Малыш и Буйвол - Михаил Кликин

Десять вооруженных человек или даже больше. Разве справятся с ними миролюбивые крестьяне? Разве хватит у них духу ткнуть вилами в брюхо живого человека?

Шалрой вспоминал отца, парней-подпасков, и думал, что у него бы хватило.

Но мечи всегда быстрее вил, а стрелы летят дальше, чем брошенные топоры.

Но теперь у Шалроя был и меч, и лук. Его наемники шли за ним. Да, их всего двое. Мало. Но если потребуется, он сам возьмет вилы или топор, косу или лопату. Он встанет рядом с бойцами, со своими товарищами, и тогда их будет трое.

Трое против десяти.

В горах было сухо.

Днем припекало солнце. Постоянно хотелось пить, но воду приходилось экономить – ее и так оставалось немного, а очередной ручей, по словам Шалроя, будет еще нескоро. Ночами воздух сильно охлаждался. Костер развести было не из чего – кругом лишь камни – и чтоб хоть чуть согреться, товарищи жались друг к другу. Спали они часа по четыре – укладывались, когда становилось темно, поднимались, как только небо начинало сереть.

Они спешили.

Буйвол по-прежнему прихрамывал, и Малыш с тревогой посматривал на товарища.

Шалрой уверенно вел их.

Они проходили по острым краям пропастей, и над их головами кружились грифы, ожидая, не сорвется ли кто-нибудь в бездну. Порой они ползли вверх по узким расселинам, где среди камней прятались ядовитые пауки и змеи. На вершинах отвесных скал, держась на безопасном удалении, наблюдали за неуклюжими людьми круторогие горные бараны. Случалось, что сверху вдруг сыпались камни, и путники замирали, вжимались в скалу, прикрывали руками головы… Однажды они встретили барса – огромную серую кошку с длинным хвостом, похожим на дубинку. Другой раз на них вышел медведь. Хищники уступали дорогу людям. А люди были готовы уступить дорогу им…

На третий день пути они увидели Мертвую Котловину.

– Родные места, – сказал Шалрой, остановившись на маленькой площадке, по правую сторону которой разверзла пасть широкая трещина, а с левой стороны возносилась к небу отвесная стена.

Малыш и Буйвол осторожно выглянули из-за плеча проводника и у них перехватило дыхание.

Гор впереди больше не было. Была головокружительная пропасть, и серая равнина невообразимо далеко внизу, плывущая в мареве горячего воздуха.

– Мы не можем здесь спуститься, – озвучил Буйвол очевидное и отступил на шаг.

– Конечно, – согласился Шалрой.

– Тогда куда? Назад?

– Нет. В пещеру.

– Куда? – Буйвол огляделся и только сейчас заметил в скале слева узкую черную дыру, похожую на выгнившее дупло. – Туда?

– Да.

– Я не протиснусь.

– Она только кажется тесной, – сказал Шалрой. – Это потому что все остальное здесь выглядит большим.

– Величественным, – уточнил Малыш и восторженно добавил: – Дух захватывает!..

Действительно, Буйвол без особого труда протиснулся в пещеру вслед за Шалроем и Малышом. Внутри было сумрачно. Застоявшийся воздух сильно отдавал гнилью. Под ногами было что-то скользкое – не то плесень, не то помет летучих мышей или каких-нибудь других пещерных гадов.

– Здесь безопасно? – спросил Буйвол, осторожно ощупывая руками пространство вокруг. Стены тоже были покрыты какой-то гадостью.

– Да. Но здесь нельзя спать.

– Почему? – спросил Малыш.

– Плохие сны. Очень плохие сны. Люди видят их и потом заболевают.

Буйвол хмыкнул, вытер руки об одежду, пальцами легко коснулся рукояти меча.

Они стояли, выжидая, пока глаза привыкнут к сумраку пещеры. Потом двинулись дальше. Вниз.

Видимо, этот ход когда-то давным-давно прорубила в скальных породах вода. Стены были гладкие, пещера круто шла под уклон, и удержаться на ногах порой было очень трудно. Приходилось цепляться за малейшие выступы на низком потолке, упираться изо всех сил, прижиматься спиной к скользкой стене… Товарищи шли почти вслепую. Правда иногда в стенах попадались узкие трещины, сквозь которые в кишку подземного хода сочился свет и свежий воздух. В таких местах они ненадолго останавливались, переводили дыхание. Они не боялись заблудиться – пока никаких ответвлений не встречалось. Шалрой говорил, что это единственный путь, сбиться с него невозможно, и Малыш и Буйвол ему охотно верили. Конечно, существовали другие опасности – можно было встретить какого-нибудь пещерного хищника, наступить на змею или ядовитую многоножку. Наверное, можно было задохнуться – люди тяжело дышали, воздуха не хватало. Но босой Шалрой шел уверенно, бодро постукивая посохом, ощупывая им путь перед собой…

Вскоре под ногами зажурчала, заплескалась вода.

– Ее можно пить, – сказал Шалрой.

Буйвол наклонился, зачерпнул воду ладонью, понюхал, смочил губы… Вроде бы, ничего.

– Дальше будет больше, – предупредил проводник.

Действительно, через какое-то время воды стало по щиколотку. Она была ледяная – у людей почти сразу онемели ноги.

Шалрой вдруг остановился. Малыш налетел на спину проводника, на него самого наткнулся Буйвол.

– Что? – одновременно спросили бойцы.

– Последний участок, – объявил Шалрой. – Делайте как я.

– Это как? – Малыш протянул руку, нашел плечо Шалроя. – Ничего же не видно.

– Садитесь на землю. Лучше лечь. Оружие возьмите в руки. Держите крепче. И ползите ногами вперед.

– В воду? – возмущенно спросил Буйвол.

– Да. Ползите вперед и берегите голову.

– Зачем?

– Это последний участок, – казалось, что Шалрой улыбается.

– Нууу… – протянул Буйвол.

– Садитесь! – Нет, Шалрой не улыбался. Он был серьезен.

– Как скажешь, – Малыш сел в обжигающе холодную воду. – Долго нам так ползти? Я боюсь замерзнуть.

Шалрой не ответил.

– Эй! – Малыш вытянул ноги, попытался нащупать ими проводника. Впереди было пусто. – Уже уполз? Эй! Ты где?.. Его нет! – Малыш обернулся к Буйволу. Ничего не было видно, но отчетливо слышалось тяжелое дыхание друга.

– Тогда идем за ним.

И они поползли. В ледяной воде. Ногами вперед.

И вдруг земля ушла из под ног.

– Эх! – только и успел крикнуть Малыш.

Гладкое дно пещеры словно провалилось. Опрокинувшись на спины, друзья заскользили вниз, под крутой уклон. Встать было невозможно, и не за что было уцепиться, чтобы затормозить бешеное скольжение.

«…берегите голову!..»

Они стремительно неслись во тьме, в узкой каменной кишке. Ледяные брызги жалили кожу, упругий воздух забивал легкие. Они не могли кричать, не могли остановиться. Они ничего не могли сделать. И друзья лишь прижимали крепче оружие, и втягивали головы в плечи. На спине холодного потока они неслись в неизвестность, и не в их силах было что-то изменить.