Последняя секунда Вселенной - Алиса Веспер

Айвин снова уставился на океан.

– Тебя не завораживает вода? – спросил он.

– Меня завораживает все условно бесконечное. Океан. Звезды. Ты.

– Значит, я условно бесконечный? – Айвин покосился на нее, еле заметно улыбаясь.

– Ты долго живешь. И будешь жить гораздо дольше, чем я.

Ее прервал резкий холодный порыв ветра, и Аннабель поежилась.

Однажды она превратится из реальности в историю. Но об этом она говорить не стала. Слишком пафосно прозвучало бы. Да и зачем, когда они оба и так все знают?

– Аннабель… – он положил холодную руку ей на щеку. Заглянул в глаза. – Я…

– Я все понимаю.

– Я могу жить, как человек. Если ты хочешь.

– Как человек?

– Я могу стать человеком. Я могу умереть.

Он предлагал искренне, она это знала. Но…

– Нет, – она смущенно рассмеялась. – Мы и знакомы-то всего-ничего. И ты должен идти дальше. Есть так много миров. И, может, я тоже смогу их когда-то увидеть. Как ты думаешь?

Айвин осторожно обнял ее за плечи, и Аннабель уткнулась лбом в его шею.

– Ты увидишь эти миры. Увидишь китов, которые плывут над землей. Города в космосе. Замки, выращенные из дерева. Миры, разрушенные войной, и миры, процветающие в достатке. Иногда второе наслаивается на первое. Чаще наоборот. Ты увидишь животных, которые никогда не существовали на вашей планете. Увидишь бесконечность миров. Архипелаг. А значит, ты увидишь то, что находится дальше.

– Дальше? – осторожно спросила Аннабель, потому что тон Айвина вдруг стал напряженным.

– То, куда мы падаем.

Не нужно было пояснять – она сразу все поняла.

– Великий аттрактор[8]. Чудовище из моих уравнений.

– Однажды ты поймешь, что бесконечность ближе, чем кажется, – сказал он убийственно серьезно.

– Звучит как цитата из какой-то песни.

– Возможно. Я успел услышать много песен в разных мирах. Услышать, написать, спеть.

– И все они были обо мне, – Аннабель рассмеялась.

– И все они были о тебе.

Глава 2,5

Прошло немало времени и вереск на холмах успел уснуть и проснуться множество раз, прежде чем зеленые глаза Эвана стали серыми, а рыжие волосы потускнели. Будто бы с него опадала позолота и проявлялось то самое настоящее, его каркас. Он чувствовал, как магия леса, холмов и моря постепенно покидает его. Поэтому его зеленые глаза переставали быть зелеными, рыжина ушла, и даже часть татуировок исчезла.

Когда они оба все поняли, Эван уже успел сильно измениться. Он не до конца превратился в человека с человеческими мыслями и противоречиями, но уже не принадлежал ни народу холмов, ни народу света и пустот.

И сколько бы раз он ни пытался найти путь в свой мир, где низкие тучи над холодным морем, где у болот танцуют дрожащие огоньки, сколько бы раз ни пытался призвать свой народ, ничего не происходило. Они покинули его. А потом его покинула и Анна.

Он похоронил ее под эбеновым деревом, из тех, что запоминают разговоры о любви. Попрощался с друзьями и отправился вперед.

Его ждала долгая-долгая жизнь.

Глава 3

ПАРАДОКС

О найденном озере говорили все. Как пронюхали журналисты – никто не знал. Даже Саншель не знала, откуда именно поползли слухи, и клялась, что это не она разболтала.

Впрочем, слухи в небольшом городе расползались быстро, и было уже поздно.

А за день до экспедиции резиденцию Кенельма окружили заинтересованные. Кто-то из них понимал, что происходит. Другие – большинство – чувствовали. Кто-то больше, кто-то меньше. Кого-то просто принесло течением толпы.

Аннабель словно бы своими глазами видела колышущиеся массы, похожие на медуз или полипы, обступившие высокий металлический забор, выкрикивающие что-то бессмысленное.

Она могла бы увидеть больше, но они с Эйриком уже были в лифте и ехали вниз на подземную парковку. Собранные, готовые к новому приключению.

– Ты что-то чувствуешь? – спросил он, когда они сели в машину на заднее сидение.

– Это они чувствуют.

– Подпороговое восприятие?

– Скорее надпороговое.

Эйрик кивнул.

Машина выехала из тоннеля неподалеку от резиденции, но люди заметили это не сразу. Те начали что-то понимать только тогда, когда Эйрик и Аннабель уже выезжали из района.

Машина катила по каменной брусчатке, расчерченной бесконечными рельсами домов.

– Пороховая и Нерудова улицы закрыты, – сообщил водитель. – Придется сделать крюк.

– Не страшно, – беззаботно откликнулся Эйрик. – Время еще есть.

Аннабель усмехнулась. Времени у них сколько угодно. Без них поезд все равно не уедет.

* * *

Если бы она ехала одна, то взяла бы место в общем спальном вагоне или в шестиместном купе. Не то что бы у нее было много денег на такую роскошь. Но сейчас она была консультантом самого Эйрика Кенельма – что бы это ни значило, – а потому ей выделили отдельное купе с рабочим столом и душем.

Кровать была заправлена идеально ровно, без единой складки, поэтому Аннабель уселась за стол.

До отправления поезда оставалось несколько минут. Стоило заглянуть к Айвину. Возможно, пригласить его в вагон-ресторан. Или к себе. Или…

В дверь постучали. Не Айвин. Не Эйрик. Саншель.

Аннабель осторожно открыла.

– Привет! – Не дожидаясь ответа, Саншель прошла в купе. Плюхнулась на кровать и закинула ногу на ногу. – Ну как? Готова к поездке?

– Не знала, что ты тоже едешь. – Аннабель не могла оторвать взгляд от нарушенного порядка покрывала.

– Я тоже не знала. Но поднялся такой ажиотаж…

– Значит, тебя отправили в командировку? – поинтересовалась Аннабель.

Саншель вздохнула.

– Это все Эйрик. Он позвонил в редакцию. Терпеть не могу, когда он все устраивает, но сейчас это было даже хорошо. Все лучше, чем писать статью о фестивале еды, – кисло сказала она.

Аннабель криво улыбнулась.

Она бы, наоборот, хотела оказаться на фестивале еды.

– Там, возможно, открытие века, а у тебя такое лицо, будто ты в очереди к зубному, – проворчала Саншель.

– Странное предчувствие.

– Плохое?

Аннабель покачала головой. Затем пожала плечами. Потерла лоб.

– Сложно сказать. Ощущение какой-то бессмысленности. И дежа вю. И… не могу подобрать слово.

– Ты говорила Эйрику? – Саншель нахмурилась. – Ты все-таки консультант по магии.

– Пыталась, но он слишком увлечен, чтобы слушать меня сейчас.

– Да уж. Увлеченный Эйрик никого не будет слушать. Хотя разве не все мы такие? Помню, как тебя унесло в морскую биологию.

Аннабель улыбнулась. Она действительно чуть было не стала биологом. Первый год в магистратуре прошел чудесно – чтение научных статей, выезды на природу, изучение эволюции флоры и фауны. А потом началась практика в лаборатории с кропотливым разбором образцов водорослей. Именно эти часы, пока