Богиня по выбору - Филис Кристина Каст

Одним из преимуществ положения Возлюбленной богини было наличие вокруг меня целого сонма прислужниц, считавших долгом и, разумеется, честью обеспечивать мне роскошную жизнь. Это означает, что у меня было лучшее вино, еда, одежда и украшения, лошади, воины и прочее и прочее, однако не было телевизора, телефона, компьютера и машины. Взамен я была обязана заботиться о душевном благополучии народа: проводить церемонии (кстати, с обнаженной грудью, что также требовало определенных усилий, особенно когда наступили холода) и исполнять роль главной персоны, короче говоря, делать все, что велит Эпона, по мере возможностей учительницы английского языка. Я не сомневалась, что выиграла из-за перестановок Рианнон, и в очередной раз убедилась в этом, оглядев дивной красоты купальню, всегда готовую к моему визиту.

– Я тебе помогу. – Кланфинтан потянулся к моему плечу. – Новая брошь? – Он замер, разглядывая миниатюрную копию себя самого.

– Да, сегодня я надела ее впервые. Тебе нравится?

– Мне больше по вкусу то, что она находится рядом с твоей грудью.

– Благодаря твоему сладкоречию я и оказалась в таком положении. – Я кокетливо улыбнулась и ткнула его кулачком в плечо.

– Я подозревал, что твой прежний мир не такой развитый, как наш, и если ты думаешь, что дети появляются в результате разговоров, то…

– Ах ты… – Я подняла руку, чтобы нанести второй удар, шелковая ткань скользнула вниз и обнажила грудь, о которой он только что говорил.

Выражение лица моего мужа мгновенно изменилось, и он потянулся ко мне.

– Твое тело уже изменилось. Грудь налилась, стала еще прекраснее. – Его голос действовал на меня гипнотически, я была не в силах сопротивляться его прикосновениям к моим соскам.

Даже после нескольких месяцев замужества меня не переставало удивлять, каким жарким было его тело, впрочем, я говорила, что температура у кентавров выше, чем у людей. Прикосновения мужа всегда были теплыми и возбуждающими, умом я понимала, что это лишь особенности его физиологии, но они были для меня лучшим афродизиаком.

Я дрожала от прилива желания, довольная тем, что тошнота немного улеглась.

– Ты замерзла… – Словно невзначай он потянул ткань, чтобы она упала на пол. – Полезай в воду.

– Звучит не очень романтично, – фыркнула я, но последовала совету, стараясь при этом выглядеть соблазнительно.

Но муж уже отвернулся к полке, на которой стояли ряды баночек и пузырьков. Он принялся открывать их по очереди, рассматривая и принюхиваясь.

– Золотой пузырек с ароматом ванили и миндаля, – отдала я распоряжение через плечо и стала медленно погружаться в теплую минеральную воду.

Кланфинтан поднял руку с флаконом и довольно улыбнулся.

– Отличный запах. Мне нравится.

– Знаю, поэтому и пользуюсь им.

Мы обменялись нежными взглядами.

Стук копыт о мрамор разносился по залу, когда он шел к тому месту, где я устроилась на своем любимом выступе. Поставив бутылочку с мылом на край бассейна, он скинул жилет.

– Надеюсь, тебе не надо напоминать, что сейчас лучше помолчать?

– О! – Я заморгала. – Нет, но… я, нет, не надо…

– Ш-ш-ш… – Он приложил палец к губам.

Я сжала губы, ожидая того, что должно произойти – Превращение. Будучи Верховным шаманом, Кланфинтан имел возможность менять облик. Я уверена, всегда буду наблюдать за этим с восхищением. И страхом. Интимные отношения были доступны нам, лишь когда он принимал облик человека. Надо сказать, что оставаться полностью в человеческом теле он мог не более восьми часов, к тому же ему было не вполне комфортно в нем. Сам процесс Превращения доставлял немалую боль, а став опять кентавром, муж довольно продолжительное время испытывал слабость.

Каждый раз, проходя через Превращение, Кланфинтан доказывал свою любовь и преданность мне.

Ритуальный гимн звучал все громче, я невольно ощутила магию в каждом звуке произносимых им заклинаний. Руки взлетели вверх, голова откинулась назад, волосы разметались по спине. Мне было отчетливо видно, как напряжена каждая его мышца. Кожа его начала искриться и переливаться, будто его пронзили лучи транспортера из «Звездного пути», а потом покрылась рябью, словно была жидкой. Я знала, что сейчас надо закрыть глаза, чтобы защититься от яркого света, но оторвать взгляд от действа было невозможно. Лицо мужа исказилось от невыносимой боли, затем он превратился в пылающий шар света, и, не выдержав, я все же закрыла глаза, утирая навернувшиеся слезы. Я слышала его тяжелое дыхание и сквозь полумрак, казавшийся после вспышки света непроглядной тьмой, пыталась рассмотреть его лицо.

– Кланфинтан? – дрожа от страха, позвала я.

Меня пугал не сам процесс Превращения и не творящееся на моих глазах волшебство, а муки, которые он при этом испытывал, я боялась, что однажды он просто не справится с этой болью.

– Я же просил, – задыхаясь, произнес он, – просил тебя так не волноваться.

Я потерла глаза, чтобы лучше его видеть.

– Помню, но мне так тяжело видеть, как ты страдаешь.

– За все надо платить, но знай, я ни о чем не жалею.

Ко мне вернулось нормальное зрение, и я увидела, что он так и стоит на коленях в том месте, где произошло Превращение. Убрав одной рукой волосы с мокрого от пота лица, другой он оттолкнулся от пола, чтобы встать. Поднявшись на ноги, он несколько минут стоял не двигаясь. Я знала, что он привыкает к новой форме, к менее сильной и прочной конструкции. Мой муж был большим человеком, во всех смыслах. У него было красивое, пропорциональное мужское тело, в этом облике он сохранил широкий торс и плечи, бедра стали узкими, а ноги длинными и безупречной формы. Как и все остальное, что я могла разглядеть благодаря наготе. Однако я не заметила в нем воодушевления, если вы понимаете, о чем я.

Муж вскинул бровь и стал похож на обнаженного Спока^[1]. Только представьте!

– Что-то… – он оглядел себя с ног до головы, – не там, где должно быть?

У меня перехватило дыхание.

– Хочешь сказать, что части тела во время Превращения могут меняться местами?

– Нет, конечно.

Я немного успокоилась, услышав его смех и уверенные шаги к краю бассейна.

– Я просто, как ты говоришь, стебусь с тобой, – сообщил он, весьма комично копируя мой южный акцент.

– Над тобой, дубина. – Я зачерпнула немного воды и брызнула прямо в мужа, когда он склонился, чтобы взять флакон с мылом.

Кланфинтан сбежал по каменным ступеням и оказался рядом со мной.

– Тебе хорошо известно, как я старалась привыкнуть говорить по-другому.

К счастью, образ Любимицы Эпоны предполагал некоторую эксцентричность, поэтому в Партолоне быстро привыкли к моей манере говорить. Однажды, расслабившись и забыв о необходимости контролировать свою речь, я услышала перешептывание слуг: «Как она стала похожа на Эпону».