Люби меня - Екатерина Котлярова

Их любовь была яркой и невероятно прекрасной. Такой и остаётся сейчас. Только сейчас каждый день они проживают, как последний. Сейчас они ещё больше ценят каждый момент рядом. Каждую минуту. В лучах их любви можно купаться. Можно стать счастливой, просто находясь рядом и наблюдая за ними.

Всё же открываю глаза, откидываю край одеяла с лица и смотрю на мужчину, который лежит на постели рядом со мной. Он спит. Но сон его тревожен. Ресницы дрожат, а зрачки под веками мечутся, будто ему сниться что-то неприятное. Волосы на голове лежат в беспорядке и за ночь спутались на макушке. Захотелось пригладить их, пальчиками распутать колтун из волос. Брови мужчины были снова сведены. Губы сурово поджаты. Я подняла руку, чтобы пригладить его волосы, но охнула от боли, которая пронзила низ живота. Чёрт! У меня теперь всё тело болит и тянет.

Скорее всего, я вскрикнула от пронзившей меня боли, потому что мужчина распахнул глаза. Зелёный глаза тут же впились в моё лицо.

— Как ты? — хриплым голосом спросил он, рукой смахивая остатки сна со своего лица.

В следующее мгновение сильная рука накрыла мою лежащую на одеяле ладошку, чуть сжимая. Я тут же её выдернула и спрятала под подушку.

— Не трогай меня! — вскрикнула я, шарахаясь от него. — Не прикасайся!

— Не трогаю, — поднял руки вверх, показывая, что не причинит мне вреда. — Прости…

Мужчина поднимается с кровати и смотрит на меня с сожалением. Его рубашка смялась за ночь и сейчас мало походила на дорогую. Рикарди взял в руки стакан с жидкостью с тумбочки и протянул мне его.

— Выпей, малы… Лиля, — тихо сказал он, боясь напугать меня громкими интонациями.

— Что это? — я испуганно жалась к спинке кровати, прижимая одеяло к груди.

— Зелье. Исцеляющее. Выпей, Лиля. Пожалуйста, — во взгляде зелёных глаз мольба и море вины.

Стакан оказался в моих руках, и я поднесла его к губам, чтобы сделать первый глоток. Розовая жидкость была сладковатой на вкус и на вкус была похожа на морковный сок. По телу прошла волна, которая принесла облегчение и сняла боль внизу живота и напряжения в мышцах.

— Малышка… Лиля… Я должен извиниться перед тобой… То что вчера произошло, это ужасная ошибка, — мужчина ерошит и без того лежащие в беспорядке волосы.

— Ошибка? — вскрикнула громко. — Ошибка? Ты буквально изнасиловал меня. Сделал мне больно!

— Я знаю, Лиля. Знаю. Но ты ведь хотела меня. Я не знал, что ты девственница. У тебя парень есть. Я думал, что ты уже с ним спала. Мне что-то ударило в голову…

Мужчина ещё сильнее ерошит волосы на затылке. Я вижу, что он сожалеет. Но от этого не становится легче. По щекам снова текут слёзы, от которых щиплет кожу.

— Я был пьян. Я знаю, что это не оправдывает меня. И не знаю, как я смогу выпросить у тебя прошения.

Я молчу, закрывая лицо ладошками. Лишь бы не видеть его лица, которое вызывает во мне такие противоречивые эмоции. Потому что я ненавидела себя за желание успокоить его. Погладить по лицу. Поцеловать в губы. Снова почувствовать его сильные руки на своей талии. Но я боялась. Боялась, что он снова сделает мне больно.

— Я тебе наберу ванную. Ты хочешь помыться? Смыть мои прикосновения?

Я молча поднялась с кровати и, кутаясь в одеяло, подошла к нему, останавливаясь в нескольких шагах от Рикарди.

Мужчина распахнул дверь, которую я не видела до этого, и вошёл в просторное помещение, которое было отделано белой плиткой. Я услышала шум воды, и до носа донесся запах клубники. Нерешительно вошла в комнату, тут же поджав пальцы на ногах. Плитка была холодной. Рикарди снова оказался близко в считанные мгновения и подхватил меня на руки. Я замерла. Но не от страха. От нежелания вдыхать его запах. Для того чтобы снова не коснуться его. Он прав, я его вчера хотела до звездочек в глазах. И он меня довёл до оргазма. Оглушительного. Первого в моей жизни. Да, он сделал мне больно. Но я всё равно хочу его. Не в физическом плане. Нет. Сейчас мне хотелось лежать на кровати и не шевелиться. Мне просто хотелось находиться рядом с ним. Чувствовать его тепло рядом. Жар его сильного тела. Пальчиками исследовать шрам на его скуле. А потом повторять этот путь губами. Встречать его с детьми на пороге дома, когда он возвращается с работы. Кормить его едой, которую приготовила сама. Разминать его плечи, когда он напряжённый и уставший. Укрывать его одеялом, когда он уснет в кресле за работой. Сотни картинок предстают перед глазами. И я плотно закрываю глаза, до белых кругов перед внутренним взором.

Рикарди аккуратно положил меня в ванну вместе с одеялом. И вытащил его, откидывая на пол, когда пена скрыла моё тело от взгляда зелёных глазах.

— Я вызову лекаря, чтобы он тебя осмотрел, — Рикарди старательно отводит от меня взгляд.

— Не… не надо, — сипло. — У меня ничего не болит уже. Зелье помогло и сняло боль.

— Если ты хочешь… Я отвезу тебя домой. Я не могу у тебя ничего просить. Не могу от тебя ничего требовать.

— Я останусь, — говорю быстро.

Я мокрыми руками вцепляюсь в бортик ванной. Смотрю на напряженную спину, мышцы которой четко выделяются под мокрой рубашкой. Почему меня так к нему тянет? Почему душа и сердце так тянутся к этому мужчине?

— Я должна Вам. Моя семья должна Вам, — шепчу тише, чувствуя, что слёзы собираются в уголках его глаз.

— Тебе, — поправляет он, чуть поворачивая голову, чтобы видеть меня боковым зрением.

Я вижу его белый шрам, который сейчас особо чётко выделяется на его щеке.

— Ты ничего мне не должна, малышка, — с горечью говорит он, качая головой.

— Это я сама решу. Если я не буду справляться со своими обязанностями, тогда ты меня выгонишь. Отправишь домой. А пока… Выйди из комнаты, мне нужно помыться. Я хочу побыть наедине, — говорю твёрдо.

Когда за Рикарди закрывается дверь, я погружаюсь в воду с головой и задерживаю дыхание. Не выныриваю, пока не перестаёт хватать кислорода. Пока перед глазами не начинает темнеть.

Вчера мужчина вёл себя так, будто действительно хотел меня. Я видела, что у него сорвало тормоза. Смотрел на меня жадно. Со страстью. А что если… Что если я заинтересовала его? Тогда, когда врезалась в него. Что если деньги на лечение и сын были лишь предлогом… Что если несуразная полная девчонка с кучей комплексов и проблем за спиной смогла заинтересовать взрослого мужчину?

Смогу ли я найти с ним общий язык?

Смогу ли я стать для него центром мира?

Его смыслом жизни…