Арбан Саеш. (Трилогия) - Сергей Вацлавович Малицкий

— Нет. Дорога шла по отмелям озера под поверхностью воды. От островка к островку.

— Кажется, есть, — Лукус вытянул руку — Приглядитесь. Что-то темное. Возможно, такая же фигура.

— Ну и что? — спросил Швар. — Как мы доберемся до этого островка? Взлетим?

Гвардеец поднял с земли камень и бросил его в покрытую неестественно яркой зеленой пленкой трясину. Камень с чавканьем погрузился в маслянистую жидкость, слабые волны погасли на расстоянии в два локтя, и вот уже на поверхности осталось только черное пятно, уменьшающееся с каждым мгновением.

— И все, — заметил Швар. — Наступаешь в трясину и отправляешься в царство Унгра не при параде, а весь залепленный жидкой грязью.

— Ну, в царство Унгра торопиться не советую, — усмехнулся Хейграст и спустился вниз. Нари подошел к краю болота, поднял голову, оглядел столпившихся у истукана членов отряда и аккуратно опустил ногу в трясину. Болото чавкнуло, ухватило его и засосало почти по пояс. Дан нервно дернулся, но Хейграст предостерегающе поднял руку, сделал шаг вперед, опустился еще на ладонь, затем словно оперся на что-то и вдруг выбрался на твердую поверхность. Так, что трясина не достигала ему и колена. Вслед за ним и Линга перепрыгнула на невидимую дорогу и вытащила на нее встревоженных Аена и Эсона.

— Каменная насыпь, — сказал Хейграст, пройдя в сторону островка пару дюжин шагов. — Местами просела, но, кажется, глубже, чем по колено, нигде нет. Немного скользко: ил, корни трав, но зато широко. Повозка пройдет с запасом. Нужно перетащить ее через провал у берега. Титур, Бока, Друор! Не оставьте почтенного банги на этом берегу!. Движемся в прежнем порядке. Коней вести в поводу. Поторапливайтесь, или есть желающие заночевать на болоте?

Спутники зашевелились, и вот уже лошади одна за другой оказались на невидимой дороге.

— Ангес, — удивился Лукус, управляясь с Красоткой. — А твоя старушка чувствует себя не так уж и плохо. Скакать-то ей уже не придется, а тележку какому-нибудь лавочнику из Заводья она еще очень даже потаскает.

— Возможно, — кисло улыбнулся священник, с сожалением оглядывая мантию, облепленную до пояса грязью. — Только я беден. Приход в Утонье оказался меньше некуда, одни расходы. Так что я не успел собрать денег не только для себя, но и для престола. В Храме Эла в Империи прием меня ждет не слишком радушный.

— До Храма Эла, как и до Заводья, еще надо добраться, — зло бросил, выбираясь на дорогу Швар. Гвардеец поскользнулся и погрузился бы в трясину с головой, но лошадь устояла, и он выполз из трясины, цепляясь за ее поводья.

— Ну и вонь! — добавил Швар, с негодованием оглядывая почерневшую от грязи кольчугу. — Сколько же надо было дерьма вылить в это озеро, чтобы превратить его в болото?

— Для этого нужно совсем другое, — усмехнулся Дженга с берега, наблюдая, как Титур, Бока и Друор перетаскивают на дорогу его повозку. — Годы и годы. Хотя, возможно, и эта дорога сыграла свою роль. Она остановила подземные течения, озеро стало зарастать и постепенно превратилось в топь.

— Теперь меньше разговоров, — успокоился Хейграст, наблюдая, как Титур переносит на руках Дженгу, а Бока и Друор выводят на дорогу своих лошадей. — Движемся быстро, но аккуратно. След в след. Первая Линга, за ней Лукус, потом я. За мной Швар. Гвардеец, у тебя к седлу приторочена веревка, держи ее наготове. За Шваром Дан. Если устанешь, сядешь на повозку к Дженге.

Дан раздраженно замотал головой.

— Лошадь Дженги ведет Саш, — продолжил Хейграст, не обращая внимания на жест мальчишки. — Затем, сразу за Красоткой, Титур. Если Красотка соскользнет с тропы, или колесо повозки соскочит в трясину, думаю, ты догадаешься, что делать.

— Как водится, — прогудел великан, продолжая что-то жевать.

— За Титуром Ангес, Бока и Друор, — закончил Хейграст. — Дженга, ты не обиделся, что твои охранники отделены от драгоценной повозки Титуром и Ангесом?

— Постарайся, нари, чтобы они не были отделены от меня кьердами или какой-нибудь другой неприятностью, — пробурчал банги, устраиваясь на деревянном ящике и пытаясь зажать нос. — И имей в виду, что если я буду дышать этим еще и ночью, утром меня уже не будет в живых.

— А ты думай, что мы сразу же доберемся до твоего сундучка, — заметил Швар. — И это не даст тебе умереть.

Все рассмеялись, даже Бока и Друор позволили себе улыбнуться. Дженга надул щеки и скорчился на ящике, пытаясь прикрыть нос воротником куртки.

— Вперед, — скомандовал Хейграст.

74.

Они подошли к противоположному краю топи к вечеру, когда Алатель уже клонился к горизонту и заунывное гудение насекомых, сопровождающее переправу, становилось все громче. На шесть ли пришлись полдня изматывающего пути. На первом же островке под сплетениями ползучего болотного плюща обнаружилась похожая каменная фигура, только с двумя лицами. Одно смотрело назад, на остатки сварского поселка, другое указывало направление к следующему истукану. Так и пошло. От островка до островка. Когда пол варма шагов, а когда и до пол-ли. Некоторые статуи были обрушены, и тогда попеременно Хейграст и Швар, обвязавшись веревкой, погружались в прибрежную трясину, чтобы нащупать ногами продолжение пути. Да и сама дорога оказалась неровной. Время вместе с водой поработало над ней. Местами попадались ямы. К счастью, ни одна лошадь не переломала себе ноги. Мимо ям их проводили с особой осторожностью. Идущие первыми Линга и Лукус не однажды погружались в жидкую грязь едва не с головой. Однажды в яму соскользнуло колесо телеги, запряженный в нее конь попятился, Саш каким-то чудом удержал его, но Дженга соскочил с ящика и плюхнулся в грязь. Титур, проявив неожиданное проворство, ухватил банги за шиворот и водрузил обратно. Унылый вид спасенного Дженги вызвал всеобщее веселье, потому что банги один среди всех оставался чистым и при этом чрезмерно раздраженным предложенной дорогой. Брезгливо морщась, Дженга сбросил куртку и принялся счищать узким синеватым кинжалом перемешанные с тиной пласты грязи.

Разговоров почти не было. Даже вымазанные грязью лица спутников никого уже не веселили. Лошади всхрапывали, с трудом вытаскивая ноги из трясины. Особенно тяжело приходилось лошади Дженги. Титур время от времени начинал подталкивать повозку плечом, а Бока и Друор не единожды принимались сбивать с колес комья забившихся туда водорослей и грязи.

— Плежцы делают колеса без спиц,