Крещение сталью - Пан Борик

— Не самое приятное место скажу я вам. — Ина тяжело вздохнула, выставляя копьё чуть вперёд — Мой отец где только не бывал, и порою рассказывал про свои приключения. Не помню я, чтобы мой папенька…

На плечо девушки резко опустилась ладонь Бенджамина, тот словив её взгляд медленно указал остриём копья куда-то вперёд, в темноту. Соня насторожилась, Иосиф рефлекторно поднял щит, хотя мало, что понимал в самообороне. Клаус и Ричи вглядывались в темноту и обнаружили причину остановки. Где-то там, впотьмах стояло нечто огромное. Его тело имело неправильную форму, а уходящий далеко вперёд, то ли хобот, то ли клюв, пугал до чёртиков. Бэм тут же замахал копьём, призывая позади идущих быть осторожнее. Те приняли совет с улыбками на лицах, понимая: первая встреча с реальной опасностью, прошла успешно. Увы, этим не могли похвастаться пропавшие впереди существа. Они слишком отделились от основной группы и затерялись, остаётся лишь надеяться, что не навсегда, во тьму ущелья.

Чудовища удалось миновать и без особых затруднений двинутся дальше. Найдя дорожку, переступая через фекалии здешних жителей, существа добрались, как казалось на первый взгляд, до некоего подобия кратера. Впереди — зияющая дыра, и если есть желания, можно спустится ниже двигаясь по уходящей вниз бугорку. Этой идеей загорелись идущие позади новобранцы, Бенджамин и его доверенные союзники решили не флиртовать со смертью и продолжили движения по намеченному маршруту. Через несколько метров это окупилось, герои нашли стоянку проходимцев: небольшое кострище, сломанная скамейка и постеленный на землю ковёр — здесь были существа и если судить по отсутствию частей тел и костей, они продолжили путь и возможно даже выбрались. Было принято решение совершить привал, перевести дух и обсудить дальнейшие планы.

Костром занялись Бэм и Клаус, Ина с Иосифом принялись разлаживать припасы, тем временем Соня делала вид, что не боится и не отходила далеко от Бенджамина. Он в свою очередь пытался понять, не мешает ли чудачке это гигантская шляпа и путающаяся под ногами мантия. Ричи стоял рядом с ними, уже предвкушая возвращения назад. Конечно, в такой ситуации нельзя думать о плохом, и нечестивец взял на себя роль слагателя красивых сказов, сочиняя небылицы про их будущие подвиги. Где-то в темноте виднелись силуэты — обман зрения, тут же понял Бенджи. Об этом рассказывали наставники, как и о неупокоенных душах, которые не могут отправится не в один из двух миров. Ангелы не могут собирать жатву в ущелье, а демоны сюда страшатся заходить. Вот и получается, умершие так и остаются здесь, навсегда, и не только телом. Когда огонь был разведён, а еда разделена, все собрались вокруг костра, в тишине поедая мягкий хлеб и солонину.

— Ну, всё не так плохо. Глядишь и выживем.

— Ты, Бэм, как погляжу очень оптимистичный малый.

— А ты, Ина, в тётеньки не заделывайся, молода ещё.

— Я тоже молод.

— Мы не сомневаемся в этом Клаус. А вот ты, цветочек мой, сколько лет назад появилась на свет? — Ричи бережно взял холодную руку Сони, заглядывая в то место, где предположительно должны были быть глаза.

— Девятнадцать. — С равнодушием ответила чудачка.

— Выходит только я и Ина здесь, повидавшие жизнь. — Иосиф редко говорил, и когда такое случалось, на задумчивого мужчину тут же обращали внимания.

Бенджамину всё время казалось что его что-то гнетёт или же существует некий секрет, который носитель перстня вынужден скрывать.

— А ты, Бенджи, когда свет обрадовал?

— Мне двадцать четыре. — Прожёвывая кусок хлеба поделился информацией felis. Ещё он рассказал про свои родные места, поведал события двухдневной давности: встречу с Иной и Ричи.

Были подведены итоги первого дня, а именно: мы живы! — Радостно воскликнул Ричи. И пускай общая атмосфера была отнюдь не приятной, небольшая информационная готовность касательно будущих испытаний, приятно согревала сердца сидящих у костра. Ладони направлены к огню, копья лежат рядом, щиты прикреплены на запястья и никакого расслабления! Бенджамин размышлял о многом: утреннем позоре, его новой кличке, женщине в зелёном халате, имя которой он не знал, но намеревался узнать и о будущем. Червь страха был убит верой в победу, сердце felisa объял жар предвкушения. Я выживу — твердил он — ведь помереть я мог и дома.

***

Это случилось когда Ина потянулась за флягой воды; в тот момент когда Ричи вознамерился стянуть кусок хлеба Бэма; в ту секунду когда Соня переводила дух высказывая мнения Клаусу. Бенджамин заподозрил неладное одним из первых, но был, как и все напуган, когда Иосиф с криком растворился в темноте. Был — и не стало! Тут же все потянулись за копьями, проверили застёжки щитов и вскочили, боясь шелохнуться. Крик их товарищи растворился в непроглядной темени ущелья.

— Иосиф! — Позвал товарища Бэм, но тот не ответил.

— Погиб. Сгинул вам говорю, сгинул! — Тут же начал причитать Ричи.

— Вот гадость… — Ина встретилась взглядом с Бенджи, тот без лишнего энтузиазма кивнул, мол, нужно идти.

— Спасать нужно! Помните, что говорила наставница?

— Боязно. — Соня прижалась к плечу Клауса, не разделяя его стремления двигаться на спасения товарища.

Шестёрка героев замерла, превратившись в статуи, обдумывая дальнейший ход. А в это время Иосиф проклинал всех кого, знал, утащенный монстром в глубины кратера…

***

Хлёсткий удар по щиколотке, секунда, чтобы испугаться, удар сердца, чтобы осознать ситуацию и вот: мужчина спотыкается, падает лицом на гравий и не может сопротивляться тянущей его назад силе. Из горла вырывается крик, пальцы отчаянно ищут за чтобы бы зацепиться. Хоть камушек, хоть корягу, хоть что-нибудь! Но ничего нет, и безнадёжный крик эхом разносится по стенам ущелья, пропадая в кратере.

Иосиф не имел навыков боя, и за всю свои годы научился лишь выпивать больше двух литров самогонки за ночь. Он пролетел несколько метров вниз и как рыба вошёл в пасть монстра, с очень скользкими, мягкими губами и очень, ну очень большим ртом! Башмаками мужчина ощущал язык страховидло, который облизывал его подобно сладкой пряности. Мягкость ротовой полости заволакивала всё больше, подобно трясине, попав в которую, уже не выберешься. Было темно, но Иосиф отчётливо видел белизну глаз монстра и сам того не ожидая, нанёс удар: палец с перстнем вогнался глубоко в глазницу бестии, заставив того издать звук, схожий на визг. Homo не понимал почему и самое главное как такое возможно. Но видимо магия перстня как-то спасла ему жизнь, рождая свою, невидимую доселе, волю.

Страховидл задёргался, выплюнул мужчину как пережаренную семечку, и кажется пополз