Силуэт в разбитом зеркале - Евгений Гаглоев

Стажер Герман стоял неподалеку от них, рассматривая полотна. Услышав свое имя, он оглянулся, и Луиза тут же притихла.

– Сама не знаю, – сказала она подругам. – Видно, пора мне завести парня. А то в последнее время голова забита черт знает чем.

– Главное, веди себя прилично, – посоветовала ей Карина. – А то станешь, как Дашка Киселева. О ней уже вся академия болтает.

– И что же болтают? – спросила, подходя, Алиса Василисина.

Они со Стасом осматривали картины в соседнем зале.

– Ну-ну, так о ком сегодня вещает радиостанция «Местные сплетни»? – поинтересовался с набитым ртом Димка Трофимов. В руках у него была пластиковая тарелка с бутербродами, виноградом и кусочками сыра.

– Да вот о Киселевой, – ответила Женя. – Я уже давно со счета сбилась, сколько парней она сменила. А теперь, похоже, отбила Антона Седачева у Поветрули. Милана уже который день вне себя от злости.

– Но Дашка неплохо держится, нисколько ее не боится, – добавила Луиза. – А зря. Поветруля – та еще дрянь, она обязательно ей отплатит. За ней не заржавеет!

– Ваша Киселева себя в обиду не даст, – хмуро пробормотала Алиса. – Уж за нее-то точно можно не беспокоиться.

– Ты что-то о ней знаешь? – заинтересованно спросила Карина.

Но Алиса промолчала, сделав вид, что не расслышала вопроса. Отошла к ближайшей стене и принялась рассматривать картины. В этот момент из толпы вынырнула Киселева. Увидев Алису, она проворно подскочила к ней и, ухватив за рукав, оттащила в сторонку.

– Привет, подруга, – тихо сказала Даша. – Хорошо, что я тебя встретила.

– Как, снова зелье?! – ужаснулась Алиса. – Еще ведь и двух дней не прошло!

– Успокойся, я по другому поводу. У нас завтра самостоятельная работа по мифологии, а я к ней совершенно не готова. Дашь списать?

Алиса на миг лишилась дара речи. С такими просьбами к ней никто никогда не обращался.

– С ума сошла? С какой стати?

– Войди в мое положение. Когда мне учить эти проклятые задания?! Я вчера вернулась в общежитие после полуночи…

– Меньше надо было с парнями гулять, – пожала плечами Алиса.

– Да ладно, не завидуй, – усмехнулась Даша. – Так дашь списать или нет? – Она понизила голос. – Я ведь могу сделать так, что тебе никто не позавидует…

Алиса напряглась, – ее друзья увидели это даже со спины, – а затем кивнула. Даша Киселева с самодовольным видом направилась к стоявшему в стороне Антону Седачеву.

– Что это было? – вполголоса спросила Карина у остальных. – Мне ведь не показалось?

– Что Алиса только что пообещала Киселевой дать списать домашнее задание? – уточнила Луиза. – Мы это тоже слышали.

– А вам Алиса когда-нибудь давала списывать? – удивился Димка.

– Никогда, – заверила его Женя. – Хоть мы и лучшие подруги.

– Так с чего вдруг у нее такое трепетное отношение к Киселевой?

Стас Кащеев молча пожал плечами, продолжая рассматривать картины. Как художника, они его очень заинтересовали.

Через пару минут Алиса вернулась к друзьям.

– Что у тебя за сотрудничество с Киселевой? – недоуменно спросила Карина. – И с каких пор вы с ней закадычные приятельницы?

– О чем вы? – слегка побледнела Алиса.

– Вы с ней вроде никогда особо не дружили, а теперь она так беспардонно с тобой обращается, – добавила Луиза.

– Не знаю, о чем вы. Вам все показалось, – отмахнулась Алиса, отводя глаза. – Просто мы с Дашей иногда выручаем друг друга, вот и все.

Девушки озадаченно переглянулись. Но Алиса и Стас уже пошли дальше по залу.

Карина нахмурилась, но потом встряхнула головой.

– Захочет, сама все расскажет, – пробормотала она и потянулась к Димкиной тарелке с закусками.

* * *

В выставочном зале становилось все более шумно. Казалось, здесь сегодня собрался чуть ли не весь город. Появился Егор Зверев со своей женой Анфисой; шериф Владимир Мезенцев пришел с доктором Евгенией Добровольской. О том, что эти двое встречаются, знало уже все Клыково. Увидев мэра, Мезенцев оставил подругу и направился к нему.

– Сергей Арсентьевич? Добрый вечер!

Мэр Белобров, беседовавший с редактором газеты Щегловым, удивленно оглянулся, но тут же расплылся в улыбке.

– А вот и наш дорогой шериф! Добрый вечер, Владимир. Вы хотели о чем-то поговорить?

– Есть ли какие-то новости в деле об убийстве Поликутина? – тут же сориентировался Виктор Щеглов. – Наши читатели жаждут узнать всю правду!

– Как и я, – спокойно ответил Мезенцев. – Именно об этом я и хотел с вами побеседовать. Я слышал, вы были дружны с Иваном Поликутиным и Михаилом Шороховым?

– Мы многое пережили вместе, – утвердительно кивнул Сергей Арсентьевич.

– Можете рассказать подробнее об этом?.. О пережитом?

Улыбка слегка померкла на лице мэра. Его жена подозрительно уставилась на Мезенцева.

– Только давайте не здесь, – предложил Белобров. – Приходите ко мне в офис, и мы спокойно обо всем поговорим.

– Хорошо, – согласился шериф и откланялся.

Жена Белоброва проводила его тяжелым взглядом.

– Настырный малый, – бросил Щеглову Сергей Арсентьевич. – Никакой учтивости и уважения. Прет напролом.

– Но согласитесь, именно такого и недоставало нашему городу, – тихо произнес редактор газеты.

– Ну не скажите, – мрачно ухмыльнулся Белобров. – Иногда излишняя напористость только вредит.

– Везде найдутся помои, которые лучше не взбалтывать… – подала голос супруга мэра.

Виктор Щеглов медленно кивнул, соглашаясь.

7
Скандал в галерее

– При такой куче народа призрак точно не появится! – со знанием дела заявила Женя Степанова, разглядывая посетителей выставки.

– Да уж, – согласилась Карина. – Но мы ведь собирались поговорить с Аленой Александровной. Вдруг им с Марьяной удалось что-то прояснить? Вы ее видите?

Тимофей завертел головой по сторонам. Сухорукову он не увидел, как, впрочем, и Лизу. Зато заметил Егора Зверева, который приветственно помахал ему с другого конца зала. Анфиса, наоборот, скорчила недовольную мину и отвернулась.

– А вот и профессор Андронати! – воскликнула Луиза, ткнув пальцем в сторону дверей.

Все повернулись в указанном направлении.

Тимофей сразу узнал старого профессора – невысокого, толстенького и слегка неуклюжего. Игорь Сильвестрович Андронати вошел в зал, осмотрелся и, обнаружив стол с закусками, ринулся к нему с такой скоростью, словно его несколько дней не кормили. Выглядел он вполне здоровым, чему Тимофей был очень рад, – после нападения мертвых шаманов профессору несколько недель пришлось провести в больнице.