Грозный змей - Майлз Кэмерон

Это ощущение ее удивляло. Грызя яблоко, которое отлично пролежало в погребе всю зиму, она думала, что когда-то не обращала внимания на грязную одежду. Когда-то она была крепкой девицей, а теперь чуть не натерла плечи, непривычные к грубой ткани.

– Совсем я размякла, – заметила она.

Мэг уже сидела на телеге, возвышаясь над Изюминкой.

– И ничего подобного, милая, – сказала она, – ты просто стареешь.

Изюминка вздрогнула.

Мэг зашивала ее красивую куртку, и Изюминка, хотя ей не была доступна потенциальная энергия, все равно ощущала силу, которую Мэг вкладывала в работу. Так узник с завязанными глазами чувствует прикосновение солнечного луча.

Один за другим рыцари и пехотинцы выходили из общего зала, расплачивались за длинным столом, нарочно для этой цели поставленным во дворе, и принимались надевать доспехи, затягивать завязки и застегивать пряжки.

Сэр Дагон Ла Фор остановился у коня Изюминки. Ему очевидно было неудобно в новом нагруднике из шести пластин. Он дернул плечом и грустно улыбнулся:

– Почему мы все время ходим в доспехах? Пусть бы хоть синяки зажили.

Изюминка порадовалось, что не она одна страдает.

Сэр Джордж вздохнул:

– Во всей Новой земле нет места безопаснее, чем вокруг этого трактира.

Мэг засмеялась:

– Только полный дурак полезет в круг Змея.

Змей из Эрча – кто-то знал его под именем мастера Смита – владел территорией на много лиг вокруг. Центром ее была заснеженная гора Дракона. Пастухи и трактир жили и процветали под рукой Змея. Путешественников здесь тревожили редко, хотя малодушные говорили, что видели огромную, как корабль, летающую тварь, и отказывались ходить здешними дорогами. А купцы, напротив, всегда старались проехать змеевыми владениями.

Изюминка сунула коню яблочный огрызок.

– Так или иначе, пришедшие из-за Стены поднялись по течению и напали на пастухов внутри круга.

Сэр Дагон поморщился.

– Войско ни разу не заставали врасплох, – сказал лучник и портной Ганс Гропф. Он стоял, держа своего иноходца под уздцы, и двое мальчиков натирали воском его сапоги.

Сэр Дагон кивнул.

– Войску всего четыре года, – буркнул Уилфул Убийца. Он стоял посреди двора, глядя на всех диким взором. Он держал остальных лошадей – вообще это была работа Нелл, но девчонка ему нравилась, и он отпустил ее подобрать своему парню подходящего пони или что-то в таком роде. – Нас еще сто раз подкараулят и вырежут. Стоит нам только расслабиться. Запомните мои слова.

Сэр Дагон потряс головой:

– Тогда буду страдать молча.

– Если мы еще немного задержимся, можно будет выступать уже завтра, – пробормотал Уилфул Убийца достаточно громко, чтобы поднять мертвеца.

Изюминка увидела в дверях трактира капитана. Вышел Плохиш Том, обнял старшенькую Хранителя, Сару, жену его покойного брата. Объятие вышло знатное. Кто-то из пажей отвернулся, а кто-то заулюлюкал.

Мэг обернулась, оглядывая обоз: сущую мешанину лошадей, телег, ослов и плетеных корзин. Изюминка догадалась, что она ищет Сью, свою дочь, которая больше года была любовницей Тома – а теперь ей публично дали отставку.

Капитан, то есть Габриэль, как он теперь предпочитал зваться, вдруг возник рядом – отвратительная привычка. Сэр Майкл и сэр Бесканон следовали за ним по пятам.

– А где граф? – спросил сэр Габриэль.

– У нас случилось небольшое разногласие, – пояснила Изюминка, подражая выговору знати, – он зализывает раны.

Щека у сэра Габриэля дернулась, но больше он ничем свои чувства не выдал.

– Изюминка, можешь взять своих и прикрыть обоз?

Она кивнула.

Подошел сэр Гэвин. Сегодня все ели яблоки, и он бросил одно брату.

– Мы когда-нибудь выйдем? – нетерпеливо спросил он.

Тут же явился и Том. Если его и волновало то, что он только что унизил дочь самой могущественной волшебницы в округе, он ничем это не показывал.

– Звали? – спросил он.

– Ты сейчас не мой примипил, – сказал капитан, – ты скотовод. Я не могу тебе приказывать.

Том рассмеялся:

– Никогда об этом не думал. Я пойду за тобой. Чертовы овцы с коровами так медленно ходят, что я скоро перережу половину.

Капитан резко кивнул:

– Принято.

Он огляделся в поисках графа Зака, обнаружил его и поманил к себе. Когда невысокий всадник приблизился, капитан поклонился. Строго говоря, они с графом считались равными. Зак поклонился в ответ и посмотрел на Изюминку.

Мэг, прищурившись, уставилась на Тома.

Сэр Дагон невинно улыбался сэру Гэвину. Сэр Гэвин, который мечтал добраться до своей возлюбленной леди, обитавшей в Лиссен Карак, переминался с ноги на ногу, как будто это могло сдвинуть отряд с места.

Капитан заговорил обычным тоном:

– Друзья. Я начинаю подозревать, что, если я не обеспечу вас постоянными опасностями и трагедиями, вы найдете их самостоятельно. Граф Зак, будьте так любезны, идите первым. Сэр Майкл со мной, потом сэр Гэвин, сэр Дагон и сэр Бесканон. За ними обоз, который прикрывает госпожа Элисон. И, наконец, скот. Он поднимает тучу пыли, а мы же не хотим глотать пыль.

– Ты как будто к войне готовишься. – Граф Зак, кажется, хотел возразить.

– Мастер Смит четко все объяснил, – сказал капитан, – к северу, в Эднакрэгах, собирается большое войско. Мы покидаем империю и входим в Альбу. Солнце светит достаточно долго, чтобы все пришедшие из-за Стены в мире уже перешли Тикондагу. Ясно? Идет война. Если тебя предупреждает кто-то вроде мастера Смита, глупо его не слушать.

Все разом кивнули.

– Ну тогда поехали, – сказал капитан командирским голосом.

Изюминка приободрилась. Чем больше он становился Габриэлем, тем хуже она его понимала. Она предпочитала капитана, надменного и нечеловечески уверенного в себе. Габриэля ограничивали обязательства, которых у капитана не было, – перед матерью, перед семьей, перед союзниками.

Изюминка перекинула через седло облаченную в железо ногу и махнула оруженосцу, который вел заводных лошадей.

– Держись поближе, – велела она. – Раз капитан говорит, что идет война, стоит к нему прислушаться.

Новый трубач выдул длинный сигнал сбора. Госпожа Элисон тронулась вдоль беспокойных рядов – ее десять копий выстроились сразу за воротами. Она встала во главе и отсалютовала капитану, который проехал мимо вместе с сэром Майклом. Отец Арно нес сегодня знамя с тремя восьмерками в черном поле. Войско поделили на три части с кучей новых рекрутов в каждой. Дисциплина должна быть еще строже, чем обычно, – поэтому Изюминка не забыла даже о такой мелочи, как салют. Знаменосец войска, сэр Веска- нон, сделался примипилом, и лишь немногие старожилы согласились с тем, что он занял место Плохиша Тома. Нового знаменосца назначать не стали, а любимое войском знамя Святой Екатерины осталось в Ливиаполисе вместе с сэром Милусом и Белым отрядом.