Атака теней - Алекс Орлов

День выдался сегодня особенно жарким. Доходяги еле шевелились и действовали так неловко, что большая часть драгоценных спор осыпалась на землю минуя сборочный сачок. Педро Рохес, хозяин плантации, выругался и погнал свой «мацута-ровер», в Сумароку, ближайший к его плантациям город, имеющий небольшой порт.

Необходимо было до вечера договориться с Ибрагимом, который распределял новоприбывших наркоманов среди плантаторов.

За машиной хозяина, подпрыгивая на огромных шипастых колесах и не отставая, следовал бронированный «бебето» с шестью телохранителями. Это были профессионалы-наемники, прошедшие многочисленные локальные операции на Араксе Желтом, выбивавшие пиратов с Зихниса и Апеота и действовавшие против боевиков Ордена «Масе», на просторах Каванга-12.

Все они считали себя обиженными Армией или Флотом и дезертировав, стали сами зарабатывать себе на жизнь военным ремеслом. Они были вооружены армейскими BS-70 и одеты в стандартный комплект легкой брони «песчаник». Восьмиколесный «бебето» был оснащен автоматической пушкой с двумя тысячами патрон.

Педро Рохес ехал набрать новых работников. Его собственные — уже отработанный материал. Они находились на Чаде более полугода, а работать наркоманы могли не более восьми месяцев. Они работали за ежедневную дозу очищенной «грибной пыли» или за другой наркотик и день ото дня силы их таяли. Со временем наркоманы переставали принимать пищу и в дополнение к заработанной дозе очищенного наркотика, добавляли самодельный сырец. А когда они совсем не могли работать их выгоняют и они, как призраки, болтались возле отвалов перегонных заводов, обсасывая отработанный жмых и валяясь на теплых кучах прокисших грибов, вдыхая их испарения. С отвалов они уже не возвращались и здесь оканчивали свою жизнь.

Случалось, что попав в мир наркотического изобилия, где никто не запрещает копать себе могилу, некоторые наркоманы прекращали прием зелья.

Такие люди очень ценились на Чаде и быстро проходили путь от надсмотрщика, до управляющего перегонным заводом. Но такие случаи являлись большой редкостью, и в основном, свозимые из центральных миров наркоманы, приезжали сюда умирать.

Педро подъехал к комплексу вытянутых зданий, называющихся пунктом предварительного размещения. Пока хозяин выбирался из своего авто, телохранители разбежались по сторонам, осматривая углы и глубокие ямы на разбитой дороге. Потом один поднялся по лестнице парадного входа и первым вошел в холл. Он подождал там Педро и проводил его до кабинета Ибрагима Феду.

— О, какие люди, посещают старого больного человека. — Почти пропел Ибрагим, поднимаясь из-за стола навстречу Педро.

— Что ты говоришь, Ибрагим? А не тебе ли привезли неделю назад пятую жену? Я не считаю себя больным и старым, но и две женщины для меня много. Я очень устаю на работе. Плантации совсем не приносят дохода. Я работаю себе в убыток… Доходяг пора менять, а где взять новых?.. — И он вопросительно посмотрел на Ибрагима.

— Ай-яй, зачем обманывать — дохода у него нет. Дом новый на пятьдесят комнат с четырьмя фонтанами во дворе кто себе построил?.. Ибрагим, да?.. Нет, его построил сеньор Педро Рохес — самый уважаемый плантатор в округе, а вот у кого идут дела совсем плохо, так это у старого Ибрагима. Жалование от государства маленькое, а у меня пять жен, много детей. — Почти запричитал Ибрагим, загибая пальцы. — Как жить дальше буду не знаю. Совсем денег нет, да… — Ибрагим замолчал и с выражением бесконечной скорби уставился себе на ноги.

— Друг, я конечно не миллионер, но если у тебя такие проблемы возьми мои последние деньги… — С этими словами сеньор Рохес утирая слезу соболезнования, выложил на стол три банковских жетона по тысячи кредитов каждый.

— Педро!.. Ты настоящий друг и я очень благодарен тебе за это скромное пожертвование. О, его конечно бы хватило мне, будь моя семья вполовину меньше.

— Пусть я буду голодать, Ибрагим, но на возьми — это мои самые последние деньги… — И Педро Рохес выложил еще три тысячи кредитов.

Лицо Ибрагима сразу разгладилось, плечи распрямились и он прошел к своему столу и сел в кресло, сбросив в ящик стола деньги одним небрежным движением.

— У меня есть сто человек. И то лишь благодаря нашей дружбе… — Проговорил господин Феду бесстрастным голосом.

— Мне нужно пятьсот… — Педро подошел к столу и тяжело сел в кресло для посетителей. Ибрагим изящным жестом открыл ящичек для сигар и выбрал себе одну. Он зажег ее от зажигалки украшенной драгоценными камнями по полкарата каждый и глубоко затянувшись, произнес:

— Изволь, я могу добавить полсотни «желтых», но это все, что я могу для тебя сделать.

— Ты смеешься?.. «Желтушники» не могут работать!.. Они даже не пьют воду!.. Они только сосут свою дрянь и мрут как мухи!.. Вот, что Феду, если ты по прежнему рассчитываешь попасть в клуб плантаторов, как равный, а не выпрашивать себе на хлеб, знай одного моего слова достаточно, чтобы ты никогда не выбрался из своей вонючей конторы!..