Завещание Змееносца - Вадим Филоненко

– Сдурел?! – взвился тот.

– Вот видите, он жив, ваше приказание выполнено, – с усмешкой сказал Мюрр Творцу. – Даже шрама нет. Шея целехонька.

– Но мне все еще больно, – поморщился Бовенар, потирая мокрую шею.

– Я не дал тебе умереть, а снять боль ты можешь и сам, – отрезал Мюрр и повернулся к Творцу. – Если я вам больше не нужен, пойду отдыхать.

– Иди. Мне тоже пора.

Бовенар обиженно насупился. Тоже мне, союзники! Равнодушные сволочи и больше никто! Он едва не погиб, а у них не нашлось даже слов сочувствия. Ну, ничего! Мы еще сочтемся! Обязательно сочтемся!…

Мюрр и Творец вышли из камеры. Повелитель Холода тщательно обошел наполовину подсохшую лужицу крови, оставленную Мисселом. Творец помедлил, проследил взглядом за грязновато-бурым следом, уползающим за угол, и озабоченно спросил:

– Вы не перестарались?

– В самый раз, – ответил Мюрр. – Меньше было нельзя, у Песчаного Духа оказалась на редкость сильная воля.

– В твоем голосе я слышу нотки восхищения, – протянул Творец. – Признайся, он понравился тебе?

– Он, безусловно, заслуживает уважения. А насчет прочего… Мне очень понравилось, что у него хватило сил и… хм… ярости, чтобы попытаться убить Бовенара. И это будучи прикованным к столу, беспомощным и безоружным, да еще с Короной на голове, сломанными руками и пустой глазницей! Песчаный Дух опасный противник. Он знает, когда надо отступить, а когда нанести удар. Да, пожалуй, он действительно понравился мне, – откровенно ответил Мюрр.

– Ты уверен, что он сумеет выбраться из дворца? – засомневался Творец.

– Уверен. А дальше ему поможет мой человек.

– Надежный? Опытный?

– Разумеется. Из бывших Белых Волшебников.

– Ну, ладно.

Творец кивнул, повернулся к пятнам крови спиной и направился к лестнице, ведущей в верхние, жилые, покои дворца. Мюрр пошел рядом с ним. Вначале оба молчали, но Повелитель Холода сразу понял, что Творец настроен на продолжение разговора.

– Ты не любишь Бовенара? – спросил Творец.

– Не так. Я не «не люблю», я терпеть его не могу.

– Из-за Сердца Мира? Ты тогда фактически спас ему жизнь, а он предал тебя.

– Предавать – его основное занятие. А мое основное занятие – спасать ему жизнь. – Мюрр усмехнулся. – Этот раз был уже которым? Не помните? Я тоже давно сбился со счета. Я знаю вязь его жизни едва ли не лучше собственной, и могу завязывать узелки с закрытыми глазами.

– Ты хотел, чтобы он погиб, да? – напрямую спросил Творец. – Ты нарочно оставил Бовенара наедине с Песчаным Духом. Ты заранее знал, что Миссел вырвется и захочет убить его.

Мюрр досадливо поморщился.

– Если бы я желал Бовенару смерти, он давным-давно был бы мертв. А насчет того, почему я оставил его наедине с Песчаным Духом… Мы же собирались позволить Мисселу сбежать, разве нет? Получилось очень достоверно, лучше и не придумать.

– Но ты рисковал жизнью Бовенара!

– Он сам виноват. Я сделал все, что полагалось по плану. Дал понять Мисселу, что заговор – дело рук амечи. Нацепил ему Корону Абира, чтобы лишить доступа к Силе. Выбил один глаз, чтобы максимально ослабить его. Сломал оба запястья, чтобы он не смог воспользоваться кольцом Змееносца и отдать приказы Должникам. Дальше следовало оставить Миссела одного, чтобы он сумел освободиться, сбежать и послать своим сообщение о заговоре. Так было по плану. Но Бовенару захотелось… как он это называет… поразвлечься. А за удовольствие надо платить.

