Реквием по солнцу - Элизабет Хэйдон

— Энтаденин умер многие века назад, миледи, — напомнил Рапсодии Ирман Карскрик, стараясь сохранять спокойствие.

Рапсодия наклонилась вперед, и в ее глазах отразилось пламя камина.

— Возможно. Но также возможно, что он просто уснул.

Карскрик изо всех сил старался подавить раздражение.

— Миледи знает какую-нибудь особую песню, которая разбудит Энтаденин, проспавший триста лет?

— Мне кажется, да. Это песнь землекопов. — Рапсодия снова сложила на груди руки. — Но я не могу ее спеть. Однако в Намерьенском Союзе такие певцы есть.

— Прошу тебя, объясни, что ты имеешь в виду, — сказал Эши, заметив удивление на лицах своих советников.

Рапсодия откинулась на спинку кресла.

— Энтаденин был чудом — свежая вода в самом сердце Ярима, где почва в основном представляет собой сухую глину. Считалось, что это дар Единого Бога и языческих богов, которым поклонялось местное население до того, как туда пришли намерьены. Таким образом, когда он высох, все стали думать, будто боги отняли у земли свое благословение, чтобы наказать ее жителей за какую-то провинность. А если дело обстояло иначе?

Тишину в комнате нарушал лишь треск поленьев в камине.

— Пожалуйста, продолжайте, — попросил Тристан Стюард.

— Я думаю, что вода, изливающаяся из Энтаденина, попадала туда из моря, — сказала Рапсодия. — Тогда становится понятно, почему он оживал в соответствии с лунным циклом: фазы луны точно так же воздействуют на океанские течения и приливы. Я совсем недавно побывала на скалах из застывшей лавы на южном побережье земель, принадлежащих морским лирикам, — они очень похожи на те, что находятся на морском берегу неподалеку от Авондерра. Мне стало интересно, откуда Энтаденин брал воду. Вполне вероятно, она поступала из небольшой бухты или откуда-нибудь с севера, по подземному руслу до самого Ярима. Земля состоит из таких сложных пластов и наслоений, что ни один человек не в состоянии в этом разобраться. — Рапсодия не сумела сдержать тяжелый вздох, вспомнив о своем путешествии под землей. — Итак, может быть, следует благодарить за существование гейзера, находившегося в тысяче миль от моря и снабжавшего Ярим живительной влагой, удачное расположение подземных холмов и долин, рек и озер, а также песка, сквозь который фильтровалась вода. Если такое возможно, значит, возможно и то, что где-то по дороге возникло препятствие, остановившее воду. И если мы его отыщем, Энтаденин снова оживет.

— Но как мы узнаем, миледи? — недоверчиво спросил Квентин Балдасарре. — Если, как вы предполагаете, препятствие возникло где-то в подземном туннеле длиной в тысячу миль, как мы можем его найти?

— Нужно спросить у тех, кто хорошо знаком с подземными картами мира, кто ходит по таким туннелям каждый день и у кого есть необходимые инструменты, чтобы справиться с этой задачей, — наклонившись вперед, ответила Рапсодия.

— Прошу вас, скажите, что вы имеете в виду наинов! — воскликнул Мартин Ивенстрэнд.

— Разумеется, я имела в виду болгов, — рассердилась Рапсодия. — И мне совсем не нравится ваш тон и намеки. Наины готовы сотрудничать с нами ровно столько, сколько нужно, чтобы их оставили в покое. Болги же являются полноправными членами Союза — они участвуют как в торговле, так и в охране границ и в случае необходимости предоставят нам свою армию. — Она повернулась к Ирману Карскрику, лицо которого приобрело нездоровый синюшный оттенок. — Кажется, вам нехорошо, Ирман. Я думала, что мое предложение вас обрадует и вызовет энтузиазм, а не несварение желудка. — Она посмотрела на индюшачью ножку. — Хотя меня не удивит, если окажется, что у вас действительно проблемы с желудком.

Герцог Яримский сухо откашлялся.

— Неужели, миледи, вы считаете, будто я настолько выжил из ума, чтобы иметь дело с болгами?

На лице королевы появилось выражение сильнейшего любопытства.

— А почему, Ирман? Вот уже четыре года Роланд и Илорк торгуют друг с другом. Вы продаете им соль и покупаете их оружие, они являются членами Намерьенского Союза — почему бы вам не воспользоваться их знаниями и опытом в решении проблемы, с которой вы сами разобраться не в состоянии?

— Потому что я не намерен становиться должником короля фирболгов, вот почему! — рявкнул Карскрик. —У нас общая граница. Я не хочу, чтобы он решил, будто может пересечь ее и потребовать у Ярима плату за свою помощь, стоит ему только этого пожелать.

— У меня и мысли не было, что вы можете оказаться в столь невыгодном положении, — пожала плечами Рапсодия. — Никто не позволит королю Акмеду так поступить. Я предлагаю вам заключить договор с его мастерами. Вы же приглашаете к себе ремесленников из Роланда, Сорболда и даже Маносса, расположенного довольно далеко от ваших земель. У вас имеются какие-то серьезные возражения против того, чтобы употребить на пользу Яриму умения мастеров-фирболгов?

— Я ни в коем случае не желаю по собственной инициативе приглашать орды фирболгов в Ярим. Нет, не желаю, миледи, — заявил Карскрик. — Возможные последствия приводят меня в ужас.

— Данная позиция представляется мне достаточно разумной, — поддержал герцога Яримского Тристан Стюард. — Король Акмед не слишком радушно принимает орланданских мастеров в своем королевстве. Те немногие, что прибыли в Канриф, чтобы помочь в его восстановлении, подверглись тщательной проверке, но работу получили только двое или трое. С какой стати мы должны приглашать его ремесленников, в то время как он не очень-то жалует наших?

— Возможно, причина недостаточно радушного приема кроется в том, что в прошлый раз, когда ваши люди пришли в Илорк, они были вооружены дубинами и факелами, Тристан, — заметил Эши. Он сидел в своем кресле, откинувшись на спинку и наблюдая за тем, как Рапсодия пытается убедить Карскрика в своей правоте. — Болгам потребуется некоторое время, чтобы забыть о ежегодных Весенних Чистках, которые мы устраивали на протяжении веков и в которых гибли их люди.

— Если я правильно помню, ты принимал участие в одной из таких экспедиций, когда был совсем юным и служил в армии, — с мрачным выражением на лице напомнил Тристан Стюард. — Мы с тобой служили в одном полку.

— Сейчас это не имеет значения, — вмешалась Рапсодия. — Вы упускаете один очень важный момент. Возможно, болги смогут помочь вам восстановить Энтаденин и спасти провинцию от засухи, которая грозит благополучию ее жителей. Если существует хотя бы малейший шанс, неужели вы не обязаны им воспользоваться?

— А разве я не обязан заботиться о безопасности моего народа, миледи? — с отчаянием в голосе спросил Карскрик.

— Обязаны, — кивнула Рапсодия. — И я тоже. Поэтому я готова взять на себя ответственность за поведение и работу болгов — ремесленников, рудокопов и мастеровых, которые приедут в Ярим, чтобы изучить Энтаденин. Мне прекрасно известно, что этот источник, по крайней мере с исторической точки зрения, является священным и что вы готовы сделать все для его сохранения.

— Да.