Замыкание спирали - Алексей Переяславцев

– Мы с Суиррой подумали, что…

– Пока помалкивайте. Фиорра, не суетись, это не лечится. И вообще не болезнь. Стурр, как ты себя чувствуешь?

Ответ дался большими усилиями:

– Я-то что, а вот его больше не будет. Он ушёл. И я не знаю, что без него делать.

Почему-то наивысшую резвость мышления проявил Харрф. Он не знал, что именно случилось; у него не было даже сколько-нибудь убедительных догадок, но нужные слова нашлись.

– Командир, ты начал занятия, их надо продолжить, и ты знаешь, как это делать.

Фиорра понимала Гирру лучше, чем кто-либо другой (муж не в счёт, понятно), вот почему только она заметила легчайшее движение гребня, означавшее благодарность.

Смертная тоска в глазах и голосе Стурра никуда не делись.

– Какой я командир… Был, да кончился.

– Для нас был и есть командир, – твёрдо возразил соратник.

– Ну, раз я твой начальник, так вот тебе приказ. С этой минуты запрещаю обращаться ко мне «командир» – только по имени. И всем передай.

– Будет сделано!

Военнослужащие любой армии в любом из миров обязаны понимать, что такое приказ – без этого вооружённые силы не могут существовать. Если бы кто-нибудь мог провести сравнение, то драконы в части дисциплины оказались бы отнюдь не в последних. Но также в любой армии в любом из миров военнослужащие прекрасно знают, что даже приказы можно исполнять по-разному. Крылатые исключения не составляли. С этой минуты решительно все драконы и дракони всегда обращались к пятнистому товарищу по имени. Но за глаза Стурра именовали только командиром – и никак иначе.

Стурр повернул глаза в сторону перепуганной драконочки. В них появился намёк на теплоту.

– Доченька, я тебя люблю. – И снова взгляд лежащего дракона стал невидящим.

Неожиданно в разговор влезла Фиорра.

– Гирра, я хочу попробовать кое-что по моей части…

Долготерпение двуцветной хозяйки пещеры имело пределы.

– Ты что, не понимаешь? НИЧЕГО нельзя сделать, совсем ничего; сам он и в лучшие свои дни тоже не мог бы…

– Дура!!! – прошипела универсалка и тут же прикусила дальнейшие оскорбления на полдороге, осознав, что подобные выражения в адрес драконы в присутствии её детей по меньшей мере непедагогичны. Фильтрация ругательств состоялась, но позитивные мысли прошли насквозь. – Я же его не лечить собралась! – Отдать должное Фиорре: она сумела удивить многоопытную Гирру.

– А что же тогда?

– То самое. Хочу его усыпить и успокоить… Нет, сначала успокоить, потом усыпить. Он, чтоб ты знала, уже с замутнённым сознанием. Последние дни… нет, что я говорю – недели… Стурр работал, будто сам Тёмный его «Молниями» да «Красными стрелами» подгонял. Отдых пациенту нужен, уж это-то я понимаю. – Ярко-синий гребень жёстко поднялся взнак твёрдости намерений. Дракона, не дожидаясь согласия супруги пациента, ещё раз прокачала потоки жизни и принялась их слегка изменять. Дело не представляло собой задачу высокого уровня, любой из универсалов-соратников справился бы. Тем не менее присутствующие помалкивали. – Ну вот, спит. И… того… Тир, ну, ты меня извини за «дуру».

– Ладно, этот ориентир пролетели, – проворчала двуцветная дракона.

Она хотела ещё что-то добавить, но тут в разговор влезла Сандрра.

– Мудрая Фиорра… – Такое обращение сильно удивило всех, а дракону-универсалку в наибольшей степени. А драконочка продолжила чуть дрожащим голоском: – Вы только сделайте так, чтобы папа выздоровел. Я буду хорошей и сама стану поправлять подстилку, а ещё я уже немного считать умею. И я его очень-очень-очень люблю, ну как будто маму.

Согарр с видимым усилием сохранил серьёзную мину. Харрф издал горловой звук, но не рассмеялся. Фиорра улыбнулась, но отвечала без всякой шутливости в голосе:

– Мы его тоже любим. Обещаю сделать всё возможное. И он тебя любит, и малыша, и маму.

Тирра выразила гребнем ещё большую серьёзность.

– Сандрра, отправляйся к тёте Рруме.

– Вы папу сейчас начнёте лечить?

– Нет, мы все будем думать, как его лечить.

Драконочка послушно направилась к любящей тётушке (до её пещеры было от силы сто ярдов). Пока мелкая не удалилась, все хранили молчание. Младший к этому моменту уже спал.

Зам по разведке была настроена решительно.

– Значит так, братцы-сестрицы…

Согарр слегка двинул хвостом. Такое обращение показалось ему неуместным, но помощник командира решил пока молчать.

– …Я не Стурр, уж в этом ручаюсь. Но кое-что знаю, чего не знаете вы. Суть вот в чём: он эту ситуацию предвидел.

Тирра сразу же отметила нарочито каменную невозмутимость Согарра и ещё более уверилась: они с Суиррой проделали свой анализ. Удивляться не стоило: эти двое ещё со школьных времён были самыми проницательными. Для Фиорры сказанное было новостью из разряда сенсационных, но дракона справилась с эмоциями. Харрф чуть слышно проворчал нечто вроде «Ну да, я так и полагал». Догадался ли он о корнях происшедшего прямо сейчас, или версии существовали и прежде – этого никто не узнал.

– Излагаю факты. На сегодняшний день Стурр полностью потерял способность предвидеть…

Все трое слушателей не выдержали и переглянулись. Слова прозвучали жутковато. Только сейчас соратники Стурра поняли, насколько они (пусть и бессознательно) надеялись на его способность предсказать события.

– …Также произошла частичная потеря памяти. Могу поручиться: в полном объёме она не восстановится… – Говоря это, Гирра ничем не рисковала. Уж кому-кому, а ей было известно, насколько много ушло навсегда вместе со Старшим Братом. – Но даже если никакого восстановления не будет, и тогда у Стурра найдётся чем поделиться. Иначе говоря, учёба продолжится.

На этот раз не выдержала Фиорра. Она подняла не кончик хвоста, а правую лапу. Это был, конечно, ясный признак неотложности вопроса, который прозвучал совершенно по-деловому.

– Гирра, что, по твоему мнению, может войти в новый курс? И для кого?

– Это очевидно. Малый курс универсальных умений для всех. С помощью кристаллов, понятно. Собственно, это мы уже проделывали. А большой курс касается практической магии. Стурр сказал мне как-то, что до теоретических находок драконы и сами доберутся, а вот практические навыки передаются лишь от наставника к ученику.