Телекин - Алекс Орвар

Ранним утром ничто не предвещало беды!

Я великолепно выспался, у меня не болела голова, да в конце концов даже на работу пришел заранее на целый час!

Стоически вытерпев лифтовую толкучку, я ввалился в нашу уединенную сисадминскую каморку, как обычно не глядя поздоровался с Игнатом (который уже был на рабочем месте, что не удивительно). Плюхнулся в свое кресло, потянулся за кружкой и поднял взгляд на своего начальника.

И вот на этом моменте моя челюсть медленно так поползла вниз…

— Дерьмо… — ошеломлённо выдохнул я, у меня аж глаз от неожиданности дернулся. Точнее от открывшегося мне зрелища.

— Ты что-то сказал, Артем? — встрепенулся Игнат и вопросительно посмотрел на меня.

Я молчал. Я старался. Честно, очень старался не брякнуть чего-нибудь такого, о чем потом могу пожалеть — это в конце концов мой единственный непосредственный коллега по отделу и, к тому же, мой руководитель. Но…к чему такой маскарад, спрашивается?

Игнат молча продолжал смотреть на меня. Я точно также молча смотрел на него.

— Игнат, да что за маскарад? Тебя как в таком виде пропустили охранники? — уже не в силах сдерживать свое любопытство спросил я.

Видок у Игната был, как говорится, не от мира сего (это я еще мягко выразился): свисающие чуть ли не до середины шеи мочки ушей; большие и круглые глаза, в глубине которых мягко переливалась золотистая радужка (это что, линзы такие? Никогда подобного не видел); плюс ко всему прочему — не поленился же измазать себе кожу какими-то серебристыми блестками напополам со светло-синим гелем. Может, на дворе Хэллоуин, а я даже не в курсе?

Глаза Игната стремительно начали увеличиваться. Хотя, мне казалось куда уж больше? Сантиметра четыре уже в диаметре, не меньше!

Так, надо брать дело в свои руки, а то коллеге, как мне кажется, дурно стало. Кто его знает, вдруг я задел какие-нибудь там чувствительные струнки его широкой души? Неотесанный мужлан же, что с меня взять?

— Игнат! Да ты не переживай, мы ведь живем в двадцать первом веке! — все-таки решил я с чего-то начать свою пропитанную толерантностью речь.

— Ты…

— Да говорю же — забей! Я тебя не видел, ты меня не знаешь! — про себя я подумал, что было бы забавно посмотреть, как Игнат завалится в таком вот виде в кабинет к нашему заведующему — достопочтенному Антону Евгеньевичу. Эпично бы получилось.

— Ты охренел совсем, Новак?! — возмущённо спросил Игнат.

— А я что? Хоть слово плохое сказал? Да я… — начал открещиваться от обвинений в расизме, сексизме и прочих нехороших вещах.

— Если я услышу еще хоть слово, хоть одно маленькое словечко о том, как ты меня понимаешь, то ты у меня лет пять еще отпуска не увидишь! — рыкнул Игнат.

О как, сильно бедолагу задело, если даже всегда меланхоличный коллега так реагирует… Однозначно — Игнат перенервничал. Раньше я его таким не видел (во всех смыслах этой фразы).

Шутливо подняв руки в жесте мира, я выдал свою самую дружелюбную улыбку и произнес:

— Значит я тебя не так понял.

— Ты, блин, умник, прижми свою задницу к креслу и слушай. — все еще сердито ответил Игнат.

— Но я же и так си… — попытался справедливо возмутиться я.

— Хватит! Я тебе тут не шутки шучу, Артем! — самым серьезным тоном из всех возможных произнес Игнат.

Для разнообразия (и из инстинкта самосохранения — кому захочется пять лет без отпуска батрачить?) я решил промолчать и посмотреть, что же будет дальше.

Горестно вздохнув, Игнат принялся наматывать круги вокруг своего рабочего места. Периодически кидал задумчивые взгляды в мою сторону, при этом вид у Игната был такой, будто он взвешивает меня и все мои прегрешения на одних ему известных весах.

Любопытно, что это он там обдумывает себе?

— Я — Лоран-Ра. — наконец нарушил тишину Игнат.

— Звучит по-сектантски. — индифферентно заметил я.

— Ничего ты не понял. — и все, принялся дальше расхаживать вокруг своего стола. Очень содержательно ответил.

— Без обид? — решил я на берегу прояснить данный момент.

Игнат резко развернулся ко мне с видом уже решившегося абсолютно на все человека (а человека ли?) и протянул руку к своему креслу. Кресло долго уговаривать не пришлось, и оно резво подпрыгнуло на метровую высоту и застыло прямо там же в воздухе. М-да. Вот так походя он одним усилием мысли поднял в воздух кресло, которое весит около пятнадцати килограмм! Если меня не обманывают глаза, и он таки сделал это при помощи телекинеза, то мне, очевидно, есть куда расти! Мало того, что он поднял очень тяжелое кресло (для телекинеза тяжелое), так он еще и удерживает его прямо над своим столом без каких-либо усилий!