Гамбит предателя  - Евгений Лакс

– Что значит «в смысле взяла»?

– Ты же не хочешь сказать, что тебе дали их за бесценок, за красивые глаза?

– У меня не было с собой красивых глаз.

– А как же те, которые глядят на меня?

– Что?

– А-а-а… не бери в голову. – Нирас махнул рукой и сел у окна. – Черт с ней, с лавкой. Ты понимаешь, что мы сейчас поплывем на корабле!

– И?

– Что «и»? Меланта! Ты вообще какой день живешь? Это называется контрабанда. Мелоновые зелья – это редчайший товар!

– Что такое «контрабанда»?

– Контрабанда – это… Черт, ты меня точно не разыгрываешь? – Я отрицательно качаю головой. – Контрабанда – это незаконные перевозки всякого редкого барахла. Как правило, с целью сбагрить его на стороне.

– И?

– И то! Если мы поднимемся на борт с этой штукой, то приплывем прямиком за решетку. Наш багаж будут проверять перед отплытием!

– Борт?

– Меланта! – Нирас сжимает кулаки. Скулы приобретают более острые очертания. – Борт корабля, мать его!.. – Сквозь зубы.

Значит, мне придется показывать все, что я везу с собой. Досмотры, кровь на проверку. Часть и без того краткой жизни отведена процедурам безопасности. Слишком много суеты. Это никуда не годится. Я не могу показывать содержимое своего рюкзака без последствий для окружающих.

– Есть другой путь?

– Можешь плюхнуться на королевский фрегат. – Нирас откидывается назад. – Если ты родственница наместника или у тебя под бронелифчиком не завалялось еще одно состояние, хотя я уже ничему не удивлюсь, тем более там можно и не такое спрятать.

Нирас подмигивает. Я достаю из бокового кармана взятые с тел кошельки и бросаю на стол. Он взвешивает их в руке, потом высыпает содержимое и переводит взгляд на меня. Если так пойдет дальше, то удивление опередит страх в моем личном списке.

– Я не… нет. Ничего не говори… Даже знать не хочу… с кем я связался…

Мы идем к пристани. Нирас сказал, что придется отыграть роль. По его длинному и весьма подробному пояснению видно, что он в этом мастер. Нирас купил себе дорогой камзол и льняные штаны, обновил сапоги. Длинные соломенные волосы спрятал под просторную шляпу, которая словно добавляла ему роста. Накладная бородка придавала надменность и скрывала разбитый подбородок. Теперь он выглядел как типичный местный вельможа. Я отметила, что он изменил даже свою походку и осанку. Теперь это был спокойный размеренный шаг, надменно поднятый подбородок, плавно и в такт качающиеся руки. Вместо дерганого, пугливого паренька, постоянно озирающегося по сторонам.

– Мне нужна маскировка под представительный вид, – объяснил он, поймав мой оценивающий взгляд.

Я киваю.

– Я представлюсь как барон Сахаал. Это землевладелец из Траска. Этот упырь едва ли совал сюды свой нос, однако местные точно о нем слышали. Ты отыграешь роль пажа. А сколько те? Ниче, что я задаю леди такой вопрос, да? Паж становится рыцарем в двадцать один год.

Из всего сказанного я поняла лишь последнее.

– Я выгляжу на двадцать лет?

Нирас улыбнулся.

– Я достаточно общался с женщинами, чтобы понять, что на такой вопрос не существует правильного ответа.

Нирас ловит мой взгляд и вновь глубоко вздыхает.

– А, ладно… Будешь служанкой.

– Нет.

– Телохранителем?

– Да, – киваю.

– Хорошо, с этим разобрались. Болтать буду я. Ты молчи. Лучше вообще скажем, что ты немая или дала обет молчания.

– Почему?

– Потому что иногда ты говоришь такие вещи, что я думаю, будто ты не от мира сего.

Вряд ли он догадался. Я уже знаю, что это одно из местных выражений.

– У меня было трудное детство, – оправдываюсь я. Частично это правда.

– Еще раз. Мы поднимаем свои тушки на борт. Я представляюсь, ты молчишь. Я представляю тебя, ты молчишь. Не глазей по сторонам, будто ты первый раз на корабле, не смотри лишний раз в глаза. И не лезь вперед меня. Тебе все ясно?

– Да, партнер.

– А-а-а… Я знал, знал, что пожалею об этом….

Спустя час мы уже располагались в излишне роскошной каюте «Аркоса», самого большого транспортного судна из стоявших в порту. Я уговорила Нираса устроить мне вводную экскурсию. Он не спеша рассказывал мне про технологию кораблестроения, пояснял значение терминов. Штурвал, снасти, парус, канат, мачта, гордень, камбуз и еще множество слов. Нирас заверил, что их в разы больше и он поведал лишь об основных. Я замечаю, что одни и те же помещения в городе и на корабле называются по-разному. На мой взгляд, совершенно непрактично. Зачем разные названия, если одна функция? Туалет или гальюн: в чем разница, если один смысл? Река течет на земле, а если под землей, то река подземная, но все равно река! В моем мире нет океанов и морей, и мне было очень интересно столкнуться с этой совершенно новой стихией. В воде живут сотни различных видов животных, которые больше и сильнее человека и плавают намного лучше. Но люди смогли приспособиться. Они придумали корабли, научились плавать над водой, в безопасности. Нирас сказал, что «Аркос» скорее военный корабль. В мирное время его отреставрировали, и теперь он занимается перевозкой важных персон. В военное же являлся флагманом флота.

Из книг я получила краткое представление о море и кораблях, но не ожидала, что это окажется столь увлекательным. Когда мы поднялись на бак, передо мной открылся западный океан. Бескрайняя гладь, тянущаяся далеко за горизонт, подобно безжизненным полям родного мира, которым нет конца и края. Там нет строений и тропинок, лишь редко торчащие кости нарушают ровность поверхности. Здесь же – океан, наполненный жизнью, движением волн и подводных существ. Я глубоко вздохнула, прикрыла глаза, чтобы сконцентрироваться на дыхании. Влажный воздух. Я никогда раньше не ощущала воду в воздухе. Похоже, я нашла место, которое мне по-настоящему подходит. Возможно, после выполнения миссии вплотную займусь морским делом. Только набрать надо команду молчунов. Я пообещала себе посвятить свободное время изучению корабельного дела. Сохранив пейзаж в своей памяти, я позволила немножко фантазий. Представила в…

– Меланта! – Нирас повысил голос. – Ты вообще слышишь, что я говорю!

– Да. Ты назвал мое имя.

Он смотрит мне в глаза, слегка наклонив голову, его ноздри раздуваются, кулаки сжимаются, губы плотно сжаты. Он поднимает глаза к небу и вновь гневно ругается на неизвестном мне языке.

– Я тут распинаюсь, а ты летаешь в облаках… – сквозь зубы произносит он. – На нас глазеет пол-экипажа. По легенде я благородный и богатый, а ты моя слу… мой охранник. У меня уже язык отсох, и желудок прилип к позвоночнику, а у нас в каюте целый стол хавчика!

Я достаю из кармана и протягиваю ему приобретенную в «Сладких сладостях» палочку.