Прекрасные создания - Маргарет Штоль

— В тысяча восемьсот шестьдесят четвертом году Саймон Шерман приказал бригадному генералу Джону Хатчу блокировать железную дорогу от Чарлстона до Саванны. Он боялся, что солдаты Конфедерации помешают его «Маршу к морю». Но из-за нескольких неточных вычислений картографов основные силы Союзной армии опоздали к месту назначения.

Он гордо улыбнулся и написал на доске: «Неточные вычисления картографов». Ладно, Союзной армией командовали придурки и тупицы. Мы уже поняли это. Таким был общий смысл рассказов не только о битве на Медовом холме, но обо всей войне между штатами. Такие взгляды нам прививали с детского сада. Абсолютное и полное отрицание факта, что в войне победила Союзная армия. Когда в Гэтлине говорили о поражении конфедератов, люди намекали, что это была джентльменская уступка со стороны учтивого Юга. То есть, по мнению мистера Ли, Юг верно оценил историческую перспективу и выбрал для себя более легкий путь развития.

Тем временем все в классе, забыв об уроке, пялились в окна. Черные «линкольны» и катафалк свернули на улицу, которая тянулась за беговыми дорожками школьного стадиона. Приезд гостей Равенвуда превратился в целый спектакль для жителей Гэтлина. Несмотря на свое ночное существование, Мэкон по-прежнему привлекал к себе большое внимание.

Линк пнул меня по голени. Пригнувшись к столу, чтобы мистер Ли не увидел его лица, он тихо прошептал:

— Чувак, ты знаешь, кто там в этих машинах?

— Мистер Линкольн! Вы хотите рассказать нам, что случилось дальше? Похоже, вы много знаете об этой битве. Ведь завтра ваш отец будет командовать кавалерией, не так ли?

Мистер Ли стоял в шаге от нас и, скрестив руки на груди, с укором смотрел на Линка. Тот притворно раскашлялся. Его отец, запуганный подкаблучник, недавно был назначен командиром кавалерийского полка, которому отводилась важная роль в реконструкции битвы на Медовом холме. В прошлом году эту должность занимал Большой Эрл Итон. Но его скоротечная кончина позволила остальным участникам постановочных битв продвинуться на одну ступень по рангу. Военная карьера в Гэтлине строилась по простейшему принципу: кто-то умирал и освобождал место. Я слышал, что один из родственников Саванны Сноу тоже претендовал на вакансию.

Линк слабо разбирался в вопросах истории.

— Вы затронули интересную тему, мистер Ли. Конечно же, я помню, что случилось дальше. Мы выиграли битву, а затем проиграли войну. Или вышло как-то по-другому?

Мистер Ли раздраженно отмахнулся от Линка рукой. Перед его домом на высоком шесте весь год висел флаг Конфедерации — двойной длины и ширины.

— Лучше слушайте меня, мистер Линкольн. К тому времени, когда Хатч и федералы добрались до Медового холма, полковник Колкок…

Класс захихикал[44]. Мистер Ли сурово посмотрел на нас.

— Да, у него действительно была такая фамилия. Полковник и его бригада совместно с отрядами народной милиции организовали оборону железной дороги. В их распоряжении имелась лишь одна батарея из семи орудий.

Сколько еще раз нам предстоит выслушивать рассказы об этой батарее? Казалось, что речь шла о чуде, сравнимом с насыщением четырех тысяч семью хлебами.

Линк ущипнул меня за руку и кивнул в направлении улицы.

— Ну?

— Я думаю, это родственники Лены. Наверное, приехали на ее день рождения.

— Да. Ридли что-то говорила о празднике.

— Вы еще вместе?

Я не верил своим ушам.

— Да, мужик. Только держи это в секрете.

— Разве я когда-то подводил тебя?

Линк приподнял рукав майки и показал мне татуировку. Школьница-католичка в короткой мини-юбке и в гольфах напоминала Ридли. Я надеялся, что он постепенно охладеет к темной чародейке. Но в глубине души мне было страшно за него. Он мог отделаться от нее только в двух случаях: либо если Ридли сама отпустит его, либо если заставит его спрыгнуть с обрыва. Впрочем, даже тогда он будет боготворить эту ведьму.

— Я сделал тату на рождественских каникулах. Круто, правда? Ридли сама нарисовала ее для меня. Она потрясающая художница.

Да, потрясать она умела. И все же что я мог сказать ему? «Приятель, ты превращаешь свое тело в журнал комиксов! Ты называешь эту ведьму своей девушкой, а она просто охмуряет тебя!»

— Твоя матушка спятит, когда увидит тату.

— Не увидит. Оно полностью под рукавом. Кроме того, я настоял на правилах приватности. Теперь мама стучит в дверь, прежде чем войти в мою комнату.

— Прежде чем она влетает туда и делает что захочет?

— Да, но теперь она стучит в дверь.

— Надеюсь, это тебе как-то поможет.

— Мы с Ридли решили сделать для Лены сюрприз. Только не говори Рид, что я проболтался тебе. Она зацарапает меня до смерти. Короче, мы завтра устроим вечеринку для твоей подруги. На том большом поле у Равенвуда. Ты шутишь?

— Это будет круто!

Он говорил с таким возбуждением, как будто вечеринка действительно могла состояться. Как будто Лена пошла бы на нее. Как будто Мэкон выпустил бы свою племянницу из дома.

— О чем вы только думали? Лена не любит тусовки. Насколько мне известно, она поссорилась с Ридли. Они больше не общаются друг с другом.

— Лена сама виновата. Но не бойся, парень. Они одна семья. Помирятся.

Я знал, что он во власти Ридли. Почти как зомби. Но его слова встревожили меня.

— Ты не знаешь, о чем говоришь. Лучше держись подальше от этого. Послушай меня хотя бы один раз.

Он развернул «Слим-Джим» и откусил приличный кусок.

— Не парься, чувак. Мы просто хотим порадовать твою девушку. У Лены не так уж много друзей, готовых устроить для нее вечеринку.

— А зачем тогда устраивать? Все равно никто не придет.

Он усмехнулся и сунул в рот остаток мясной палочки.

— Все придут. Ребята уже дали согласие. Рид сказала, что на вечеринке будет вся школа.

Значит, Ридли уже успела взять под контроль целый город? И теперь ученики нашей школы пойдут за ней, как за гамельнским крысоловом? Только вместо свирели у нее в руках будет красный леденец. Вряд ли Линк понимал, во что он вляпался.

— Кстати, там выступят «Святые роллеры». Это моя новая группа. Мы впервые будем играть на публике.

— Святые… что?

— Моя новая группа. Я собрал ее в церковном лагере.

Мне не хотелось расспрашивать Линка о его приключениях на зимних каникулах. Я был рад, что он вернулся живым и невредимым.

Чтобы привлечь к себе внимание, мистер Ли постучал по доске и нарисовал мелом большую восьмерку.

— В конце концов Хатч понял, что ему не победить конфедератов. Он отвел войска, потеряв убитыми восемьдесят девять солдат. Ранения получили двести девять федералов. Конфедераты выиграли битву и потеряли всего лишь восемь человек.