Я - сталкер. Рождение Зоны - Андрей Левицкий

Вдалеке зашуршали листья, и вскоре до слуха донеслись шаги. Пригоршня держал дробовик наготове, пока я занимался девушкой: секунда промедления могла стоить ей жизни.

Активированный «светлячок» отозвался на прикосновение и вспыхнул синеватым. В его недрах зажигались и гасли искры. Перевернув девушку на спину, я с трудом разжал ее сцепленные руки, распахнул меховой тулуп, задрал серую рубаху и приложил к ране «светлячка». Артефакт запульсировал, будто был живым и выкачивал из девушки боль, а вдыхал жизнь.

Она выгнулась дугой, заскрипела зубами, застонала. «Совсем молоденькая», – подумал я, хватая винтовку и целясь туда, откуда кто-то к нам бежал. Наверное, он девушку и убил. Рана колотая, нанесена острым штырем. Или копьем…

Вспомнились копья в лапах телепатов. Ну, падла, сейчас угостим тебя свинцом! Черт, если он телепат, надо «луну» достать, чтоб защититься от пси-атаки! Я спешно вытащил нужный артефакт и сунул в активатор.

И тут на поляну выскочил молодой мужчина в серой куртке наподобие ватника и меховой шапке.

– Стоять, руки вверх! – крикнул Пригоршня и навел на него дробовик. Я тоже прицелился, косясь на девушку. К счастью, было не слишком поздно, и ее бледные щеки наливались румянцем.

Мужчина остолбенел, растопырил руки, и я разглядел у него черный пистолет, похожий на бластер из американских фильмов.

– Что с ней? Кто вы такие? – проговорил незнакомец.

Он был чуть старше девушки, длинные светлые волосы выбивались из-под шапки-монголки и свисали до плеч.

– Это ты кто такой и почему преследовал раненую? – задал я встречный вопрос.

Мужчина зло хохотнул:

– Я – Май, тут живу, это – моя сестра Искра. Зачем человеку преследоватьчеловека? Что вы с ней сделали?

Значит, Май… Маю не терпелось к сестре, он с трудом сдерживал порыв и топтался на месте, сжимал-разжимал кулаки.

– Лечим, – объяснил я, опуская винтовку так, чтобы в случае опасности открыть огонь.

Покосившись на меня, Пригоршня сделал так же и предупредил:

– Не трогай ее еще немного.

Май сел на корточки рядом с сестрой, протянул руку и убрал прядь волос с ее лица. Одежда на местных была мешковатая, ткань похожа на брезент. И вроде не самотканая, что намекало на некую цивилизованность. Это радовало, черт побери.

Девушка снова застонала, скрипнула зубами, вытянулась, напряглась и задышала учащенно. Но вскоре расслабилась и стала больше походить на спящую, чем на умирающую. Я задрал на ней рубаху: на месте рваной раны остался только розовый рубец в форме пятиконечной звезды.

Май непонимающе уставился на шрам.

«Светлячок» пульсировал все слабее и вскоре совсем потух.

– Как вы это сделали? – пробормотал абориген зачарованно. – Я должен знать, кого мне благодарить. Вы ведь из Небесного города? Но почему пришли сейчас, а не летом?

Мы с Пригоршней переглянулись. Говорить правду или нет? Факт наличия города меня очень обнадежил; я ушел от ответа, задав встречный вопрос:

– Где ваше поселение?

Лесной житель повернулся и махнул в сторону деревьев:

– Там.

– Меня зовут Химик, – представился я. – Это – Пригоршня.

– Май, – повторил парень. – Мне посчастливилось родиться на пороге лета. Это – моя сестра Искра. Спасибо вам. Не знаю, чем вас отблагодарить. Начало лета – все обязательства перед вами мы выполнили.

Лето, значит. Такое вот хреновое у нас лето. Я присмотрелся к девушке: золотистые волосы, собранные на затылке в пучок, четко очерченные красивые губы, ямочка на подбородке, как и у брата. Глаза у Мая были редкого василькового цвета – самое яркое, что я увидел в этом мире. Похоже, лесной житель не соврал, и он для нас не опасен.

– Прости, какие с нами могут быть договоренности? – осторожно поинтересовался я, понимая, что вопрос может показаться аборигену странным.

Так и есть, Май вскинул брови, потер лоб:

– Продукты. Вы же горожане, да? Мы вам – продукты, вы нам – оружие, одежду, глушители… Что с моей сестрой? Спит?

– Да. Восстанавливает силы, она потеряла много крови, и ей понадобится вода. У тебя есть вода?

Парень растерянно осмотрелся, пробежался через поляну, поднял приспособленную под рюкзак наполовину пустую котомку и вытащил черную пузатую флягу.

– Здесь отвар из трав. Он восстанавливает силы. Хотите попробовать?

Пригоршня шагнул вперед и уже протянул граблю, но я остановил его.

– Погоди. Мы не знаем, как тонизирующее средство подействует на наши организмы, не привыкшие к местным травам, – и приложил палец ко рту – молчи, мол, не сболтни лишнего, затем обратился к Маю: – Спасибо, но мы откажемся.

Май сел на колени рядом с сестрой, запахнул на ней окровавленный тулуп, чтобы не замерзла, и поднял на нас глаза:

– На вас напали нечистые? Вас осталось только двое?

Какая прелесть – «нечистые». Диаволы окаянные. Или они так телепатов называют? Я вынул из рюкзака спальник и уселся на него – девушка проспит еще долго, и нам тоже не мешало передохнуть. А еще нужно узнать, что за Небесный город и какие такие обязательства. Эти вопросы удивили лесного жителя: нам следовало все это знать. Глупым он не был, сопоставил услышанное и выдал:

– Так вы не горожане? Я не слышал о том, что где-то еще живут люди. Там мертвая земля, выжженная Большой войной.

Решив, что дальше юлить не имеет смысла, я выдал правду:

– Не знаю, поверишь ты или нет – это твое право, но мы не из города. Мы пришли из другого мира, где не было войны, нашли аппарат ваших предков и попали сюда случайно. Теперь ищем дорогу назад. Ты нам очень поможешь, если расскажешь, что тут происходит и как добраться в Небесный город. Очень надеюсь, что у них есть телепорт, и они помогут нам вернуться.

Май округлил глаза, но вопросов у него было так много, что он с минуту просидел молча и, наконец, сказал:

– Я слышал, что предки многое умели, видел их Черный город, там сейчас жить нельзя: все отравлено и везде кровопийцы. У нас в деревне тоже есть какой-то прибор, внутрь только старейшины ходят и узнают важное, а нам нельзя. Может, он вам и нужен?

Неужели-таки телепорт? Вот это новость! Похоже, нам сопутствует удача! Настроение мгновенно поднялось, серый мир окрасился едва заметными полутонами и даже показался мне симпатичным.

– Как он выглядит? Прибор этот? – спросил Пригоршня, нарисовал полукруг в воздухе: – Вот такой, железный? Вход через верх?

Май сложил ноги по-турецки, кивнул:

– Да, примерно такой. Где вход, не знаю, нам туда нельзя.

– Чего это так? – Пригоршня отхлебнул из фляги, его живот заурчал.

– Простым воинам и земледельцам, которые ходят в лес, не положено знать, где, что и зачем. Если нас возьмут в плен нечистые и залезут в наши мысли, то потом придут и все уничтожат. Так мы защищаемся.