Последний варяг - Роман Канушкин

Ворон и его добыча — страшное лесное диво — снова волхв Светояр — топот коня и глаза во тьме — о магии более древней — Авось на пепелище — браслет и узелок

1

Высоко в небе над рекою кружил ворон. Сегодня его ждал обильный пир. Ворон видел, как река пронесла тела обоих мальчиков к порогам. Один из них уже был его добычей, а второй сейчас умирал. Водопад сделает своё дело, а потом река, изгибаясь, вынесет оба тела на берег. Ворон полетел к порогу. Мальчик, который был ещё жив, всплыл у переката. Вода перед падением бурлила, пенилась, и вот мальчик полетел в водопад.

И тогда ворон насторожился. Даже предпочёл отлететь в сторону. В круглых глазах-бусинках мудрой птицы мелькнуло отражение. Что-то пришло из леса. И внезапной сверкающей радугой чуть не ослепило ворона. Его век был долог, но никогда прежде видеть такого ворону не доводилось. Разошлись падающие воды, и показалось оттуда огненное радужное крыло огромной птицы и подхватило мальчика. А потом всё закончилось. Это страшное лесное диво ушло. И забрало у ворона его добычу.

2

Прошло несколько дней с тех пор, как остыли последние угли, что были когда-то охотничьей деревней. Остыл и погребальный пепел, он стал одиноким курганом, на котором теперь лишь следующей весной прорастёт новая трава. И это всё, что будет напоминать о жившем когда-то на этой земле роде Куницы. Такой слух побежал по лесам и весям. А князь уж об этом позаботится первым. Похоронить погибших с почестями — это всё, что он смог для них сделать.

Князь Олег ждал волхва Светояра. Возможно, теперь и ему открылось до конца древнее пророчество. Эта маленькая спасённая девочка. Что-то в ней было. Олег увидел это, когда лечил ребёнка от раны, нанесённой стрелой подлого древлянского оружия. Возможно, князь ошибается и дела обстоят по-другому. Но только когда Олег понял, что отвёл от ребёнка беду, девочка, всё ещё испытывая жар, обняла его («Теперь она ушла с дороги теней», — прошептал в этот момент Свенельду берсерк Фарлаф Железная Башка). И князь снова почувствовал нечто, словно где-то очень далеко их сердца, перешёптываясь, всё ещё ведут разговор на языке, понятном лишь сердцам. Хотя, может быть, князь и ошибается, может, это просто усталость — подлая древлянская рана забрала много сил. Девочка молчала. Теперь какое-то время она будет молчать. А потом просто уснула.

Олег позволил ребёнку остаться. Но сам не спал. Слушал ночные шорохи и перешёптывания теней, таящихся во тьме, что окружали терем. И слушал неровное дыхание девочки, доверчиво свернувшейся калачиком у него на груди. Под утро князь всё же уснул. Но никаких горящих во тьме глаз ему теперь не приснилось. Князь Олег проснулся бодрым и полным сил. Самое удивительное, что и девочка проснулась совершенно здоровой. Вот только на тонкой, из полотна, сторгованного у греков, рубашке князя осталось большое влажное пятно. Фарлаф Железная Башка громко смеялся. Да и дружинники его гридни отводили в сторону смешливые взоры.

— Я буду звать её Росинка, — заявил берсерк.

— Фарлаф, не говори глупостей, — попросил князь.

— Она омыла князя росой утра человеческой жизни…

Олег некоторое время хмурился, а потом и сам расхохотался. Оказалось, девочка во сне описала его.

Волхв Светояр, как всегда, появился внезапно. Обменялись любезностями. Поговорили о новостях. А потом проницательный Светояр спросил:

— Что тебя гнетёт, князь?

— Сон, — сказал Олег.