Инкарцерон - Кэтрин Фишер

— И все? — разочарованно прошептала Клаудия.

— Королева всегда отличалась осторожностью. Хотя во дворце у нас по меньшей мере семнадцать человек, раздобыть что-то удается крайне редко. — Он опустил последнюю раму. Звезды больше не светили во все окна. — Даже этот клочок не так-то просто было достать.

— Но ведь и его вполне достаточно! — Она впилась глазами в обрывок текста. — «Скорбь по нему будет искренней», «когда мой сын станет королем»… Здесь все предельно ясно!

Джаред зажег лампу. Клаудия повернулась к нему. Ее глаза горели от возбуждения.

— Учитель, письмо явно доказывает, что это она его убила. Убила наследного принца, последнего из династии Аваарна, чтобы корону получил ее собственный сын.

Не говоря ни слова, Джаред дождался, пока разгорится фитилек, и лишь тогда перевел взгляд на нее.

Сердце у нее упало:

— Вас это не убеждает.

— Клаудия, мне казалось, ты лучше усвоила мои уроки. Аргументы должны быть неоспоримыми, а это письмо свидетельствует лишь о том, что королева хотела видеть на троне своего сына, но не доказывает, что она предпринимала что-либо для осуществления своей цели.

— Но Д., о котором она пишет…

— Может быть кем угодно, чье имя начинается с этой буквы, — безжалостно закончил Джаред, не отводя взгляда.

— Вы же сами так не думаете! Не можете…

— Не важно, что думаю я, Клаудия. Подобное обвинение должно подкрепляться совершенно четкими, не допускающими ни малейшего сомнения уликами. — Он опустился на стул, поморщившись от боли. — Принц погиб, упав с лошади, что подтверждено врачами. Перед похоронами тело три дня пролежало в Большом зале дворца, и тысячи людей подходили, чтобы отдать Джайлзу последнюю дань. Твой отец…

— И все равно это она его убила — из зависти, что трон достанется ему.

— Она ничем не выдавала своих чувств по этому поводу. А поскольку тело принца кремировали, установить истину уже невозможно. — Джаред вздохнул. — Разве ты не понимаешь, как все будет выглядеть со стороны? Взбалмошной девчонке пришелся не по нраву ее брак, и она выискивает любой повод для скандала, лишь бы сорвать свадьбу.

— Плевать! — сердито прошипела она. — Пусть…

Он вдруг выпрямился:

— Тихо!

Клаудия замерла. Лисенок, подняв уши торчком, вскочил с пола. Из-под двери вдруг потянуло сквозняком.

Оба среагировали мгновенно. Клаудия, кинувшись к окну, прикрыла ладонью свечу. Когда она повернулась, Джаред был уже у панели управления сенсорами и сигнализирующими устройствами, установленными на лестнице. Табло над панелью вспыхивало красными огоньками.

— Что? — прошептала она. — Что это было?

Джаред ответил не сразу.

— Что-то небольшое, — проговорил он, наконец, вполголоса. — Вероятно, подслушивающее устройство.

Сердце у нее глухо стукнуло.

— Отец?

— Не знаю. Это мог быть и лорд Эвиан либо Медликот.

Еще долго они стояли в полумраке, напряженно прислушиваясь, но из темноты не доносилось ни звука, лишь где-то далеко лаяла собака, едва различимо блеяли овцы на лугу по ту сторону рва, да пролетела ночная охотница сова. В комнате, устраиваясь на ночлег, завозился лисенок. Свеча догорела и погасла.

— Я проберусь в кабинет завтра же, — в полной тишине сказала Клаудия. — Даже если о Джайлзе выяснить ничего не удастся, по крайней мере разузнаю что-нибудь про Инкарцерон.

— Сейчас, когда он здесь, в доме…

— Другого шанса у нас не будет.

Джаред запустил длинные пальцы в растрепанную шевелюру.

— Тебе пора, Клаудия. Поговорим завтра.

Внезапно его лицо побелело. Бессильно уронив руки на стол и тяжело дыша, он перегнулся вперед. Клаудия, обойдя телескоп, осторожно приблизилась к нему.

— Учитель?

— Мое лекарство. Пожалуйста…

Схватив бесполезный огарок, она затрясла его, будто он мог от этого загореться, и, наверное, уже в сотый раз прокляла эпоху и Протокол.

— Где?.. Как мне найти?..

— Синяя коробка. Рядом с астролябией.

Клаудия зашарила впотьмах, хватая перья, бумагу, книги. Наконец она нащупала коробку. Внутри были инъектор и несколько ампул; бережно установив одну из них, Клаудия подошла к наставнику.

— Может быть, мне?..

Он мягко улыбнулся.

— Нет, я справлюсь сам.

Она придвинула лампу ближе. Джаред закатал рукав, и стали видны бесчисленные отметины на вене. Привычным движением он аккуратно приставил микроинфузор к коже и впрыснул лекарство.

— Спасибо, Клаудия, — убирая инъектор обратно в коробку, проговорил он. Голос его звучал уже спокойнее и ровнее. — И не волнуйся за меня. Эта болезнь убивает меня вот уже десять лет и не особенно торопится. Чтобы меня прикончить, ей понадобится, наверное, еще лет десять.

Клаудия, как ни старалась, не смогла улыбнуться. Припадки Джареда до смерти ее пугали.

— Может быть, кого-нибудь послать?..

— Нет, нет. Мне просто нужно лечь и заснуть. — Он протянул ей свечу и добавил: — Спускайся осторожнее.

Все еще колеблясь, Клаудия кивнула и пошла к двери. У порога она остановилась и обернулась. Джаред будто ждал этого. Он встал, закрывая коробку с лекарствами. Его темно-зеленый плащ Книжника с высоким воротником словно переливался в неверном сиянии свечи.

— Учитель, это письмо… Вам известно, кому оно было адресовано?

Он поднял на нее безрадостный взгляд.

— Известно. И это делает наше предприятие еще более безотлагательным.

Клаудия судорожно втянула в себя воздух. Свеча в ее руке замигала.

— Вы хотите сказать…

— Да, боюсь, именно так обстоит дело, Клаудия. Королева писала твоему отцу.