Тьма моего сердца. Пропавшая жена - Мика Ртуть

– Дык серые пришли в деревню, велели всех созвать, приказ Императрицы будут зачитывать. А с ними дуал! Самый взаправдышний! Ох, грозный! Очи черные, волос длинный, зубы...

– Острые, – закончила за него Рокси. – Вали давай, скажи, нет деда. Сгинул.

– Дуал говорит, что магов они ищут, мол, кто-то же остался? Золотой обещал за каждого. Только сказал, что за живого, за мертвяка денег не дают.

– Так вы решили знахаря продать? – вспылила Рокси. – Забыли, сколько дед вам добра сделал?

– Ты что, полоумная! – Ждан отпрыгнул спиной назад. – Кто же дядьку Зака отдаст-то? Нешто мы нелюди какие? Ему велели прийти, чтоб он про других рассказал, про таких, как сам, с силой. Может, чего знает, к нему же люд с разных сел ходит. А что, дядьке Заку монета золотая не помешает! – Теперь он гордо выпятил грудь. – Староста о нем волновается, шоб заработать мог легкие денежки!

– Нет деда. Сгинул, еще раз говорю! Так и скажи старосте. – И Рокси энергично пихнула его к выходу. – Иди-иди. Я тоже приду, попозже, как мужика своего дождусь с леса.

– А ты сама откудова пришла? – обернулся от выхода парень.

– Из Ворога. Поищу дедовские кости, похороню по людскому обычаю да назад вернусь.

– Так ты чьих будешь?

– Тетки Варлеи дочка. Знал такую? У деда две дочки были, Марка и Варлея, так я от младшей.

– Ну, удачи, Хеленка. Если помощь нужна будет, приходи в село.

– Ага.

Рокси захлопнула дверь, и мы молча уставились друг на друга.

– Ну, ты и артистка, – протянула я. – Думаешь, нас ищут?

– Может, совпадение?

Сама я давно не верила в совпадения, но неизвестность напрягала больше, чем опасность. Рокси прошлась по кухне, выглянула в маленькое окошко.

– Давай я схожу в село, – начали мы одновременно и обе замолчали, глядя друг на друга.

– Тянем лучину!

Все эти годы Рокси меня опекала, как старшая сестра. Она была старше меня настоящей на четыре года, но будь жива девочка Никс, они бы были ровесницами и молочными сестрами, что не мешало подруге считать себя опытнее, сильнее и серьезнее. Если честно, то оно так и было на самом деле, но ведь Рокси не знала, что я младше нее. Просто я была ниже, худее и первое время намного наивнее... Зато через год я уже не уступала ни в чем, и все наши споры мы решали одним способом – тянули короткую «спичку».

– Везучая ты, подруга, – вздохнула я, отбрасывая в сторону длинную лучину. – Платок надень и лицо спрячь.

– Я быстро! Разузнаю все и вернусь.

Рокси повязала на деревенский манер платок, накинула теплую кофту, взяла одну из корзин и, кивнув, быстро выскользнула за дверь.

Странное состояние тревоги вернулось, стоило ей скрыться среди деревьев. Я посмотрела на чистое небо, захлопнула дверь и вернулась в комнату. Встреча с дуалом заставила меня вспомнить дом, последний день на Земле, дракона, сотканного из плотного тумана, горячие губы «мужа»... Все то, что я предпочитала считать бредом, шизофренией, страшным сном.Острый нож удобно лег в руку, было страшно до дрожи в животе, ведь если все окажется правдой, то моя жизнь уже не будет прежней. Я села на пол, прикрыла глаза, чтобы не видеть, и быстро провела лезвием по запястью.

– Выходи!

Мамочки! Из разреза не просочилось ни одной капли крови. Как такое может быть?

– Я мертвец?

«Ничего подобного, – раздался обиженный шепот в голове. – Я просто перекрыл капилляры. И не выйду».

– Почему?

«Ты хочешь меня прогнать».

– Я хочу с тобой познакомиться! Мне надоело считать, что ты моя шизофрения, и я разговариваю с воображаемым другом.

Дурдом! Я говорю с голосом в голове, и меня это не пугает.

– Выйди, пожалуйста, – прошептала я.

Если сейчас не получится, то все бесполезно...

Из ранки стала медленно сочиться темная дымка, осторожно, словно нехотя, она формировалась над моей рукой в фигуру черного кота.

Наконец над ладонью завис котенок размером с бультерьера, последними появились алые глаза. Задних лап у кота не было, они уходили ко мне в руку. Да... не дракон, но тоже жутко.

– Почему котик? – выпалила я.

– Котиков все любят, – голос звучал в голове, но слышался словно приглушенно.

Я вспомнила, как общался со своей тьмой дуал, молча, неслышно.

– Кто ты? Ты симбионт? Инопланетянин?

– Сим. – Алые глаза застыли напротив моего лица. – Я мало что знаю о своем виде, осознал себя не сразу. Знаю, что жить вне твоего тела не смогу, могу только ненадолго покидать его.

– Тебя мне подселили.

– Да, старый сильный сим оставил зерно, чтобы ты не погибла. Я вырос, твой разум разбудил меня. Мы учимся из памяти носителя. Я учился из твоей, мама.

Ой-ей... Он ничего не знает о своих, не знает, как должен себя вести настоящий симбионт, поэтому ведет себя как человеческий ребенок. Ведь в моей голове тоже нет сведений о дуалах, нет ничего об этой их тьме, я знаю только страшилки, которыми обмениваются люди на базаре.

– А какая от тебя польза? Что ты умеешь?

– От меня польза пользовательная, – в шипящем голосе появилась обида. – Чищу кровь, убиваю болезни, съедаю все плохое в организме, отдаю хорошее. Улучшаю носителя. Могу преобразовывать твою энергию в боевую. Я еще маленький, но когда стану сильный, смогу еще больше.

– Наверное, надо дать тебе имя?..

Полный сюр... А что я теряю? Ничего! Мне было семнадцать, когда я встретилась с пришельцами, и я пережила эту встречу, даже кошмары не снились. Потом я попала в мир, где демоны жрали людей, и жила в нем три года. Я замужем, на минуточку, так почему я не могу быть мамой? А встречу дуала, скажу: «Простите, сами виноваты, сведений о себе не дали, ничего не рассказали, а ребенка подкинули. Как смогла, так и воспитала!»

В голове захихикали, этот милый котик читал мысли как раскрытую книгу. Мгновение – и передо мной колыхалась знакомая зубастая морда, только миниатюрная.

– Дракон, значит? Дракон – мальчик или девочка?

Мой симбионт завис на долгие несколько минут, а я решилась и все же протянула руку. Ладонь не встретила никакого сопротивления, только легкую щекотку в том месте, где проходила сквозь черный туман.

– А я могу стать кем хочу?

– Почему бы и нет?

Если это просто черное облако, то какая разница, кем оно себя будет считать?

– Раз ты девочка, то и я буду девочка!

На рогатой голове появился бантик, а алые глаза обзавелись длинными густыми ресницами.

– Ты вылитая Дюдюка Барбидонская, – рассмеялась я, вспомнив древний мультик. – Буду звать тебя Дю, доченька.