Сердце тени. Том 1 - Екатерина Стадникова

– Где они? – Удачный момент для смены темы.

– Когда я видел «сладкую парочку» в последний раз, они ненавидели друг дружку в Трапезном, – охотно поведал тот. – Сейчас, наверное, заняты тем же, только в библиотеке. Мало кому повезло, как нам с тобой. Би вон от своей О’Лэйн вообще прячется. Теоретически, везде, кроме общежития, я обязан тебя сопровождать. Так Робин попросила наврать Линде, что она заболела и никуда из комнаты не выйдет.

– И ты наврал? – не поверила Эмьюз.

– Нет, конечно, – признался Мэйсон. – Я честно сказал, что Би недолюбливает псиоников. Здесь попытки обмана бессмысленны. Только Дэну и Бэну такое удавалось, вроде как способ в своей книге вычитали.

Коридор сделал резкий поворот и уперся в узкую крутую лестницу.

– Ты уверен, что мы правильно идем? – робко уточнила мисс Варлоу. – Я посещала ректора вместе с теткой, но этой части пути что-то не припоминаю.

– Не хочу знать, откуда у тебя «тетка», – парировал мальчик-кот. – Скорее всего, вы были в приемной. Странно, что ты мне не веришь.

– Я верю! – К счастью, Мэйсон не успел обидеться.

Старшекурсник поднимался с трудом, но изо всех сил пытался не подавать вида.

– Постоим минутку? – предложила Эмьюз.

– Не нужно меня жалеть, – мотнул головой тот. – Отвык ходить на двух ногах. В пушистом варианте я несколько легче и проворней. Осталось всего ничего.

И в самом деле, лестница вскоре закончилась круглой площадкой с мозаичным полом, высоким потолком и единственной кованой дверью.

– Тебе туда, – сообщил Мэйсон.

– Разве я одна пойду? – Волнение вернулось с новой силой.

– Как бы да, – он развел руками. – Подумай, чего мне-то там делать. Не переживай, когда освободишься, найдешь меня здесь.

Эмьюз решительно взялась за тяжелый молоточек в форме кошачьей головы и постучала, но вместо ответа дверь просто отворилась сама собой. Оглянувшись в последний раз, девочка шагнула за порог.

– Господин ректор, Сэр? – глаза не сразу привыкли к темноте.

Почему-то Эмьюз не удивилась, когда за спиной щелкнул замок. Стоять на месте гораздо страшнее, чем двигаться вперед, тем более что не так и далеко забрезжил свет. На одеревеневших ногах мисс Варлоу доковыляла до стены. Холодный шершавый камень под пальцами несколько привел в чувства.

Чего она, собственно, боится? Пфф, какая-то метрика! На первый взгляд Таранис Финн показался человеком довольно приятным. Едва ли он сделает студентке своего учебного заведения что-то дурное.

Тот самый зыбкий свет пробивался в щель еще одной приоткрытой двери. Собравшись с духом, Эмьюз толкнула ее.

– Господин ректор? – только и в следующей комнате никого не было.

Живые огоньки свечей качнулись, повинуясь дыханию легкого сквозняка. Любопытство мгновенно вытеснило из сердца все остальное. Оно щекотало нос нежным перышком, заставляя жадно ловить очертания, которые выхватывал игривый огонь.

Кабинет ректора вполне мог считаться просторным, если бы не царивший беспорядок. Открытые створки шкафов, забитых старыми книгами и странными штуками, о предназначении которых юная Тень даже не догадывалась, создавали впечатление, что хозяин отлучился на пару минут и вот-вот вернется. В камине весело приплясывал огонь, освещая два удобных мягких кресла с высокими спинками по обе стороны от журнального столика, едва заметного под грудой свитков. В глубине кабинета различался письменный стол.

Никаких звуков, кроме усыпляющего потрескивания поленьев в очаге. Эмьюз подобралась поближе к слабоосвещенной части комнаты, укрытой длинными тенями кресел. Батарея разномастных немытых чашечек свидетельствовала о бурной деятельности, кипевшей здесь не так давно. Взгляд уперся в свернутую трубочкой газету. Не заметить выделенное жирным слово «дивные» на первой полосе мог только слепой.

Листы еще пахли типографской краской. Озорная искорка вспыхнула в груди, и, прежде чем очнулась совесть, девочка успела сунуть газету за пазуху. «Полдела сделано», – подумала Эмьюз. – «У них наверняка найдется еще, а у нас появится чтиво перед сном».

Девочка поспешила вернуться к камину. «Разве можно заставлять людей ждать?» – сначала робко, но с каждой секундой все увереннее и увереннее возмущался внутренний голос. Мягкое кресло тянуло магнитом. Не стоять же посреди кабинета?

Окон в комнате не было. Возможно, поэтому воображение с легкостью заставило разум поверить, что за пределами замка самая настоящая ночь. Эмьюз старалась сконцентрировать внимание на чем-нибудь, чтоб не дать себе задремать. Разглядывать картины бессмысленно: в неверном свете все они выглядели одинаково зловеще.

Она перевела взгляд на каминную полочку и даже привстала от удивления. Там преспокойно стояла модель Звездного Экспресса! Сам поезд и пара голубеньких вагончиков. Эмьюз подвинула скамеечку для ног, насколько это было возможно, и, поднявшись на нее, осторожно погладила металлический бок крошки-экспресса. Игрушка от оригинала отличалась, пожалуй, только размером. За теми окошками, которые не закрывали шторы, виднелись места для пассажиров!

– …поразительно! – выдохнула Эмьюз.

Внезапно крошка-экспресс ожил! Он задорно присвистнул, выпуская струйки белого пара, за окошками вспыхнули лампы, и, окутанный облаком колючих искорок, он сорвался с места! Девочка едва не упала, когда игрушечный поезд описал круг почти перед самым ее носом и устремился туда, где пряталась настоящая темнота.

– В-вам нравится З-звездный Экспресс, мисс? – Крошка-поезд лег в руки своего хозяина.

– Очень, Сэр. – Таранис Финн стоял на вершине неприметной винтовой лестницы, начинавшейся у дальней стены.

Он бесшумно закрыл дверь, из которой только что вышел, и проплыл вниз. Сейчас ректор вовсе не казался старым. Седым и усталым – да, но совершенно не старым.

– С-садитесь, пожалуйста. – Сэр Финн указал гостье на кресло. – Не нужно пояснять, з-зачем вы… здесь?

– Чтобы рассказать о происшествии в городе? – уверенного утверждения не получилось.

– Не сов-всем. – Ректор уютно устроился напротив. – Клаус уже предост-тавил всю необ-бходимую информацию. Ваш наставник занят расслед-дованием, а зеркальная связь в-временно недоступна… Я з-знаю, как тяжело в первый раз сталкиваться с подобным.

– Поэтому вы так странно разговариваете?

По выражению лица собеседника Эмьюз поняла, что сказала нечто обидное. Таранис Финн резко выпрямился, будто получил пощечину, и часто-часто заморгал.

– Простите, Сэр, – пролепетала девочка.

– В-вы могли бы ради пр-приличия сделать ви-в-вид, что не замечаете, – выдавил тот. – Мое за-з-заикание никого не ка-к-касается. Нав-верное тут пом-пом-поможет только направление к п-психологу.

– Направляйте меня куда угодно, только не сердитесь, – взмолилась Эмьюз. – Я не хотела!