Птичий вор - Кира Алиевна Измайлова

— Отрадно видеть столь покладистого висельника, — вельможа взял его за подбородок и заставил смотреть себе в глаза. — Вижу, ты надеешься обмануть судьбу. Забудь. Это никому не удавалось. Никогда.

«Ну попробовать-то можно?» — подумал Вор. Мысли змея не слышала, он уже проверил, покуда болтал с этим раззолоченным.

6

Назавтра его представили… Тьфу, звучит-то как! Показали, одним словом, князю Гаррану. Тот, удивительное дело, Вору понравился — и с виду приятный, и не заносчивый, и веселый… вот только муть в его глазах говорила о том, что князь говорит не от своего имени.

— Хочешь, останешься при дворе, когда я женюсь на Лизелотте? — весело спросил Гарран, когда все уже изрядно выпили. Вор свою меру знал, ее и соблюдал.

— Что мне делать при дворе, светлый князь? — он поклонился в очередной раз. — Подносить тарелки? Так перебью! Петь? Вы слышали, какой у меня голос — только лесных троллей пугать… Разве что за скотиной ходить, но для того у вас и без меня людей довольно.

— А если Лизелотта захочет видеть избавителя рядом? — вдруг спросил Гарран, и туман в его глазах немного рассеялся. — Я не могу пойти туда сам, понимаешь? Вернее… Я мог бы и забраться, и украсть Лизелотту, но это значит…

— Война?

— Да какая у нас тут война… Два на два отряда? Я выиграю, у меня есть лесные срелки, а у соседа — только пехота, они по лесам ну… никакие! Вокруг дерева обойдут и потеряются… Вот обида выйдет большая.

Гарран смотрел на Вора, и глаза его делались все яснее.

— Я хочу жениться на Лизелотте, — сказал он наконец. — Мой покойный отец почти сговорился с ее отцом. Но потом… Эта башня… Слушай!

— Да, господин?

— Я знаю, ты подвластен заклятию. И знаю, что его можно снять.

— Тише вы… — шепнул Вор. — Сам догадываюсь, что замков без ключей не делают… только где этот ключ?

Тут он подумал, что как раз маги-то могут обойтись без ключа. Зачем он, если сила всегда при тебе? Разве только передать кому другому…

— Я не знаю, — ответил князь. — Но если у тебя получится… если всё получится, прошу: спаси Лизелотту.

— То есть…

— Никому не отдавай. Даже мне. Пускай идет куда хочет… она уж придумает, она умная. И знаешь, — Гарран посмотрел ему в глаза, — лучше быть какой-нибудь крестьянкой или горожанкой, чем угодить в лапы… тс-с-с!..

— Да зачем она ему? — прошипел Вор.

— Не знаю. Не говорил. Наверно, и на Лизелотте есть какое-то заклятие… наверняка есть! Именно оно и нужно…

Вор кивнул.

— Если удастся встретиться, скажи — я ее любил. Я, настоящий, который учил ее ездить верхом и добывать дичь. И любил не как дочку соседа, и не за сивые волосы и глаза цвета болотной тины, не за шуточки ее дурацкие, а просто так. Как Лизелотту.

— Вы сами скажете, господин!

— Нет.

— Не скажет, — промолвил вельможа, и Гарран вдруг осел наземь, словно в спину ему всадили стрелу, а потом поднялся и странным дергающимся шагом двинулся к остальным. — Умный оказался человек. И сильный. Жаль, так бездарно умер. Ты ведь не желаешь к нему присоединиться?

— Что вы, господин! — испугался Вор. По-настоящему испугался, не притворства ради. — Я… Мне много не нужно…. Жить бы, как прежде, и всё! Даже денег не попрошу… ну разве только самую малость…

— А по-моему, ты хотел еще чего-то. Может быть, задать вопрос?

— Да, господин, если позволите… Почему вы ему-то змею на шею не повесили?

— Слишком заметно, — улыбнулся тот. — Он бывает в гостях, а там…

— Свои маги?

— Именно, мой догадливый друг. Не подходи к нему больше. Ясно?

— Как прикажете, — поклонился Вор.

Тут ему пришлось ненадолго прерваться, потому что Принцесса — Лизелотта, вот так имечко! — рыдала взахлеб и никак не могла остановиться. А Вор, так уж сложилось, не умел успокаивать плачущих женщин.

— Значит, Гарран мертв? — выговорила она наконец.

— Наверняка не знаю, но… мне показалось, что так, — пробормотал Вор. — В любом случае — увидишь князя, не верь ему. Мало ли….

— Он… он все правильно сказал. Гарран, а не маг! — не слушала девушка. — И что учил ездить верхом — наши отцы дружили… И охотиться… И он никогда не говорил мне про мои серебряные косы и изумрудные глаза! Он… он меня…

— Выходит, видел как есть, — закончил Вор и все-таки неуклюже обнял Принцессу. — А ты его?.. То есть…

— Считала старшим братом, — всхлипнула она в его плечо. — Ну что ему стоило сказать раньше?

— Наверно, ты была еще маленькая, — ухмыльнулся Вор. — А потом тебя заперли в башне. Ну а потом у Гаррана деньги кончились.

— Точно… — Принцесса выпрямилась. — Деньги закончились и тогда он… что-то предложил тому странному вельможе в обмен на меня!

— Это твое заклятие, что ж еще? Оно, похоже, очень редкое и необычное. А за такие штуки люди платят, бывает, втридорога.

— Нет, не сходится… — она прикусила губу. — По твоим словам выходит, он не знал, зачем я тому магу. И что за проклятие на мне — тем более не знал. А еще ты говорил, будто Гарран выглядел очарованным.

— Э?..

— Заколдованным! Ну ты же сказал, что взгляд у него был странный, а потом муть рассеялась, и тогда-то он заговорил!

— Да, так и было… — пробормотал Вор. — Только… Странно это. Ладно, выкрасть решил, уж договорились бы с твоим отцом, наверно. Главное, на какие деньги он того мага нанял-то, если даже на подарки для тебя не осталось?

— Значит, не он предложил, а ему предложили, — ответила Принцесса. — Думаю, маг явился вовсе не из-за меня, а… словно мимоходом. Разве можно не принять такого важного гостя? А потом… слово за слово… Наверняка Гарран на пиру выложил все, что обо мне знал. А что такого, соседи ведь! Может, тот маг даже сказал, что способен освободить меня из башни… Не знаю точно, как это все работает, но суть ты уловил?

— Да. Гарран выпил лишку, сказал слишком много и выложил всё о тебе. Его маг и сделал… нет, не наживкой, тут другое какое-то слово нужно, никак не подберу.

— Подсадной уткой?

— Тоже не то… Ладно, неважно! Главное понятно: никто не удивился, потому что… соседи, дружили… ну и так далее, — развел руками Вор. — А чего Гаррану только теперь в голову ударило, так правильно было сказано: годы-то идут, ты не молодеешь, он тоже. И как по заказу — и маг отыскался, и я… Правда, если я правильно посчитал, меня нашли только через полгода после первой встречи князя с