Совсем не ангел - Диана Маш

Последние слова оракула произвели на волка такой же эффект, как выстрел в пустой комнате.

Один резкий рывок, и ведьмочка распласталась на его голой груди. Не дав ей и шанса на сопротивление, Цанев хищно оскалился и обрушился словно ураган на ее нежные и сладкие губы.

Зверь внутри него метался и ревел, захлебываясь от радости.

Есения, потеряв от нахлынувших чувств связь с реальностью, даже не пыталась сопротивляться, тихонько постанывая в его руках, пока сам Ангел сминал ее губы своим ртом. Поцелуй становился все глубже, объединяя в себе все отчаяние, желание и страсть, что испытывал мужчина.

И неизвестно, к чему бы это все привело, если бы в трубке не раздались покашливания оракула.

— Кхе-кхе, — тут же придя в себя, Сеня уперлась ладошками в плечи Цанева, и начала вырываться из его объятий, — судя по звукам, ты там на брачную ночь нацелился, только вот до вторжения мусорщиков всего пятнадцать минут. Имей в виду.

С этими словами он отключился, оставив полулежащую на диване парочку, удивленно пялиться друг на друга.

— Черт, прости. Я не хотел, — прохрипел Ангел, выпустив, наконец, Сеню из своих рук, — вернее, хотел, но…

— Давай спишем это на эффект от ритуала и забудем, хорошо? — облизнув губы, девушка поднялась на ноги и поправила подол платья, — а теперь объясни мне, что это еще за мусорщики.

— Шкуров отследил тебя по шару и отправил сюда свою группу зачистки. Через десять минут они будут на месте и схватят нас, если вовремя не унесем ноги.

Есения резко побледнела.

— Так чего же мы сидим?

— Прости, но я в таком состоянии бегать не могу, — бросив взгляд на его скрытый брюками внушительный бугор в районе паха, Есения сначала смутилась, а затем схватила лежащую на спинке кресла белую футболку и кинула ее в лицо волку.

— А я не собираюсь сидеть и ждать, когда меня схватят. Мне нужно спасать дочь.

— Жаль, хорошая драка, чтобы выпустить пар, мне бы сейчас не помешала, — пожав плечами, Ангел поднялся, надел на себя футболку, схватил девушку за руку и потащил к двери, — надеюсь обряд подействовал, иначе любое наше движение Шкуров будет знать наперед.

* * *

Не знаю, то ли нам так повезло, то ли работники у моего, наверное, уже бывшего, босса, не такие расторопные, как ему бы хотелось, но нам с Ангелом удалось избежать с ними встречи, и теперь мы мчались на его внедорожнике в неизвестном мне направлении.

— Сколько можно держать меня в неведении? Куда ты меня везешь? Я думала, мы сразу отправимся за Евой, — не выдержала я, спустя час езды по освещенной встающим солнцем трассе.

— И как ты себе это представляла? Ворвемся домой к Шкурову, отметелим его по первое число, заберем твою дочь и исчезнем? — только не смейтесь, но я именно так себе это и представляла, правда, волку об этом знать не обязательно. Хотя, судя по его насмешливому взгляду, он и так все понял, — мне конечно приятно, что ты мысленно сравниваешь меня с Рэмбо, но тут придется действовать осторожнее. Ведьмак не даст нам даже на порог ступить. Тебе, конечно, ничего не будет, а меня полоснет каким-нибудь лучом смерти и поминай как звали.

— И что ты предлагаешь? — я подняла на него встревоженный взгляд.

— Сначала я отвезу тебя в укромное место, где он тебя не достанет, а затем разворошу его осиное гнездо, вытащу малышку и верну ее тебе.

— Ева, ее зовут Ева, — Ангел, оторвавшись от дороги, бросил на меня долгий, изучающий взгляд.

— Я верну тебе Еву, лисёнок. Во что бы то ни стало. Верь мне, — прикусив нижнюю губу, я тихонько кивнула ему в ответ, и откинув голову на спинку сиденья, уставилась на дорогу.

Вскоре бессонная ночь дала о себе знать, и меня сморил беспокойный сон, где я, схватив в охапку дочь, бегала от Шкурова, пока не попала в лапы инквизиции. Резко подскочив на месте, я открыла глаза и начала нервно осматриваться по сторонам.

Машина стояла на узкой дорожке, с двух сторон окруженная высокими деревьями, отбрасывающими пугающие тени. Ангела внутри не было.

Аккуратно потянувшись к ручке двери, будто боясь, что лишний звук привлечёт чье-то ненужное внимание, я шумно сглотнула, и в этот момент, сквозь переднее окно, заметила промелькнувшую снаружи тень.

— Аааааааа, — громко закричала я, забравшись с ногами на сиденье и выставив вперед руки.

Раздался громкий скрежет. Открылась водительская дверь и в салоне прозвучал веселый голос моего мужа.

— Ну ты и трусиха!

Разозлившись, я издала громкий звук, больше напоминавший рык.

— Какого черта ты бросил меня спящую в этой глуши и исчез?

— Прости, крошка, ты так сладко спала, а мне надо было проверить, на месте ли наш перевалочный пункт. Сто лет там не был.

— Что еще за перевалочный пункт?

— Так мы с ребятами зовем заброшенную хижину в лесу. Отсюда до нее рукой подать, — открыв самостоятельно дверь со своей стороны, я спрыгнула на землю.

— Твои друзья уже там? — потянулась, чтобы размять мышцы, что за время, проведенное в салоне, успели чуть ли не одеревенеть.

— От них сюда путь не близкий. Подождем до завтрашнего утра, — уставившись в упор на Ангела, я застыла с открытым ртом, — кажется, из-за проведенного ритуала, я ощущаю твой страх и… замешательство, вот здесь, — он ткнул себя в грудь, — будто пальцами кто-то щекочет.

— Я не хочу прохлаждаться, пока моя дочь у этого чудовища!

— Я бы отправился сейчас за ней, но не хочу бросать тебя одну в лесу. Шкуров ее и пальцем не тронет. Она его основная ниточка к тебе, не забывай об этом.

Я шумно вздохнула и протянула ему руку.

— Хорошо, веди в эту свою хижину, и в твоих же интересах, чтобы там была вторая кровать, иначе ночь проведешь на свежем воздухе.

Ангел повел меня за собой в ту сторону, где виднелась сплошная чаща деревьев.

— А как же супружеский долг? Стоило жениться, как невеста из милой и послушной малышки, превратилась в грозную мегеру. А ведь мужики предупреждали… Ай! — это я стукнула его кулачком по спине, чтобы меньше болтал.