Как пройти в Ётунхейм? - Софья Максимова

— Ну и славно. Как насчёт истории о том, как мы возвращали с Донаром его молот?

Донар в другом конце комнаты угрожающе захрапел.

— Ты думаешь, стоит?

— Да не бойся ты! Если что не так пойдет, то знай: мне приходилось получать от него по шее. Как видишь, жив ещё… Да ты не вздрагивай так, я это не серьёзно, а ты что подумал? Спит как убитый, чего там!

Эрнст всё-таки согласился, и не зря. Под периодически усиливающийся храп Донара он узнал о том, о чём и представить не мог. Правда был смысл опасаться того, что Донар в женском платье и с полузавешенным лицом будет преследовать его в ночных кошмарах. Хотя зря боялся, заснул он без сновединий.

Заснул после того, как Локи сказал ему: "Здесь появились ётуны из Утгарда. Боятся не стоит. Тебя, если возьмут, то с нами за компанию, а значит и ничего особенного не будет. Надеюсь. Очень, но не без оснований." У Эрнста чуть зубы от страха не застучали, но Локи продолжил, думая его даже ободрить:

— Агата мне это рассказала. И да, не спрашивай когда и как — тебе это не интересно, поверь мне. В массе соплеменники мои диковатые, но конунг у них вполне себе ничего. Знаешь, а он ведь в своё время провисел под землёй куда больше монго, даже в сравнение никакое не идёт. Я с ним уже раз договаривался, он обещание сдержал — сбил с Донара спесь, но и меня пристыдил. Насколько это было возможно, правда. За первое я его уважаю, а за второе — обижен. Но я хорошее тоже помню: он нас с Донаром и Тилем накормил даже. Я тебе при случае расскажу, ты мне его напоминаешь чем-то. А знаешь, как о нас узнали?

Эрнст начал потихоньку догадываться, в чем могло быть дело. Локи, как будто почувствовав, продолжил:

— И ведь говорила мне мать когда-то: "Не водись, сынок, с великаншами, хоть они и подобны тебе, хорошего ничего не выйдет!"… В первый раз не послушал, конечно — женился. Прокатило даже как будто. Разошлись потом, правда, как в море корабли. Второй раз по-настоящему ничем хорошим не кончился… Потом — так, мелкие неприятности. В том числе и эта.

Эрнст улыбнулся, но потом задумался, его беспокоила пришедшая совсем недавно в голову мысль:

— Локи… А конунг их… с ним точно можно договориться?

— С Утгард-Локи-то? Можно. Думаю, он и сам понимает, что Фенрир и его дети, хоть и велики, но слишком малы, чтобы сожрать Солнце, что Ёрмунгард слишком велик для чего бы то ни было, так, что не верь Донару, когда он начнёт рассказывать про ту рыбалку, а у Хель свои дела. Ему это не хуже моего ясно. Новый мир ведь появился — ваш мир. как по мне, он действительно лучше. Интересней, знаешь ли. И вот еще что: где бы ты ни оказался к Йолю, знай: я к тебе нагряну, так что подумай об этом на досуге.

Эрнст успокоился, но несильно (Что такое Йоль, к слову, он не знал, но спрашивать не стал). Нашарил в темноте руку Локи и схватил ее, будто иначе что-то случится. Что-то, чего быть не должно. Локи замер, это Эрнст почувствовал, но руки не отнял. Так Эрнст и заснул. Хватку ослабил только когда вошел в такое состояние, в котором ничем не разбудишь.

Глава 9

— Ну и кто ты без Мьёльнира? — заинтересованно осведомился Локи, стараясь развернуть голову, хотя и так было понятно, что обращается он к Донарую

— Дурак ты! баба! — ничего лучшего ответиль громила не мог.

— А не ты разве? Кто не дал отпор?

Они были посажены спина к спине, с руками, связанными вместе, а их равно рыжие волосы были стянуты вместе, так что вертеть головой никому из них не было приятно.

— Я был безоружен, а они, — подумав начал Донар таким тоном, будто и не думал оправдываться, — их было больше.

— Для грозы ётунов это не должно быть затруднением, если ты хочешь знать, что я об этом думаю. Ну да мои советы для тебя уже ничего не значат…

— Где отец?

— А мне почём знать, где этот старый пьяница, хоть я его и… Где Эрнст? — тон Локи сначала казался издевательским, потом сразу вдруг стал серьёзным, и последнюю фразу он произнес будто даже обиженным голосом.

— Тебе что до этого человека?

— Есть что, раз спрашиваю.

— Я тоже понятия не имею! К тому же, чем он нам может быть полезен? Отец его покрывает, главное! Знчем только?

— Будь Эрнст немного другим, я бы подумал, что мой милый братец решил готовить его в герои, и куда ему, спрашивается, в дружину столько? — насмешливо заметил Локи, но замолчал потом так серьезно, что даже Донар призадумался.

II

Эрнст понимал, что не может привлечь внимание Локи из своего дальнего угла сарая. Куда попрятались Марта и Агата было только догадываться, а он избрал себе местечко за завалом сена, и теперь чувствовал себя последним трусом, однако, поминутно пытаясь оправдать себя тем, что он ничего не может тут поделать. И он был в сущности прав, когда так думал.

— Эрнст! — послышался шёпот Агаты откуда-то неподалёку.

— Ты тоже здесь? И Марта?

— Понятия не имею, что делать. Зачем только, — и тут она оборвала фразу, сама удивившись тому, что у неё вырвалось.

— Но ведь нужно всегда впускать Вотана! — Посмотрела на сестру огромными глазищами Марта.

— Да, мы все должны его впускать, ты права, — убитым тоном согласилась Агата.

Марта выбежала из укрытия, но тут же испугалась и забежала за бочку в водой. () На улице, недалеко от их укрытия, показался дикого вида великан. Волосы его былитакими же рыжими, как и у Локи, но напоминали гнездо, причем были такими явно от природы, но не из-за пренебрежения гребнем. Ну, или костер, смотря какое у кого воображение.

Агата, испугавшись за сестру, тихонько перебежала к ней за бочку. За ней последовал Эрнст.

— Осторожней, — прошептал Эрнст, — великаны могут быть и догадливыми, — правда зачем он это сказал, сам не совсем понял, но очень уж хотелось.

— Но могут быть и глупы, как пробки, — огрызнулась девушка, — а что хуже, не ясно.

То ли слух у гиганта был ничего себе, то ли ещё по какой-то причине, но он, согнувшись, чуть ли не на четвереньках, залез в постройку. Никто не успел ничего сделать, ни сказать, ни пискпуть.

— Кто такие — от этого трубного гласа у всех троих чуть не заложило