Его Тьма - Екатерина Флат

Что-то его торжественный тон мне заранее не понравился.

— Авиона, — чуть тише и очень серьезно произнес Клеон, глядя в глаза так пытливо, что мне даже не по себе стало, — я собираюсь завтра объявить родителям о нашей свадьбе.

Зевнувший в этот момент Пакостник на несколько мгновений так и замер с открытой пастью, пока вдруг не закашлялся дымными клубами. Видимо, подавился собственным пламенем. И кто еще после этого будет утверждать, что драконы — неразумные существа?

Моя реакция была примерно такой же — я едва не подавилась воздухом.

— Мы, конечно, собирались с тобой сначала закончить обучение, — продолжал Клеон, ласково поглаживая мою ладонь, — но после вчерашнего я не хочу больше ждать ни дня. Я вообще не знаю, каким чудом вчера не сошел с ума, когда мне сообщили о твоей якобы гибели, — он судорожно вздохнул, пытаясь унять всколыхнувшиеся эмоции. — Я больше не допущу подобного. Но только когда ты станешь моей женой, я смогу защитить тебя от любой опасности.

Моих душевных сил хватило только на кивок и подобие улыбки. Странно, но услышанное меня не только не обрадовало, но еще и раздосадовало. Я никак не могла понять, что такое со мной происходит. Почему вообще весь мой мир враз перевернулся с ног на голову? Не я ли с момента знакомства с Клеоном вдохновенно мечтала о свадьбе? Впрочем, я не менее вдохновенно мечтала стать Стражем. Но что-то исполнение ни одной, ни второй мечты не осчастливило.

— Думаю, недели вполне хватит на подготовку к свадьбе, — Клеон, к счастью, моей досады вроде бы не заметил. — Ты как раз успеешь отойти от пережитого ужаса.

Я снова лишь кивнула. Наверное, со стороны это выглядело так, словно я просто все слова от счастья позабыла.

Следующее утро, словно в такт моему душевному состоянию, выдалось пасмурным и безрадостным. В окна тоскливо скребся дождь, и без того усугубляя мрачное настроение. Папа после завтрака засел за свою летопись, а мама взялась готовить праздничный обед. Видимо, Клеон предупредил, что нагрянет сегодня по торжественному поводу. Я в очередной раз предложила маме свою помощь и в очередной раз получила отказ:

— Вот выйдешь замуж, тогда и настоишься у печи. Так что отдыхай, пока есть возможность.

— Пойду тогда прогуляюсь, — пробормотала я, старательно делая вид, что мне это только сейчас в голову пришло.

— Только Пакостника не выпускай, — попросила мама. — А то натопчет потом в доме грязными лапами.

Дракончик на улицу и сам не рвался. Пользуясь тем, что мой папа в порыве вдохновения не обращал внимания на окружающую действительность, Пакостник уютно устроился в его кресле у камина и с крайне довольным видом грыз его курительную трубку.

Дождь поутих, хотя тучи пока расползаться не спешили. Быть может, отыгрывались за завтрашний день, когда маги все равно их разгонят ради праздника. Я немного постояла на крыльце, тоскливо разглядывая отражение клочкастого неба в бесформенных лужицах на дорожке к калитке. Размышлять о задуманном не хотелось. И так полночи взвешивала все «за» и «против», казалось бы, пустякового поступка, пока все же окончательно не решилась. Пусть я и вела себя тогда не особо адекватно, но я ведь даже не поблагодарила Ивора за спасение. Так что просто обязана найти его и сказать спасибо. Никак не хотела себе признаться, что мне просто-напросто почему-то очень хочется его увидеть, и выражение благодарности — всего лишь более-менее подходящая причина для встречи.

Единственное место, которое мне пришло в голову, это Дом Целителей. В отличие от Мастеров и Стражей, они обучались не в гильдии, а именно там. Туда же обращались и жители Тариса в случае болезни.

У дверей длинного одноэтажного здания скучающе топтался юный Целитель. Синий цвет его одежды идеально совпадал с цветом стен, отчего складывалось впечатление, что паренек — неотъемлемая деталь фасада Дома.

— Доброе утро, — я вежливо улыбнулась, подойдя к дверям.

— Доброе, — на веснушчатом лице парня расцвела заинтересованная улыбка. Либо юному Целителю было уж очень скучно, либо я ему приглянулась. К слову, одежду я себе сегодня выбирала не меньше часа. Хотелось хорошо выглядеть, но при этом чтобы Ивор не подумал, будто бы я специально для него нарядилась. В итоге выбор остановился на платье цвета молодой листвы. И не особо удачно — длинный подол все время норовил угодить в какую-нибудь лужу.

— Не могли бы вы мне помочь, — попросила я, — я ищу одного Целителя.

Улыбка на лице парня мгновенно завяла.

— Его зовут Ивор, — продолжала я.

— Не знаю такого, — он покачал головой. — Как выглядит?

— У него волосы пепельные и небольшой шрам на левой брови…

— Высокий такой, лет на двадцать пять выглядит, — перебил меня Целитель, — глаза серые, задумчивые. Никогда не улыбается, и вообще выражение лица такое, будто всех вокруг презирает. Он?

— Ну, не совсем, — я хотела продолжить, что иногда он все-таки улыбается, и никакого презрения я не заметила, но Целитель самодовольно перебил:

— У меня исключительная память на внешность! Так что если говорим об одном и том же человеке, то в Доме Целителей его нет. По-моему, он тут вообще не появлялся ни разу. А я, между прочим, всех запоминаю! Я твоего знакомца пару раз в гильдии видел на первых занятиях, и все. А зачем он тебе? Явно ведь не из Тариса. Видала, какие волосы короткие? Это же ужас!

— Почему сразу ужас-то? — не согласилась я. — Просто необычно, и все.

Паренек уже открыл было рот для новой тирады, но почти мгновенно его захлопнул — на крыльцо вышла пожилая Целительница.

— Трит! — похоже, она едва сдержалась, чтобы не схватить паренька за ухо. — Ты что это тут прохлаждаешься?! Я тебе что сказала сделать?! А ты тут с девицами заигрываешь! — ее суровый взгляд придирчиво смерил меня с ног до головы. — Тогда бы уж поискал себе кого-нибудь помоложе.

Я чуть не задохнулась от возмущения. Чем это двадцать лет не молодость?!

Пользуясь тем, что внимание наставницы переключилось, юный Целитель быстренько шмыгнул в Дом. Я тоже пошла прочь, так что последующие слова прозвучали мне уже в спину:

— А это не ты ли та бездарная Страж, из-за которой гильдия превратилась в руины? Да ты хоть знаешь, сколько людей пострадало из-за тебя?! Хорошо хоть, не погиб никто да серьезных увечий не получил! Сама-то ты вон жива-здорова, разгуливаешь как ни в чем не бывало и…

Окончание столь нелицеприятной речи я не услышала, уже отдалившись на значительное расстояние. Хотя так и подмывало желание вернуться и возражать.

— Спокойно, — прошептала я самой себе чуть дрожащим от обиды голосом, — оправдывается только тот, кто считает себя виноватым.

Лабиринт узких улочек постепенно вывел к маленькому озеру. Расположенное прямо посреди города, оно было излюбленным местом скопления Мастеров. С одной стороны поросший редкими деревцами берег пустовал, а на другой виднелось несколько человек с мольбертами. Наверняка сейчас там создавали какие-нибудь живописные шедевры.