времени не занял. Кинжала в квартире не оказалось, как и тайников, в которых он мог бы лежать.

— Вопрос, был ли он вообще, потому что ювелирного набора тут точно нет. — Я нахмурилась и похлопала пальцем по губам. — Но, с другой стороны, вряд ли ножны попали к Григорьеву отдельно от стилета…

Тим молча взял ножны и положил в рюкзак.

— Возьмем с собой, дома разберемся, — решил он. — Давай дальше, закончим поскорее и домой. А то и так полдня тут копаемся.

Потратив еще пару часов и наконец переписав все арты, мы забрали бук мага и вернулись на Петроградку.

— Так, поскольку ты у нас строчишь как пулемет, перенеси пока все это в электронный вид, — Тим всучил мне наши записи и SD-карту от фотика. — С вечерним хлопом отправим. Я покопаюсь, поищу, что там есть про эту коллекцию у Григорьева.

— Тогда чашку кофе, пепельницу и час меня не трогать, — нахально заявила я.

— Как пожелаете, моя госпожа. — Верден с пафосом поклонился, изобразив на лице почтение.

Фыркнула и, не выдержав, захихикала.

— Блин, все, исчезни, тебя вон машинка ждет, — махнула я в сторону гостиной. — И не отвлекай меня.

Следующую пару часов мы сосредоточенно работали: я готовила вечерний отчет для отправки на Базу, Верден ковырялся в буке Григорьева. Кофе меня обеспечили, пепельницей тоже, так что дело двигалось споро. Где-то к восьми вечера я перевела все наши писульки в ворд, приложила фотографии и размяла уставшие пальцы. Потом отправила все на печать и вышла в гостиную.

— Чем порадуешь? — плюхнулась рядом с Тимом, устроив подбородок у него на плече.

— Ну, в общем, вот. — Он повернул ноут ко мне. — Немного, но все что есть.

Колье с кольцом и стилет приехали к нам, оказывается, из Англии и тут разделились: драгоценности купил некто Ветров Степан, частный коллекционер антиквариата, а вот стилет — стилет ушел к… Яхонтову Николаю.

— Идрить твою. — Я недоверчиво уставилась на экран ноута. — Подожди-подожди, а продавал коллекцию кто? Григорьев? Или он только информацию собирал? — прищурилась, напряженно размышляя и пытаясь сложить пока разрозненные кусочки.

— Судя по тому что ножны остались у него в хате, он перепродавал, — задумчиво отозвался Тим. — Григорьев, оказывается, достаточно известная личность, он занимался не только артами, но и просто антиком. Был посредником при сделках, доставал редкие экземпляры, — пояснил альбинос. — Думаю, тут тот же случай. Заодно он консультировал Базу по находкам и что-то отправлял им, если это представляло потенциальную опасность. Вот про свойства этой коллекции, к сожалению, ничего и нигде.

— За фигом Яхонтову стилет понадобился? — Я прикусила губу. — И не по этой ли причине он пропал? Из-за стилета?

— Не пропал, нам сказали его не искать, — вполголоса поправил Тим. — И да, думаю, это как-то связано со стилетом. Смотри, сначала Яхонтов покупает стилет у Григорьева, потом пропадает, потом нам запрещают его искать — наверняка тот хрен с горы. А потом исчезает сам Григорьев. Ни на какие мысли не наводит, Сонь? — Он покосился на меня.

— Хрен с горы охотится за стилетом, — тут же сообразила я. — Только пока на шаг отстает. Купить, видимо, не успел или Григорьев ему не продал, потом узнал, что оружие у вампира, и открыл свою охоту, а Яхонтов залег на дно. Хрен решил прижать Григорьева на предмет пропавшего вампира. — Я вопросительно посмотрела на Тима. — Как-то так?

— Умница. — Верден улыбнулся и легонько щелкнул меня по носу. — А значит, если найдем Григорьева, есть шанс напасть на след урода, завалившего Николаича, — красные глаза сузились, — и копающего под Базу.

— Мм… — Мне пришла в голову очередная мысль. — Тим, а не для этого ли хрен «крота» запустил? Для того чтобы этот стилет найти? — поделилась ею с командиром.

— Возможно, — он согласно наклонил голову, — а может, и нет. Может, просто хотел иметь своего человека и устроить некоторый беспорядок внутри Базы, держать руку на пульсе, потому как информация — это наше все. Так, — он встал и направился в кабинет, — пойдем, составим список вопросов к отчету по квартире Григорьева.

Дельная мысль. Усевшись на колени к Тиму, я встряхнула кистями.

— Диктуй.

— Вопрос номер раз: о свойствах стилета. — Он обнял меня, и мои пальцы застучали по клавишам. — Вопрос номер два: кому коллекция принадлежала в Англии и почему решили продать? Вопрос номер три: адрес Степана Ветрова, к которому колье с кольцом ушли. Надо посмотреть на украшения, вдруг что интересное там есть; узнаем, что в этом ножичке, — возможно, станет ясно, зачем он вампиру, — закончил Тим. — Все? Распечатывай.

Мы сложили бумаги в пентаграмму, положили туда же ноут Григорьева, предварительно скинув всю инфу на моноблок, и вернулись в гостиную.

— Что завтра будем делать? — поинтересовалась я, свернувшись под боком у Вердена.

В последнее время меня часто посещало желание быть поближе к нему, и я не видела причин сопротивляться. Тим вроде не против моего внимания, даже наоборот, тихо радуется таким переменам в моем поведении.

— Ну смотри. — Его рука легла вдоль меня, и он начал рассказывать наш план на завтра. — Получим адрес Ветрова, сходим в гости, пообщаемся. Надо понять, откуда он узнал про коллекцию и как вышел на Григорьева. Еще, думаю, надо навестить хату Яхонтова, вдруг он там втихаря появлялся. Ну и, в зависимости от ответов на мои вопросы, действовать дальше. Было бы неплохо узнать, когда и где последний раз видели Григорьева, — задумчиво добавил Тим. — Откуда искать.

— Думаешь, у Базы есть такая инфа? — Я с некоторым сомнением покосилась на альбиноса.

— Спросить будет нелишним. Кстати, еще успею добавить, до хлопа полчаса. — Тим глянул на часы и осторожно передвинул меня, поднявшись с дивана.

Остаток вечера, отодвинув дела и пользуясь хорошей погодой, мы посвятили прогулке перед сном — проветрить мозги тоже полезно.

Утром с хлопом нам прислали очередную порцию информации. Ветров жил почти рядом, на Вяземском, телефон его тоже прилагался, стилет никакими выдающимися особенностями не обладал, но использовался для жертвоприношений — так называемый ритуальный кинжал, он мог впитывать энергетику жертвы и передавать, куда и кому нужно, во время обрядов. Колье и кольцо — просто украшения, принадлежавшие ранее владельцу кинжала. О последнем ни слова, только сказали, что коллекцию украли из Англии, она попала в Россию, и уже тут Григорьев ее перепродал. Но сам он не вор, украшения и кинжал пришли к нему через третьи руки.

— Как все запутано, — нахмурилась я. — Хорошо, кинжал нужен для жертвоприношений, причем, судя по всему, не в каком-то определенном обряде, а практически в любом. Вопрос, что именно задумал хрен с горы, раз ему этот ножик понадобился? — вопросительно посмотрела на Тима.