– Тебе претит бессмысленная жестокость Бовенара? – Творец остановился и схватил Мюрра за плечо. – Неужели все дело только в этом?

Повелитель Холода промолчал, хотя и не сделал попытки сбросить руку.

– Послушай, малыш. – В голосе Творца прозвучала неожиданная нежность. – Ты обвиняешь Бовенара в жестокости, но сам-то разве лучше? Вспомни ВУЛКАНЫ.

Мюрр дернулся, высвобождаясь.

– Да. Да! Вулканы… Хорошо, что напомнили, ведь моя карьера палача началась именно с них… Несколько тысячелетий я хладнокровно убивал и жестоко пытал. А теперь собираюсь вместе с вами разорвать в клочья Вселенную. Вы правы, я – палач и мои руки по локоть в крови. Но не стоит лишний раз напоминать мне об этом. Впрочем, хотите, напоминайте. Хоть каждый день! Мне все равно… Что же касается моего отношения к Бовенару, вы не правы. Жестокость здесь ни при чем. Я и сам жесток. А Бовенар – червяк. Он был и останется червяком. А я не люблю червяков!

– Тогда тебе понравится Темьян. Он не червяк. Уверен, тебе будет интересно пообщаться с ним, вы же в некотором роде братья. – Творец лукаво подмигнул Мюрру. – Братья по судьбе и предназначению. Братья по Выбору. Только ты свой Выбор уже сделал.

– Да. Я выбрал… Интересно, а что выберет он?

– А это во многом зависит от нас с тобой… Кстати, может я совершил ошибку, так долго не вводя тебя в игру? Наверное, следовало под личину селянина Ксила Бродаря сунуть все же тебя, а не Бовенара. Ты познакомился бы с Темьяном поближе. Вы наверняка понравились бы друг другу и…

Творец осекся под насмешливым взглядом Мюрра.

– Обожаю убивать тех, кто мне нравится, – проворчал Повелитель Холода. – Ведь я нужен вам именно для этого, не так ли? Покончить с Темьяном, если он откажется подчиняться. Вы боитесь его. Как только Темьян поймет, кто же он такой на самом деле, уже никто не сможет справиться с ним.

– Ты сможешь. Ты намного сильнее, старше. У тебя больше опыта. – Творец помолчал. – Ведь ты убьешь Темьяна, если я прикажу? Ты не предашь меня?

– Конечно, не предам. Вы же знаете – я буду с вами до конца.

– Знаю, малыш, знаю. – Творец растроганно потрепал Мюрра по плечу. – Я рад, что не ошибся в тебе… И все-таки жаль, что вы с Темьяном не знакомы. Возможно, ты смог бы убедить его сделать нужный нам Выбор.

Мюрр промолчал, подумав про себя:

«Ты врешь. Как обычно нагло врешь мне в глаза. Ты нарочно удерживал и продолжаешь удерживать меня в стороне от Темьяна, потому что боишься, а вдруг это не я, а он убедит меня. Вдруг мы с ним и впрямь подружимся, и тогда тебе конец… Но, самое смешное, что мы с Темьяном уже знакомы. Хорошо знакомы. Больше того, однажды именно я спас ему жизнь – когда наша банда подобрала его в болотах Белковской пущи. Он умирал. Местным волшебникам было не под силу вытащить его. А я вытащил, хотя и сам толком не знаю, зачем сделал это… Уже скоро шесть лет как мы с ним, что называется, живем бок о бок. Вернее жили. До того, как он пошел выручать Нефелу… Вот только тебе о нашем знакомстве знать необязательно. К тому же моя симпатия к Темьяну ничего не меняет: я и в самом деле убью его, если ты прикажешь. Я тебе верен, хоть и презираю. Я могу быть кем угодно – палачом, жестоким монстром, но только не предателем. Таков мой единственный, но незыблемый принцип. Меня предавали так часто, что я поклялся самому себе – кем-кем, а предателем не стану никогда. Вот так. Представляю, как ты хохотал бы, Творец, если бы узнал настоящую причину моей преданности!»