Девочка-дракон с шоколадным сердцем - Стефани Бёрджис

Но он не ответил. Он громко смеялся. Все посетители смеялись вместе с ним.

И они продолжали смеяться, когда спустя мгновение он подхватил меня под руки и вынес на улицу.

Как я ни отбивалась и ни колотила по его ногам своими скользкими грязными ступнями в лохмотьях, он ослабил хватку только отойдя на несколько метров от окон шоколадного дома. Он просто поднял руки и бросил меня.

Ой!

Я больно приземлилась на спину прямо в центре грязной ухабистой мощёной улицы. Позади меня заржали лошади и кто-то выругался, что я оказалась у него на пути. Нечто ужасное хлюпало под моими раскинутыми в стороны руками.

Охранник шоколадного дома отряхнул ладони и пошёл обратно, не обращая внимания на воцарившийся хаос.

Ему от меня так просто не отделаться! Я вскочила и бросилась к двери.

Прямо перед моим носом он её захлопнул. Тяжёлая металлическая задвижка щёлкнула с другой стороны. Я дёргала ручку, но дверь не поддавалась, как бы яростно я её ни тянула.

Я всмотрелась в неподвижную стеклянную дверь «Шоколадной чаши» и увидела, что все посетители встали и захлопали в ладоши, приветствуя шоколадного охранника.

Он расцвёл и поклонился, отчего аплодисменты стали еще громче. Графиня, перед которой некоторое время назад захлопнула дверь я, аплодировала энергичнее всех.

Я смотрела на этих самодовольных тщедушных людишек и от ярости скрежетала зубами.

Они что, решили, что избавились от меня? Это был не единственный шоколадный дом в Драхенбурге. А если верить высокомерному другу графини, то, возможно, даже и не самый лучший.

В городе находились ещё два, и всё, что мне нужно было сделать, – найти их.

Найти второй шоколадный дом оказалось нетрудно. Он располагался всего в двух улицах от первого, в жёлто-белом здании, которое было похоже на «Шоколадную чашу» как близнец.

К сожалению, в нём тоже работал охранник. На этот раз это была женщина, но не менее сильная, чем мужчина в первом месте. Вышвырнув меня из своего шоколадного дома, она задержалась на улице и прочла мне лекцию, тыча в меня, лежавшую на земле напротив неё, своими смуглыми пальцами.

– Во-первых, всем хочется работать с шоколадом, с тех самым пор, как пять лет назад первый шоколатье из Вилленны открыл в Драхенбурге лавку. Здесь, в «Мекельхофе», мы удостоены высокой чести – нам покровительствует сама кронпринцесса! Так что мы принимаем на работу только лучших подмастерьев, с самыми отменными рекомендациями, которыми ты, – она посмотрела на меня спокойным и чистым взглядом, – явно не обладаешь.

Во-вторых, ты одета как нищенка и воняешь улицей, так что, если у тебя и есть рекомендации, ни один уважающий себя дом не станет всерьёз рассматривать тебя в качестве подмастерья шоколатье. Готовить шоколад – это искусство, а не ремесло, поэтому шоколатье могут происходить только из приличных сословий.

В-третьих, ты совсем не обучена манерам и не сможешь стать официанткой и подавать шоколад нашим клиентам, даже если мы предоставим тебе для работы новую одежду.

И в-четвёртых, – она покачала головой, глядя на меня сверху вниз с невыносимо сочувствующим видом, – почему ты не ходишь в общественные бани? Если ты помоешься, то, возможно, тебе повезёт и кто-нибудь возьмёт тебя служанкой.

О, я бы съела её за эти слова, если бы могла. Проглотила бы одним махом. Я бы спалила её в огне!

Но из маленького человеческого рта вырвалось лишь жалкое беззубое рычание, и она, похоже, даже его не услышала, потому что, уходя, бросила через плечо последнее напутствие:

– Не нужно хотеть того, чего не можешь иметь, девочка. Шоколад не для таких, как ты.

Она вернулась обратно в шоколадный дом, в котором властвовала, и даже не потрудилась закрыть за собой дверь.

Кипя от гнева, я лежала на улице и переваривала новую информацию. Лошади рысью проносились мимо меня, над головой пролетала людская брань.

Какой смысл быть человеком, если нельзя быть рядом с шоколадом? Наконец-то я нашла то, с чем хотела бы работать всю жизнь, но меня к нему даже не подпускают. Если бы только у меня были крылья и когти! Я бы проникла в шоколадный дом и просто взяла его, как нормальный дракон, понравилось бы им это или нет.

Если мне доведётся снова встретить этого подлого пищевого мага, я его укушу! В тот момент я даже забыла, что мои человеческие зубы слишком хрупкие и мелкие, чтобы причинить серьёзный вред.

Уж я бы заставила его снять заклинанье, чего бы это ни стоило. И тогда…

Я встала на колени, потом поднялась на ноги и отступила на тротуар, решительно стиснув зубы.

Драконы не сдаются! В Драхенбурге был ещё один шоколадный дом, пусть заносчивая графиня и обозвала его дыркой в стене, о которой и говорить не стоило.

Я выросла в пещере. Я любила «дыры в стене».

Даже если по человеческим меркам я выгляжу недостаточно «достойно», чтобы работать с шоколадом… с какой стати это должно меня остановить? За последние два дня я уже пережила одно превращение.

Теперь, очевидно, настало время для второго.

Насколько трудным оно окажется?