Академия Колдовства - Олег Шелонин

– Остальное твое, – барственным жестом барон обвел опустевший стол. – Дифи, развяжи ее.

Первое, что сделал почтальон, как только получил свободу, обложил афериста на чистейшем арканарском языке, затем запустил в него яблоком, от которого тот едва успел увернуться, свистнул гроздь винограда, взлетел на шкаф и начал яростно клевать ягоды, сердито сверкая огромными глазищами на Арчибальда.

– Неблагодарное животное, – сыто икнул пройдоха.

– Что там тебе Рогнар пишет? – поинтересовался Дифинбахий.

– Рогнар?

– Угу, это его сова, – закивала головой Дуняшка. – Она ж тебе сразу об этом сказала.

Арчибальду стало неудобно. С главой клана эльфов Дома Вечерней Зари его связывал братский договор, а он так непочтительно обошелся с посланником.

– Что ж вы раньше-то молчали, что это от Рогнара?

– Я думала, ты знаешь, – расстроилась Дуняшка. – Она же тебе сказала.

– Я по-совиному не разумею.

Сова возмущенно ухнула.

– Ой, а мы забыли… – виновато понурилась девица.

– Распустились холопы, ничего не помнят, – сердито буркнул аферист, взял в руки письмо, сколупнул печать.

«Нашему брату Арчибальду де Заболотному от главы Дома Вечерней Зари.

До нас дошли тревожные известия от Родена. С вашей помощью первый воин из Дома Черной Орхидеи смог появиться на земле и сообщил, что их предсказатели почуяли беду. Нашему миру грозит гибель. Кто-то из высших магов Академии Колдовства, Ведьмовства и Навства рвется к власти, пытаясь активировать какой-то древний артефакт, не подозревая, с какими силами играет. К сожалению, мы не можем обратиться с этим даже к Даромиру, так как он тоже высший маг, а если точнее – архимаг. Единственным Хранителем Ордена Черной Орхидеи в Академии в данный момент являешься ты, а потому на тебя возлагается миссия найти, изобличить и остановить неразумного. Магические каналы связи с Туманным Альдероном блокированы, а потому посылаем к тебе сову. Ей дан приказ лететь без сна и отдыха, а потому она прибудет усталая, злая и голодная. Просьба покормить. Рогнар».

– Ну что ж, – хмыкнул неунывающий авантюрист, – половину дела мы уже сделали.

– Какую? – поинтересовался Дифинбахий.

– Сову накормили.

– Тьфу! – оглушительно ухнула сова.

– Так, свободна, – распорядился Арчибальд. – Нам предстоят великие дела, а ты тут ухаешь над ухом.

– Ой, – тихо пискнула Дуняшка.

– Что случилось? – всполошился Дифинбахий увидев, как начало зеленеть нежное личико тетки.

Они еще не подозревали, что это начинается расплата. Витаминизированный кофе, если точнее, кофейный напиток, и сбалансированный супчик вступили в их желудках в ожесточенную борьбу с обедом старшекурсников, и первой это почувствовала Дуняшка. Она слабым голосом потребовала включить ей ускоритель и испарилась. Затем пробило и ее друзей. Учитывая скоростные параметры девицы, до заветной кабинки в женском общежитии, расположенном чуть не в километре от мужского, она добралась наверняка быстрее. Не будем утомлять читателей описанием всех их мук. Скажем только одно: на занятие по демонологии неразлучная троица опоздала на целых полчаса.

– Можно войти? – робко спросила Дуняшка.

– Кое-кто считает, – желчно изрек Кефер, глядя на застывших в дверях друзей, – что он уже настолько могучий маг, что может игнорировать мои занятия. Приходить когда угодно, уходить когда захочется. Склоняю голову, но сначала хочу убедиться в этом. Арчибальд де Заболотный, или как вас там… Арлийский. Будьте любезны, к доске. Остальные садитесь. Вами я займусь потом.

Дуняшка с Дифинбахием торопливо юркнули на свободные места и затихли.

– Ну-с, молодой человек, берите мел. Берите, берите, не стесняйтесь. А теперь напишите, пожалуйста, формулу вызова самого простого и безобидного демона… нет, демона – для вас это слишком сложно. Скажем так: домового.

Арчи покосился на друзей. Те дружно пожали плечами. Вызвать домового они, может, и могли, но написать какую-то там формулу им было не дано. Аферист понял, что дело тухлое, рассчитывать придется только на себя, и принялся творить. Мел шустро застучал по доске. Не прошло и минуты, как задание было выполнено. Доска была усеяна зигзагообразными молниями, забавными рожицами, странными иероглифами и еще какими-то непонятными каляками-маляками.

– Готово, профессор!

– Что это?

– Формула вызова, – нахально заявил Арчибальд.

– Впервые вижу такую формулу, – фыркнул Кефер.

– Это усовершенствованная магия. Не для средних умов, – деликатно намекнул юный проходимец.

Заместитель ректора по учебной части побагровел.

– Что ж, мы сейчас ее проверим. В нашей Академии много домовых. Половые, что за чистотой следят, кухонные. Есть там один такой – Бобби. Замечательный кофе готовит. Пусть он принесет сюда чашечку.

– Ой, только не кофе, – сморщился Арчибальд.

– В чем дело?

– Как только я попробовал вашего кофе, сразу понял, почему жители Туманного Альдерона обожают чай.

– Тем не менее…

– Ну если вы настаиваете…

– Настаиваю.

– Дуняшка, сгоняй на кухню. Магистр кофа хочет.

– Один момент, барин, – вскочила Дуняшка.

– Евдокия Заболотная, – ледяным тоном остановил ее Кефер, – сядьте на место. А вы, молодой человек, произносите вашу формулу и вызывайте домового с помощью магии. И так, чтоб у него обязательно с собой был кофе! Не меньше полной чашки кофе!

– Да хоть ведро!

– Пусть будет ведро.

Перед мысленным взором Арчи возникло ведро отвратительного пойла, которого он хлебнул за обедом, и его чуть опять не вывернуло наизнанку.

– Помои… – пробормотал он еле слышно.

– Что? – переспросил Кефер.

– Это я заклинание творю.

– А-а-а… ну творите, творите, – усмехнулся Кефер на всякий случай накладывая магический полог недосягаемости на аудиторию. Ему очень хотелось проучить наглеца.

А наглец в это время честно пытался представить себе домового, входящего в класс с ведром того дерьмового пойла, которым их напоили за обедом. Помои, конечно, но… В конце концов, сколько раз ему говорили, что он маг, причем не слабый. Надо же когда-нибудь это и проверить! Арчи сосредоточился, и тут же раздались глухие удары. Кто-то ломился сквозь блокировку Кефера, но силенок совладать с мощной магией магистра не хватало. Кефер встрепенулся, настороженно зыркнул глазами на афериста и на всякий случай добавил магии в сотворенный им щит. Это сразу почуял Дифинбахий.