Ангел Смерти - Юлия Шевченко

— Тот, кто дремлет в Бездне тёмной… — бархатным, завораживающим голосом начал читать заклинание незнакомец, подняв руки ладонями вверх и удерживая их на уровне груди.

С каждым произнесённым заклинателем словом, воздух в комнате становился всё плотнее, и, уже буквально через несколько секунд казалось — протяни руку и сможешь без проблем зачерпнуть его ладонями. Из пентаграммы подул горячий ветерок, разметавший волосы призывающего, но молодой человек ни на секунду не прекращал чтения заклинания, зная, что стоит отвлечься и всё, заклинателю не жить. Колдовские силы, призываемые колдунами и ведьмами, как-то не любят, когда с ними играют слабые личности.

— Не дай ему договорить! — неожиданно хвостатик ударился в откровенную панику.

Оne moment, только сооружу кляп из больничной простыни и, изловчившись, чтобы не поджариться на линиях активированной пентаграммы, запихну его заклинателю в рот!..

— Да откроются глаза твои, горящие чёрным пламенем! — голос парня стал на пару октав выше, а из магической схемы на этот раз брызнули красно-зелёные искорки, которые весёлыми светлячками разлетелись по палате.

— Дай сюда!!! — С диким воплем воинствующих команчей, Асука выхватил мой рабочий инструмент из моих ослабевших рук, и бросился на Рафаила, который вообще не обращал на него никакого внимания.

Подлетев к линиям пентаграммы, падший демон хорошенько размахнулся, приноравливаясь к сокрушительному удару, и… Коса с жутким, потусторонним скрежетом прошлась по защитному куполу, образованному активированной магической схемой, но пробить невидимую преграду так и не смогла.

— Явись… — возвысил голос заклинатель и поднял вверх правую руку, сложив пальцы замысловатым символом. — Сильнейший из всех — Дракон!

— Всё, мы погибли! — «обрадовал» фамильяр и, схватив вверенную его заботам ведьму в охапку, попытался ретироваться через окно, наплевав на такую деталь, как седьмой этаж и твёрдый асфальт внизу.

Сегодня, наверное, был просто не наш день, потому что, стоило хвостатику подлететь к распахнутым оконным створкам, как он ощутимо впечатался в невидимую преграду, которая тягуче спружинила, раскидав нас в разные стороны. Асука, громко ругаясь, улетел обратно к двери, которую лишь чудом не выбил своей рогатой головой, а мне же посчастливилось грохнуться на койку Паршина.

— Извини, Женёк, я не специально! — автоматически вырвалось изо рта, прежде чем сообразила, что молодому человеку как-то плевать на мои домогательства. Ему уже давно всё было до известной лампочки.

— Василиса, — взбеленился фамильяр, — поверь на слово, сейчас не время и не место заигрывать с понравившимися юношами.

— Да ты о чём, упырёныш, подумал? — во мне вскипело праведное негодование, грозящее часовой выволочкой обнаглевшему демону. — Сам виноват, что меня сюда отбросило. Нечего было дурью страдать!

Пока припиралась с разошедшейся нянькой, воздух над головой Рафаила потемнел и стал закручиваться в спираль, создавая небольшое торнадо локального масштаба. То и дело в завихрениях вспыхивали цветные молнии, и слышался отдалённый гул, который с каждой секундой всё больше и больше нарастал, основательно нервируя. Создавалось ощущение, будто из подпространства некто очень большой, сильный и жутко нетерпеливый упорно желает прорваться в наш мир.

— Блиииин, и как нам потом объяснить медперсоналу шум в палате больного, полностью подключённого к аппаратуре?! — Да, я прагматик до кончиков волос и горжусь этим, а всякие демонические рожи, крутящие пальцем у виска, могут смело иди лесом!

— Васенька, ты лучше подумай, как нам отсюда ноги унести, — чуть ли не лез на стенку Асука, — живыми, здоровыми и желательно самостоятельно!

Повернув голову в сторону заклинателя, который по каким-то загадочным причинам претендовал на душу Паршина, то есть, являлся моим злостным конкурентом, некультурно уронила челюсть. Подумала-подумала, а потом вообще позорно взвизгнула, и попыталась спрятаться за косой. Но на анарексичку я никоем образом не смахивала, поэтому пришлось поспешно взять себя в руки, и широко открытыми глазами посмотреть в морду надвигающейся смерти. Что-то мне подсказывало, что после знакомства с ЭТИМ, даже всемогущий Габриель не поможет…

Из образовавшейся тёмной воронки медленно вылезла большая чешуйчатая буро-красная голова с кучей надбровных шипов, большими жёлто-золотыми глазами с вертикальными зрачками, огромной вытянутой пастью, из которой сейчас валил вонючий сизый дым, и зубами-ятаганами. Следом за мордой появилась длинная шея в шипастом «ошейнике», а затем и всё остальное могучее тело с короткими, но оттого не менее смертоносными лапами. Мерно размахивая крыльями, тварюга зависла над кроватью Паршина, где лежал не только парень, но и моя помертвевшая от ужаса персона.

— Васька, вали оттуда! — Асука от всей души поделился дельным советом и кинул в крылатую ящерицу креслом для посетителей, которое с успехом долетело до Дракона, но разбилось в щепки о бронированный бок. — Дура, он никак не может понять, чью душу ему поглотить надо. Беги!

Совет всем хорош, но если профукаю доверенное тело… Тьфу ты, дело, то Смерть меня из-под земли достанет. Пусть уж лучше в желудке у Дракона переварюсь, чем буду держать ответ перед разъярённым Габриелем!..

— Дракон, прими отведённую тебе душу, — непрозрачно намекнул ящерице заклинатель, что пора бы уже и закончить с трапезой.

Издав гортанный, клокочущий звук, бронированная рептилия, совершенно не сомневаясь, вытянула морду в моём направлении, раскрывая на ходу пасть и шумно вдыхая воздух. Особо не церемонясь и уж тем более не задумываясь о последствиях, двинула пяткой в нос недовольной таким произволом ящерице и попыталась спихнуть Евгения с кровати, надеясь дотащить его хотя бы до выхода из палаты, а там уж видно будет, как поступить дальше.

Каменно-тяжёлое тело напрочь отказывалось сдавать завоёванные лежачие позиции, чем тормозило всю операцию по нашему спасению, а противный Дракон, пару раз обиженно фыркнув, пошёл на второй заход.

Неожиданно датчики, контролирующие сердцебиение и пульс больного, противно взвизгнули и резко замолчали. Удивлённо переглянувшись с замершим с открытой пастью Драконом, почувствовала, как рядом со мной прогнулась кровать, а на пол полетели иголка от капельницы и различные детекторы. Степень удивления перевалила все допустимые пределы, поэтому оставаться и дальше в неведении показалось просто кощунством.

Повернувшись всем корпусом к копошащемуся рядом со мной человеку, неприлично уронила челюсть и выпучила глаза, потому что вместо лежачего больного на больничной койке восседал активно шевелящийся и явно недовольный происходящим Паршин.

— Чего вылупилась? — злобно прошипел парень, испуганно посматривая в сторону Рафаила, который неспешно приближался к нам.

— Ты же должен быть в коме! — Да, не самый остроумный ответ на грубость, но уж лучше так, чем вообще молча переваривать информацию.

Ехидно хмыкнув, мол, тех, кому я должен, уже давно нет в живых, Евгений, совершив